Валерий Рощин - Двадцатый - расчет окончен

С десяток метров они потихоньку проплыли по поверхности…

– Отдышались, мадам?

– Да, Антон… Можем нырять…

Второй этап проистекал по аналогичному сценарию: размерен­ные гребки Дорохова, сбоку неподвижное «бревно» и всего лишь ми­нута движения, за которую парочка беглецов преодолела от силы метров двадцать пять. И тот же сигнал к экстренному всплытию – пляска острых каблуков на правой ноге…

Однако вторая передышка столь же спокойной не получилась. Едва молодой человек вынырнул на поверхность, как в глаза ударил сноп света шарящего по воде прожектора, обитающего в носовой части плавучего маяка. Еще минуту назад эта мощная штуковина была выключена. Значит, приятели потерпевших неудачу сотрудни­ков неизвестной спецслужбы опомнились; поняли, в чем дело и пред­принимают соответствующие меры.

– Быстрее дышите – нас засекли! – не давая опомниться напар­нице, прорычал Артур.

И набрав побольше воздуха, опять исчез под водой, увлекая за собой девушку. Поверхность воды над ними с короткими интерва­лами освещалась, и на глубине одного метра становилось светло как днем…

Третье всплытие он немного затянул. Невзирая на настойчивые сигналы партнерши, преодолел еще метров пять, прежде чем поднял голову и сделал последнее, энергичное движение руками. И снова в глаза ударил яркий свет, из-за которого совершенно невозможно было разобрать происходящего на берегу и на палубах баржи. Единствен­ное, что понял бывший капитан: течением их понемногу сносит в сторону центра Парижа.

– Хорошо, ребята, сами напросились!.. – выудил он из кармана оружие.

Пока Ольга барахталась рядом, мешая кашель с тяжелым дыха­нием, Дорохов хорошенько вытряхнул из ствола воду, прицелился и выстрелил…

Мимо. Пистолет не пристрелян. К тому же, до цели далековато – метров восемьдесят-девяносто.

Второй выстрел. Третий.

Чей-то визг. Прожектор вспыхнул красным и… медленно погас.

Речная гладь вокруг погрузилась в спасительную тем­ноту; и тот­час стало видно, как к краю набережной одна за другой подъезжают легковые машины, разворачиваются носом к Сене и… врубают даль­ний свет.

– Не страшно, – шепнул телохранитель, обнимая за талию Ольгу и увлекая ее дальше от берега. Ее молчание настораживало, хотелось успокоить, подбодрить: – Сейчас подышим, отдохнем… и опять под воду. Верно?

– Решайте, Антон, – прошептала она дрожащими от холода гу­бами, – в таких ситуациях лучше вам принимать решения.

Проплыв еще метров пятнадцать по освещенной поверхности, он мягко спросил:

– Ну что, Ольга Анатольевна, готовы?

– Куда я денусь? Готова…

А, набирая воздух в легкие перед погружением, Дорохов услы­шал два коротких всплеска у маяка. И уже плывя под водой, сокру­шался: «Серьезно за нас взялись, суки… Обкладывают со всех сто­рон! Несколько машин скоро окажется на другом берегу; по одной на ближайших мостах; два человека пустились за нами вплавь… Был бы я один – ушел бы без проблем. А с агентом без проблем не полу­чится… Да, мля, дело осложняется!..»

Сена в этом местечке была неширокой – метров двести пятьде­сят. Максимум – триста. Лишь ближе к центру Парижа русло расши­рялось метров до пятисот, а течение делилось надвое большими ост­ровами Сите и Сен-Луи.

Однако до середины реки дальний свет автомобилей едва доби­вал, рассеиваясь и поглощаясь черной гладью. И, тем не менее, он жутко мешал спецназовцу в определении расстояния до двух пресле­дователей, постепенно их нагонявших. Им же – преследователям, свет фар напротив до предела облегчал задачу. Поэтому по-прежнему приходилось нырять и под водой слегка менять направление движе­ния с тем, чтобы хоть как-то сбить с толку парочку пловцов…

И все же преодолев речной «экватор», Артур окончательно по­нял: уйти от по­гони не удастся.

– Ольга, – спросил он, все так же осторожно придерживая ее за та­лию, – минут десять без меня продержитесь?

– Попробую. А что вы задумали?

– Надо отделаться от этих ребят. Догоняют…

– Постараюсь, – кивнула она. И поймав его руку, добавила: – Ан­тон, пожалуйста… будьте осторожнее.

