Валерий Рощин - Двадцатый - расчет окончен

Тот приказал жестом: «тихо!» и резко открыл соседнюю дверцу – пусто. В последней кабинке послышался шорох – словно кто-то по­спешно натягивал или снимал нижнее белье. Потянув дверь на себя, Дорохов на всякий случай отпрянул влево…

Предосторожность оказалась напрасной – возле унитаза стояла его первая соседка с задранной юбкой, с колготками и узкими тру­си­ками, спущенными до колен. Лицо запылало возмущением; с губ со­рва­лась какая-то фраза – должно быть, забористое ругательство.

– Не-ет, милашка!.. В твоем распоряжении было несколько ми­нут, а штаны ты сняла только что. Ну-ка иди сюда! – скомандовал молодой человек и бесцеремонно выдернул девицу из кабины.

Той пришлось подчиниться – неловко переставляя ноги, проко­выляла на середину комнаты; нагнулась, дабы натянуть на бедра бе­лье. Но не тут-то было – мужчина схватил ее за шиворот, заставил выпрямиться и швырнул к стене. Вырвав из рук сумку, открыл, вы­сыпал на пол со­держимое. Выпавшую рацию ловко подхватил, огля­нулся на Ольгу:

– Спросите, сколько всего человек задействовано в операции?

Агент с изумлением смотрела на происходящее, зажимая ладо­нью какую-то ранку на руке повыше локтя. Опомнившись, перевела вопрос.

– Шестнадцать. Четверо на маяке, остальные недалеко от мостков – ведут наблюдения из машин. Сейчас должно подъехать еще два-три автомобиля с подкреплением, – прозвучал ответ враз сникшей де­вушки.

– Прикажите ей связаться с теми, кто на берегу.

Услышав приказ, та решительно замотала головой.

– Она не согласна, – прокомментировала и без того понятный от­вет Ольга.

– Хорошо, – равнодушно пожал плечами Артур, незаметно гля­нув на часы. Невзирая на плотность и насыщенность событий, минут­ная стрелка с момента ухода агента с верхней палубы не преодолела и пятиминутного отрезка. Пошарив в своем кармане, он с металличе­скими нотками в голосе изрек: – Намекните этой подружке, что я слу­жил в русском спецназе и убил несколько десятков чечен­ских жен­щин. А особое удовольствие мне доставляло уродовать их внешность перед казнью.

И пока Ольга говорила по-французски, рядом с лицом девицы зловеще вспыхнуло пламя зажигалки. Та в ужасе отшатнулась, блед­ные губы затряслись…

– Кажется, подействовало, – прошептала «переводчица».

– Слышу – по ляжкам зажурчало. Все они до поры герои… – проворчал он и отрывисто распорядился: – Пусть передаст следую­щее: женщину-агента успешно взяли; телохранитель легко ранен. Со­трудники должны встречать на берегу у левого мостка, – и добавил: – Выходим ровно через пять минут.

Передав рацию девице, мужчина шагнул в сторону, дабы желто­ватый ручеек, весело побежавший в путешествие по полу, не достиг его обуви. Высвободив из чужого пиджака пистолет, демонстративно повертел его в руках, приговаривая:

– Скажите, чтобы успокоилась. Если не наделает глупостей – ни­чего с ней не случится.

Девица набрала полную грудь воздуха, нажала на рации кнопку «передача», назвала позывной, дождалась ответа… И выдала в эфир длинную тираду, во время которой Дорохов вопросительно взирал на Ольгу.

Слушая фразы на французском, она кивала… По окончании се­анса, быстро забрала радиопередатчик и сказала:

– Все. Они ждут всех на берегу. Наши действия?

Артур знаком приказал девице привести себя в порядок, та ско­ренько и уж без намека на стеснение задрала юбку, при­нялась натяги­вать мокрое белье и… получила по затылку ребром ладони.

Ольга вздрогнула от подобной «обходительности», покосилась на упавшую без чувств девушку, но услышала уверенный голос Антона Леонидовича:

– Надо сматываться. Не высовывайтесь и старайтесь держаться у меня за спиной!

Как бы там ни было, но после услышанного и увиденного жела­ние спорить с телохранителем бесследно испарилось. И она на цы­почках послушно двинулась за ним…

Глава шестая

Париж. 2 сентября

В борделе громко стонала женщина.

Нет, стонала она явно не от боли. Причиной тому скорее был при­ближавшийся оргазм – второй или третий подряд, потому как крики оглашали надстройку давненько.

Вышедшая из женской туалетной комнаты парочка, обошла ле­жащие на полу тела и на миг оста­новилась в «холле»…

– Господи, да чего ж она так орет-то!? Рожает, что ли?.. – нервно повела плечами Ольга.

