Ботанические мифы - В. М. Дмитриева
О том, как гигантскому ясеню было суждено возродить новую жизнь после Рагнарёка
В скандинавской мифологии мировое древо предстает в образе гигантского ясеня Иггдрасиля, соединяющего девять миров и поддерживающего само устройство вселенной. Его ветви уходят в небо, а корни пронизывают области мироздания, что под небесами.
Согласно поэтической традиции, у Иггдрасиля три главных корня. Один из них тянется в Асгард, к жилищу асов; у его подножия находится источник Урд, где обитают норны – судьбоносные девы, прядущие нити судеб богов и людей. Второй корень уходит в Ётунхейм – страну инеистых великанов, – к мудрому великану Мимиру и его источнику, дарующему знание. Третий – спускается в самые глубины Нифльхейма, к источнику Хвергельмир. Где-то под этим же корнем лежит царство мертвых Хель – обитель душ, покинувших мир живых.
Вокруг Иггдрасиля кипит непрерывное движение. На его вершине сидит орел, обозревающий весь мир, а у корней кишат змеи, и среди них дракон Нидхёгг, главный разрушитель, грызущий основание древа и приближающий конец времен. Между вершиной и корнями беспрестанно мечется белка Рататоск, передавая оскорбительные речи от орла к дракону и обратно и разжигая вражду между ними. Листья дерева объедают четыре оленя – Даин, Двалин, Дунейр и Дуратрор. Росу, стекающую по их рогам, мифы связывают с водами, питающими мировые реки.
Олуф Олуфсен Багге. Иггдрасиль. Из книги Prose Edda. 1847 г.
Иггдрасиль воплощает в себе одновременно жизнь и смерть, движение и устойчивость, начало и конец. В песни «Речи Высокого», входящей в состав «Старшей Эдды», рассказывается, как верховный бог Один принес себя в жертву, чтобы обрести сокровенное знание. Он пронзил себя копьем и девять ночей провисел на дереве, которое многие понимают как Иггдрасиль, без пищи и воды, на грани жизни и смерти. Наконец перед ним открылись руны – тайные знаки, дарующие власть над речью, памятью, судьбой.
С образом Иггдрасиля связаны и мифы о будущем. В пророчествах о Рагнарёке – Сумерках богов – предсказана великая битва между асами и великанами, гибель многих богов и героев, разрушение мира огнем и водой. Однако даже в этой катастрофе мировое дерево уцелеет. В его ветвях, по преданию, укроются мужчина и женщина, которые переживут гибель старого мира и станут родоначальниками нового человечества. Таким образом, Иггдрасиль предстает не только как ось нынешней вселенной, но и как залог будущего возрождения.
Образ космического дерева – один из древнейших и самых устойчивых архетипов в мифологических системах мира. Его вариации встречаются у индийцев и китайцев, германцев и кельтов, славян и арабов. В библейской книге Бытия в центре Эдемского сада стоят Дерево жизни и Дерево познания добра и зла. Вкусив плод с Дерева познания, Адам и Ева обретают умение различать добро и зло, но вместе с ним получают и опыт стыда, боли, утраты невинности. После этого они покидают райский сад. Так образ древа, соединяющего небо, землю и подземный мир, становится одной из главных опор мифологического мышления – от северных саг до библейского повествования.
Йоханнес Гертс. Рагнарёк. Из книги Феликса Дана и Терезы Дан Walhall: Germanische Götter- und Heldensagen. 1901 г.
Глава 3
Криптоботаника: мифические и магические растения в античной, кельтской и славянской мифологиях
В европейском ботаническом фольклоре довольно часто встречаются своеобразные «растительные криптиды» (от древнегреческого κρυπτός – «скрытый») – мифические растения, существование которых не подтверждено наукой и известно нам в основном из мифов, сказаний и быличек.
В легендах они наделяют своего обладателя безграничной мудростью, несметным богатством или необыкновенными способностями; входят в состав ядов и любовных эликсиров, используются в гаданиях и ритуальных подношениях богам. Добыть такие растения нелегко: одни находятся под охраной демонических сил, другие умеют скрываться от человеческого взгляда, третьи и вовсе убегают, едва почувствуют, что их пытаются вырвать из земли.
Неизвестный автор. Телемах во дворце Менелая. Около 1886 г.
Изображение мандрагоры и сведения о ней. Из рукописи Диоскорида «О лекарственных веществах». VII в. Национальная библиотека. Неаполь, Италия
Античные авторы и средневековые врачи нередко упоминают растения, реальность которых современные ученые пока не берутся ни подтвердить, ни окончательно опровергнуть. В «Одиссее» Гомера, например, Елена Прекрасная дает Телемаху и его спутникам чудесное средство от печали – траву забвения непент, которая «изгоняет горе и гнев» и избавляет от слез. В средневековом медицинском трактате Tacuinum sanitatis («Календарь здоровья»), посвященном вопросам сохранения здоровья, подробно изображается мандрагора – реально существующее растение, вокруг которого с древности сплетается целый клубок легенд.
В число самых известных мифических растений входят восточнославянский цветок папоротника, средиземноморская трава моли, ирландская голодная трава и множество менее заметных, но не менее загадочных персонажей этого своеобразного «растительного пантеона». И в этой главе речь пойдет не только о чисто мифологических растениях, никогда не существовавших в природе, но и о вполне реальных травах и деревьях, которые в народном воображении обрели почти сверхъестественные черты или оказались тесно связаны с важными календарными и магическими обрядами.
«Кипи, котел! Шипи! Бурли!»: о травничестве, цветочных гаданиях и средневековом колдовстве
Человек начал пользоваться целебной силой растений задолго до появления письменности. Остатки древних лекарственных трав находят в захоронениях эпохи позднего палеолита, а семена эфедры, обнаруженные археологами в одном из погребальных комплексов на востоке Марокко, свидетельствуют о том, что лекарственные растения применялись уже около пятнадцати тысяч лет назад.
Древнейшие письменные свидетельства о лечении травами восходят к Месопотамии. На глиняных табличках из шумерского Ниппура, датируемых примерно XXII–XXV веками до нашей эры, перечислены десятки лекарственных растений – среди них мак, белена и, возможно, мандрагора. Целебные свойства трав описываются в китайском трактате, приписываемом Шэнь-нуну («Канон корней и трав»), в индийских Ведах, в частности в «Аюрведе» и «Атхарваведе», и в египетском папирусе Эберса, созданном около 1550 года до нашей эры. Лекарственные растения упоминаются также в Библии и в Коране, как в их практическом, так и в символическом значении.
Первые травники учились у животных, наблюдая, какие листья и кору те едят при болезни или ранениях, а заодно сами пробовали ягоды и коренья. Двигаясь методом проб