В ответ он негромко посоветовал:

– Никуда не подворачивайте, просто держитесь на воде. Если минут через два­дцать не догоню – попробуйте выбраться на другой берег в безлюдном месте…

Он поплыл навстречу преследователям неторопливо, экономя силы; загодя вытряхнул из пистолетного ствола воду, чтоб успеть продырявить голову хотя бы одному. Но и противники оказались не­глупы – зная о наличие у беглецов оружия, разошлись в стороны; а, приблизившись на расстояние прицельного выстрела, стали исполь­зовать его тактику – нырять и передвигаться под водой.

Дорохов щурился, прикрывал рукой глаза от прямого света, да все одно своевременно приметить их появление на поверхности не мог.

«Ладно, – решил он, – тогда и мы поступим по-другому…» И тоже с головой погрузился под воду…

Сена была отвратительно мутной, но, по крайней мере, не безна­дежно черной. Теперь автомобильный свет наоборот помогал – про­низывая верхний слой воды, позволил бы различить темные челове­ческие силуэты с дистанции четырех-пяти метров.

Двигаясь наугад, он изредка и осторожно всплывал, прочищал легкие и вновь нырял, держа пистолет наготове…

На одном из специ­альных занятий по стрельбе инструктор про­изнес интересную фразу, накрепко засевшую в памяти: «Один вы­стрел под водой способно произвести любое оружие – и хорошее, и плохое. Плохое после разо­вого применения смело выбрасывайте, хо­рошее еще послужит».

Артуру позарез требовался этот единственный выстрел. Во-пер­вых, он не был уверен в исходе поединка – никогда доселе в сухопут­ной, испещренной мелкими речушками Чечне не приходилось бо­роться за жизнь в подобной среде. А во-вторых, где-то там – сзади, находилась Ольга, которой надлежало выполнить свою миссию. Уйти от двоих шансов она почти не имела. Если же подстрелить одного, да к тому же завязать борьбу и подзадержать другого, то шансы на спа­сение у де­вушки появятся.

Сейчас он старался не думать о наверняка поднятых на ноги до­полнительных силах спецслужб, о привлечении к поиску и задержа­нию подразделений французской полиции. О том, что в какой-нибудь паре километров уже взревели моторы скоростных катеров или гото­вятся к взлету патрульные вертолеты…

Сейчас ему было не до этого.

Потому что сейчас он заметил приближавшиеся к нему со сто­роны маяка размытые контуры темного пятна…

Привычного громкого звука от выстрела под водой не последо­вало. Вышло нечто похожее на резкий щелчок с последующим се­кундным шипением, после чего темное пятно перестало увеличи­ваться в размерах и медленно двинулось к поверхности…

«Уже лучше! Либо я его серьезно подранил, либо он уже не жи­лец», – вынырнув, подумал спецназовец. А, глянув на пистолет, по­нял, что отныне безоружен – кожух-затвор так и остался в заднем по­ложении.

Разбираться со швейцарским куском металла не стал, пустив его попросту на дно. Какая разница – закончились в нем патроны или за­клинил механизм?.. Надо было готовиться к решающей встрече. И встреча эта, похоже, назревала…

Метрах в десяти послышался тихий всплеск. Собиравшийся обы­скать подстреленного пловца Артур резко обернулся на звук и успел увидеть только круги, расходившиеся по относительно спокойной речной поверхности.

– Ясненько. Сейчас ты будешь здесь, – выпустил он изо рта струйку воды. Подождав секунды три, набрал побольше воздуха. Нырнул и неторопливо поплыл навстречу, стараясь опуститься по­глубже – на фоне светлой поверхности узреть преследователя было легче.

Задумка состояла в том, чтобы не дать ему отдышаться перед схваткой. Опустившись под воду раньше, да еще преодолев метров семь-восемь, тот израсходует свой запас кислорода быстрее, и у До­рохова появится преимущество. Применения оружия бояться не сле­дует. Первоочередная задача ребят из спецслужб – взять агентов жи­выми, тепленькими. «Контрразведке трупы не нужны! Трупы – яр­чайшее доказательство ее несостоятельности». Эти фразы тоже дове­лось услышать в учебном Центре…

Наконец, он увидел второго пловца совершавшего энергичные гребки чуть выше – почти у поверхности. Он же вряд ли мог разгля­деть Артура – внизу толща воды была сплошь черной, а значит, имелся шанс напасть неожиданно.

Все. Пора. Самое время действовать!

Капитан двинулся вверх – наперерез мужчине.

Схватив того за ногу, потянул вниз. Это было главным условием для победы: не дать ему глотнуть воздуха.

Завязалась борьба.

Пловец отчаянно отбивался, пару раз угодив второй ногой в го­лову Дорохова и норовя дотянуться руками до его лица. К такому по­вороту спецназовец готовился и, продолжая увле­кать противника на глубину, отворачивался и старался до поры не сближаться. Знал: на человеческом лице имеются области, воздейст­вуя на которые, легко вызвать болевой шок. А упускать преимуще­ство нельзя…