– По-моему, еще только беременеет, – уточнил спутник, сразу направляясь к двери дальнего от берега борта.

Прежде чем взяться за рычаг, он снова спрятал готовый к стрельбе пистолет под пиджаком китайца. Затем плавно открыл меха­низм запора…

– Никого, кроме пьяной публики. Быстрее! – скомандовал Доро­хов, сделав шаг из надстройки и осмотрев округу, включая леерное ограждение громыхавшей сверху площадки ресторана.

Она проворно выскользнула наружу и повернула вслед за ним вправо – к корме маяка.

Обходя бочком стоявших у борта людей, он поинтересовался:

– Вы хорошо плаваете?

– Так себе, – не отставала Ольга. – А, других вариантов нет?

– Были бы… Если бы кое-кто хорошенько подумал, прежде чем назначать встречи на плавучих объектах.

Спутница промолчала, понимая теперь и его недавнее недоволь­ство, и осознавая правоту только что прозвучавших доводов.

Корма находилась далековато от танцпола и ресторана – праздно шатающийся народ предпочитал курить, глазеть на ночной Париж и просто болтать поближе к носу. А любителей интимного уединения привлекал обустроенные для этого «вертеп» второй палубы. Потому ют пустовал.

– Отлично, – оценил отсутствие лишних глаз Артур. – Давайте мне вашу сумочку и спускайтесь первой.

Барышня подчинилась без раздумий. Тому не помешало даже уз­кое бордовое платье – присев на невысокий борт и сняв туфли, она развернулась и скользнула вниз. Придерживая ее за руку и плавно опуская в воду, он на­помнил:

– Постарайтесь не шуметь. Просто держитесь на поверхности.

И сам, рассовав по карманам вещи – пистолет с крохотной дам­ской сумочкой, через пару секунд оказался ря­дом, ногами вперед и почти бесшумно спрыгнув с борта в воду.

– Куда? – спросила девушка.

– На середину, а там посмотрим. И первые метров сто жела­тельно под водой, с двумя-тремя короткими передышками.

– Не получится – неискушенный из меня ныряльщик.

– Тогда хватайтесь за мой ремень – плыть буду я, а вы просто за­держивайте дыхание. Когда станет невтерпеж – дайте знать.

В правой руке Ольга держала туфли, левой вцепилась в брючный ремень мужчины. Тот еще разок осмотрел берег набережной, корму маяка и озвучил последнее наставление:

– Хорошенько прочистите легкие: сделайте подряд три глубоких вдоха и выдоха, а на четвертый раз задержите дыхание.

И, произведя необходимую подготовку, беглецы здесь же под кормой исчезли из виду…

Дорохов работал руками и ногами размеренно, как учил в Центре инструктор – международный мастер по подводному плаванию.

– Запомните, – говорил он, прогуливаясь по бортику бассейна, и эхо многократно повторяло звучные гласные, – бешеная частота дви­жений нужна лишь в одном случае – когда вам потребуется макси­мальная скорость перемещения. А для того, чтобы преодолеть при­личную дистанцию, следует экономно расходовать энергию.

– А если просто понадобится долго торчать под водой. Например, скрываться от преследования. Как поступить тогда? – спросил кто-то из курсантов.

На что немедленно последовал ответ опытного мастера:

– Тогда лучше не двигаться вообще – это идеальный вариант. За­цепитесь за якорную цепь, за растительность, за какой-нибудь хлам, лежащий на дне водоема и замрите. Любая работа мышц сжигает ки­слород, а его запас у организма под водой ограничен…

И с благодарностью вспоминая инструктора – крупного мужчину с атлетическим торсом, Артур неторопливо плыл на небольшой глу­бине…

Ольга Анатольевна сплавным бревном болталась где-то справа и сзади. Примерно через минуту «бревно» недвусмысленно просиг­на­лило: правая рука двинула по мужской ноге парой дорогих модных туфель. «Черт… С этим «прицепом» и тридцати метров не одоле­ешь!» – ос­торожно всплывая на поверхность, подумал спецназовец.

Сиявшая огнями баржа действительно оказалась недалеко, будто и не плыли целую минуту. Зато на прогулочной палубе пока было все так же спокойно: ни беготни, ни криков.

– Послушайте, выбросьте вы к черту эти туфли, – посоветовал он.

– Да? – жадно вдыхала воздух рядом молодая женщина, – а когда мы выйдем на берег, я, по-вашему, босиком пойду?..

«Ох уж эти бабы! – медленно подгребая руками, бухтел он про себя, – хоть на эшафот ведите, но чтоб видок был непременно эф­фектным!..»

С десяток метров они потихоньку проплыли по поверхности…