Птичий остров - Алекс Белл

Так что я ничего ему не сказала и заставила себя провести скучный, тихий вечер с семьёй.

В каменной хижине всем было некомфортно и неприятно. Мы не могли развести огонь и съесть горячий ужин, но Калан хотя бы выдал нам несколько запасных спальных мешков и холодной еды из запасов. Время тянулось и тянулось, и я с облегчением вздохнула, когда Кейт наконец-то предложила прилечь и попробовать отдохнуть. В лагере было очень тихо, так что я предположила, что и охотники решили поступить так же. Ни разговоров, ни птиц, ни мух, даже ветер не дул. Если бы не странное ощущение разлившегося в воздухе электричества, я бы вообще даже не подумала, что вот-вот начнётся ужасный шторм.

Я очень хотела как можно скорее выскользнуть наружу, но знала, что спешить нельзя. Если я попытаюсь сбежать слишком рано и меня поймают, то снова попробовать я смогу лишь через несколько часов. Так что я лежала в темноте, ждала, ждала и ждала. Вскоре навалилась усталость, но я вряд ли смогла бы случайно уснуть. Для этого я была слишком напряжена. Да, я боялась возвращаться на маяк – но ещё больше я боялась того, что произойдёт, если я не найду Роузи. Это мой последний шанс.

Наконец я услышала, как папа, Кейт и брат задышали медленно и размеренно – судя по всему, заснули. На всякий случай я выждала ещё полчаса, но потом решила, что дальше откладывать нельзя. Сердце бешено колотилось, я подползла ко входу в домик и начала осторожно разбирать баррикаду из вещей. Выглянув на улицу, я поняла, что остров опять накрыло густым туманом – наверное, именно поэтому всё казалось настолько тихим и подавленным. Думаю, если бы птицы кричали, это было бы даже лучше. По крайней мере, хоть какой-то шум. Сейчас же каждое движение, каждый шаг, казалось, громким эхом разносились во тьме.

Проделав в баррикаде достаточно широкую дырку, я полезла наружу. Я уже почти выбралась, но тут меня вдруг схватила за лодыжку чья-то рука. Я закусила губу, чтобы не вскрикнуть, и, обернувшись, увидела Криса. Его лицо было совершенно белым, он по-прежнему держал меня за ногу.

– Не выходи, Джесс, – тихо сказал он.

Я вздрогнула и шикнула на него.

– Иди спать. Я скоро вернусь – просто схожу в туалет.

– Нет. Ты идёшь на маяк.

Я вздохнула и подползла чуть ближе к нему.

– Я должна. Я оставила там кое-что важное.

Крис сморщился, его глаза наполнились слезами.

– Ты исчезнешь, – сказал он. – Ты тоже исчезнешь.

Он взял меня за руку, крепко обхватил её вспотевшими пальцами и быстро, серьёзно заговорил.

Я сейчас уже не помню, что же он мне сказал, но я вроде бы ответила:

– Да, обещаю. А теперь ложись спать. И не рассказывай папе и своей маме, куда я ушла, хорошо?

Крис кивнул, вдруг смирившись с тем, что я ухожу. Он заполз обратно в спальный мешок, я быстро заложила вход обратно и поднялась на ноги. Туман был очень густым, почти как в ту ночь, когда исчезла Роузи. Впрочем, по сравнению со всем, что я уже пережила на острове, туман казался мелочью, так что я выпрямилась и направилась к маяку. Уилла я не увидела ни в лагере, ни на тропинке из него, и даже не поняла, обрадовало меня это или разочаровало. Наверное, немножко и того и другого.

Я уже довольно хорошо ориентировалась на Птичьем острове, так что добраться до маяка оказалось довольно легко – я лишь подсвечивала себе дорогу фонариком, чтобы не сойти с тропинки. Временами я нервно оглядывалась в поисках олуш, но не увидела ни пёрышка. Никаких людей в тумане тоже не было, но тишина и неподвижность всё равно давили, как неподъёмный груз на плечах.

Когда я увидела луч огромного прожектора, пробивающий туман, мне на мгновение показалось, что на вершине маяка стоит вовсе не лампа, а гигантский глаз, который оглядывает остров и ищет меня. Подойдя поближе, я вздрогнула, поняв, что Кейт имела в виду, говоря об олушах. Многие окна были разбиты, и на них висели окровавленные птицы с обвисшими, сломанными крыльями. Кейт не закрыла за собой дверь, когда они с Крисом сбежали с маяка, и сейчас она скрипела на ветру.

Внезапно я почувствовала исходящую от башни холодную злобу, словно кто-то смотрел на меня из окна. Меньше всего на свете мне хотелось заходить внутрь, но выбора не было – если я хотела вернуть сестру.

Я пошла вперёд. Земля вокруг маяка была усыпана мёртвыми птицами. Когда я подошла совсем близко, мне пришлось напрячь все силы, чтобы не думать о том, что тёмный открытый дверной проём напоминает зияющую пасть чудовища, которое при первой же возможности проглотит меня целиком. Глубоко вздохнув, я переступила порог.

Глава 22

Было уже темно, но луна светила через разбитые окна и отражалась в осколках стекла, давая достаточно света. Я обернулась, чтобы закрыть дверь, и замерла. Одно окно в прихожей уцелело, и мой взгляд приклеился к нему. К стеклу прижимались белые руки – не одна пара, а десятки, теснясь и толкая друг друга. Я торопливо прошла к двери и чуть не столкнулась с человеком, который в неё как раз заходил. Он вскрикнул, и, к своему облегчению, я поняла, что это Уилл.

– Джесс, чёрт тебя дери! Ты меня до смерти напугала!

– Руки вернулись! Ты видел кого-нибудь на улице?

– Нет, никого.

Я протиснулась мимо него и подбежала к окну снаружи, но там уже никого не было. Однако на стекле остался отпечаток ладони. Я протянула пальцы к холодному стеклу. Через мгновение рядом со мной замер и Уилл.

– Я надеялся, что ты останешься в лагере. Но совсем не удивился, что ты не осталась.

– Я тоже. – Я повернулась к нему. – Слушай, ты не должен был сюда приходить. После этого сна о бенни…

Уилл покачал головой.

– Откуда мы знаем, что это не был всего лишь сон? К тому же я должен тебе кое-что сказать…

Но тут тучи над нашими головами наконец-то разверзлись и хлынул дождь. Ветер завыл, громко хлопнув входной дверью и срывая окровавленные перья с олуш, висевших на разбитых окнах. Буря наконец началась.

– Пойдём внутрь, – сказал Уилл, с трудом перекрикивая шум.

Мы добежали обратно до двери и ввалились в прихожую. Я быстро включила свет. Чем меньше времени мы проведём в темноте, тем лучше.

– По-моему, я знаю, куда нам нужно идти. – Уилл достал из кармана листок бумаги. – Я нашёл это вчера