Валерий Рощин - Двадцатый - расчет окончен

– Что мне может быть не известно об этом эмигранте? Разве о его свадьбе с французской мадемуазель…

– На самом деле тебе еще многое не известно, Артур. Но сегодня ге­нерал разрешил частично приоткрыть карты.

Не скрывая иронии, молодой человек кивнул:

– Интересно послушать.

– Дело в том, что побег твоего друга из Центра был инсцениро­ван нашей «конторой».

– Как инсценирован? – оторопел он, вмиг позабыв о сарказме.

– Давай немного отойдем, – предложила она и обернулась на двух генералов. Но те были заняты своей беседой; перед строем вы­пускников вышагивал и о чем-то распинался старший инструктор.

Парочка отдалилась еще на десяток шагов, и девушка поведала:

– В конце мая руководство Центра основательно приперло Сашку к стенке во­просом, кто тебя подранил в бок. И ему пришлось рассказать про… Как его, господи?..

– Про Жиндаря?

– Да, про него. Тогда-то у Александра Сергеевича с начальником Центра и созрел план. Такие, как Жиндарь все одно нигде не нужны – «покупатель» бы на него не нашелся; даже смертником посылать ни­какого резона и уве­ренности в положительном исходе.

– Какого же черта его взяли в Центр?

– Видимо, поначалу устраивал: сообразительный, физически раз­ви­тый… Но об этом уж поздно рассуждать.

– Извини, я тебя перебил.

– Так вот… В июле нам позарез требовалось тайно переправить в Ев­ропу очень ценную информацию. Переправить срочно, но так, чтобы об операции знал минимум сотрудников – мы терпели одну неудачу за дру­гой и опасались очередного провала. Пока ты лежал в палате медсанчасти с травмой, Сашку втайне от всех готовили к миссии: инструктировали, начитывали текст информации… И вскоре был организован по­бег – сначала он убрал Жиндаря, а через день протара­нил бетонную стену.

– Потом успешно доб­рался до Гру­зии, оттуда официально эмигрировал во Францию…

– Совершенно верно – об этой фазе его приключений ты и слышал в Ле-Пюи, – подтвердила Ирина. – А затем он в одиночку без агента, пере­дал устную посылку адресату в тихом местечке – на стыке итальян­ской, швей­царской и французской границ. У него ока­залась отличная память и к тому же со школы сохранились неплохие знания француз­ского языка.

– Ну, Сашка! Ну, маймуно, виришвило! – бормотал Дорохов. – А мне – ни сном, ни духом, зараза!..

– Он не имел права, Артур. И к тому же, поначалу упрашивал начальство устроить побег для вас обоих, но…

– Понимаю – второго Жиндаря в группе не нашлось.

– Правильно, – кивнула девушка.

– Послушай, а когда у моста, за нами впервые прицепился бежевый внедорожник, ты ведь уже знала, где находится Сашка и, специ­ально направляла меня к его мойке. Не так ли?

– Да, ты прав. А что было делать? На хорошей прямой трассе они бы нас догнали…

Запрокинув голову, молодой человек беззвучно смеялся; а быв­шая строгая ма­дам с искоркой надежды влюблено смотрела на него и твердила:

– Артур, ты согласен? Ведь даже твой лучший друг Сашка рабо­тает на нашу «контору». Артур, милый!.. Ну, я очень тебя прошу: от­ка­жись от предложения представителя ГРУ!..

– Отказаться?.. И опять поехать с тобой?

– Со мной. А разве в паре со мной тебе не понрави­лось работать?

– Понравилось, – с нежностью заглянул он в серо-го­лубые глаза своего агента. – Очень понравилось. Особенно в то последнее утро…

Ее щеки вновь вспыхнули алым румянцем. И дабы не выдавать смуще­ния, она поспешила приоткрыть следующие «карты»:

– Представляешь, один из этапов новой миссии предусмат­ривает работу втроем: ты, Сашка и я. Ну, пожалуйста, соглашайся…

Дорохов выдержал паузу, точно испытывая терпение бывшей на­парницы, потом с наигранной серьезностью, спросил:

– Разрешите, я отвечу вам на ушко, мадам?

– Конечно.

Наклонившись к ней, он сделал вид, будто что-то говорит. На са­мом же деле, прикоснулся губами к нежной шее…

Она прикрыла глаза и тихонечко застонала; не скрывая доволь­ства и не стесняясь стоявшего чуть по­одаль строя мужчин, обняла его, прижалась к щеке.

И радостно выдохнула:

– Пойду, обрадую твоим согласием Александра Сергеевича. Он очень доволен нашей работой и ехал сюда только за тобой.

– А ты? – удержал он ее за руку.

– Что я?..

– А за кем ехала ты?

– Потом скажу, – со счастливой улыбкой вырвалась Ирина и быстро заша­гала к гене­ралу. На ходу обернувшись, игриво прикрыла от лишних ушей ладошками свой ротик со слегка подкрашенными губами и громко зашептала: – Обещаю сказать об этом в са­молете! Если сядешь рядом со мной, а не с ше­фом!..