Человек на минбаре. Образ мусульманского лидера в татарской и турецкой литературах (конец ХIХ – первая треть ХХ в.) - Альфина Тагировна Сибгатуллина
Мнения литературных критиков о романе разделились: одни, отметив остроту и актуальность проблемы, увидели в описанном текке изображение реально существующих учреждений в бекташийском тарикате, подтверждающее известные слухи о том, что суфиии-бекташи – распутные и разгульные дервиши. В других отзывах присутствовала уверенность в том, что описанное Я. Кадри текке – не более чем плод воображения автора и никоим образом не соответствует действительности, личность Нур Баба также вымышленная, ибо такого рода человек не был способен стать настоящим шейхом бекташи, он мог лишь случайно попасть в текке, поэтому, как утверждают авторы рецензий, его действия и поступки не характеризуют истинное братство. Даже при условии, что Я. Кадри в чем-то и был прав, описанное в произведении, по их мнению, является изображением деградировавшего бекташи: Нур Баба представляет лишь тот немногочисленный круг суфиев, отошедших от основ учения. Следовательно, судить обо всех османских тарикатах начала ХХ в., основываясь на данном романе, было бы крайне ошибочным.
Роман стал объектом резкой критики Нихата Сами Банарлы, Фуата Бозкурта. Известный турецкий актер и режиссер Мухсин Эртугрул в 1922 г. снял фильм «Тайны Босфора» (Bogazici Еsrarı). Как и роман, фильм вызвал широкий резонанс среди населения, еще во время съемок фильма представители бекташи совершали нападения на студию, вынуждая вмешиваться полицию. Однако она не запретила съемки, и, несмотря на протесты и на тот факт, что исполнитель главной роли исчез, фильм был снят и в 1923 г. вышел на экраны.
В дальнейшем тема критики тариката бекташи-алеви в литературе была продолжена: в 1930 г. драматург Мусахипзаде Джелаль (1868–1959) написал пьесу «Свеча погасла» (Mum Söndü), постановка которой состоялась в 1931 г. В 1945 г. вышел роман Ниязи Ахмета Баноглу (1913–1992) «Бекташийская девушка» (Bektaşi Kızı).
Авторитетные турецкие литературоведы (Х.Э. Адывар, И. Энгинюн и др.) в оценках романа придерживались второй точки зрения, учитывая предисловия самого автора к разным изданиям. Я. Кадри не раз утверждал, что целью его произведения является не критика всей организации бекташи, а лишь привлечение общественного внимания к проблеме постепенной деградации суфизма в османском обществе. Нельзя утверждать, что Нур Баба – это собирательный образ бекташийских шейхов. Он описан прежде всего как обычный человек, ставший жертвой собственных желаний: молодой, привлекательный мужчина, охочий до удовольствий и наслаждений, он не мог устоять перед богатством и красивыми женщинами. А они, в свою очередь, попадая во власть его обаяния, подобно Зибаханум, приходя в текке, жертвовали не только собой, но и всем своим имуществом. В целом мнение литературоведов сводится к тому, что целью автора романа была не критика основы и сути суфизма, а стремление показать уязвимость суфийских организаций.
Автор описывает процесс формирования личности Нур Баба. Безродным и бездомным мальчиком он попал в текке благодаря шейху Афиф Баба, который, несмотря на то, что был женат 4–5 раз, собственных детей не имел. Будучи уже в зрелом возрасте, Афиф Баба не мог более выносить отсутствия радости отцовства и решил отправиться в путешествие. Оставив свою последнюю жену, которая также не смогла подарить ему ребенка, он поехал сначала в Азию, затем в Иран и Туран. В Анатолии, где находился в течение двух лет, Афиф Баба и приютил Нури. Найдя в нем свое утешение, уже немолодой шейх старался удовлетворять любые желания хрупкого и болезненного мальчика. Избалованный вниманием, маленький Нури вырос капризным и упрямым юношей, его взбалмошность и своенравие нарушили привычный ход жизни текке: во время ритуалов мейдан и мухаббат он сидел рядом с шейхом, беспокоя окружающих, из-за его озорства некоторые дервиши были вынуждены даже покинуть братство. Ни назидания Афиф Баба, ни оплеухи и угрозы со стороны мюридов не могли усмирить Нури, который, потакая своим желаниям, не останавливался ни перед чем. Болезнь шейха, уже лежавшего на смертном одре, лишь развязала руки двадцатилетнему Нури: он соблазнил его жену Джалилю Баджы, а после смерти Афиф Баба женился на ней с целью получить имущество и пост шейха. Окружающие недоумевали: как женщина в возрасте почти сорока лет, известная в текке своей богобоязненностью и безупречным моральным обликом, могла пасть жертвой этого ветреного и сумасбродного молодого человека, выросшего в ее собственном доме. И хотя сначала старания Джалили-ханум сохранить прежние порядки в текке имели успех, с появлением в нем молодой Зибы-ханум делать это стало намного сложнее. Юный шейх, увлеченный новым объектом желания, стал собирать вокруг себя молодых женщин и мужчин: текке окончательно погрязло в грехе. Дервиши, несогласные с шейхом, постепенно покидали текке, им оставалось лишь наблюдать со стороны, как Нур Баба эксплуатировал вековые традиции бекташи ради удовлетворения собственных желаний.
В произведении создается и другой колоритный образ – Нигяр-ханум, которая представлена автором как полная противоположность своей тети по отцовской линии Зибы. Нигяр – скромная и разумная женщина, которая, в отличие от обуреваемой страстями Зибы, умеет скрывать свои чувства. Однако она пала жертвой родственницы, которая умышленно привела ее в ловушку шейха. Сила характера и воля Нигяр не помогли ей устоять перед красотой, чувственностью, кажущейся степенностью и зрелостью Нур Баба. В портрете героя, который дает писатель, без труда угадывается его сладострастная натура: борода, чувственные губы, проницательные глаза выдают опыт шейха в любовных играх, где женщины становятся жертвами не искренних чувств и страсти, а хитрости их владельца.
Нур Баба, ловко скрывающий свои истинные цели за благими словами, можно сравнить с пауком, плетущим сети для очередной добычи. Само текке предстает в образе паутины, в которую попадают и глупые мошки, и прекрасные бабочки, привлеченные блеском сетей. Растратив имущество Зибы, выжав все соки из этой красивой, молодой и энергичной женщины, Нур Баба обратил взор на ее богатую племянницу Нигяр. Благодаря знанию женской психологии, навыкам игры на чувствах своих жертв он заполучил и эту «бабочку». Ради него Нигяр оставила
