Путеводитель растерянных - Моше бен-Маймон

философскими достоинствами, тогда как единственным законодателем, действовавшим по внушению свыше, и одновременно единственным истинным философом-законодателем был Моисей. Все пророки, предшествовавшие Моисею, выступали как учителя и наставники, не предписывая людям законов именем Бога. Пророки, появившиеся после Моисея, были его продолжателями, призывавшими людей хранить закон, данный Моисеем. Те же, кто провозглашает новые религиозные законы, не пророки, а подражатели и плагиаторы (II, 37, 39-40).

1516

Уподобление Богу — высший идеал и философской, и религиозной этики (см. напр. Платон, "Теэтет", 176b; "Федр", 248a; "Тимей", 47b-d; "Законы", IV, 716c-d; Аристотель, "Никомахова этика", X, 9, 1178b23-27; Филон, De fuga et invent., 12, 63; De opif. m., 50, 144; De spec. leg. IV, 36, 188; De decalogo, 15, 73; Плотин, "Эннеады", I, 2:1-7; I, 6:6; Давид Анахт, "Определения философии", стр. 48-49, 57, 65-70, 99; ал-Газали, "Воскрешение наук о вере", стр. 249-250). Подражание Богу как одна из 613 заповедей Торы рассматривается Маймонидом в его hалахических сочинениях. В "Книге Заповедей" он пишет: "Нам заповедано уподобляться Ему, да превознесется Он, в меру наших сил, как сказано идти будешь путями Его" (Втор. 28:9); это повеление было повторено, и сказано было: "ходить всеми путями Его" (Втор. 10:12, 11:22); [мудрецами] было дано толкование этого: "Как Святой, благословен Он, назван милостивым (חנון), так и ты будь милостивым; как Святой, благословен Он, назван милосердным (רחום), так и ты будь милосердным; как Святой, благословен Он, назван справедливым, так и ты будь справедливым; как Святой, благословен Он, назван верным, так и ты будь верным"; это слова Сифре (Сифре Деварим на Втор. 11:22, ср. Шабат, 133б). Это положение было повторено в других выражениях, и сказано: "За Господом, [Богом вашим], идите" (Втор. 13:5), и было дано этому толкование (Сота 14а), что подразумевается уподобление Его благим деяниям и возвышенным качествам, которые приписываются Богу, превознесенному в метафорическом смысле, да превознесется Он надо всем на великую высоту" (Заповедь восьмая). В Мишне Тора, в разделе "Этические законы", излагая доктрину "среднего пути" (метриопатии, умеренности, удаления от крайних аффектов), Маймонид пишет:

"И заповедано нам идти этими средними путями, путями благими и прямыми, как сказано "идти будешь путями Его". Так учили [мудрецы], толкуя эту заповедь: "Как Он назван милостивым (חנון), так и ты будь милостивым; как Он назван милосердным (רחום), так и ты будь милосердным; как Он назван святым, так и ты будь святым". И в этом смысле называли пророки Бога всеми этими именами: Долготерпеливым, Великим в благодеянии, Праведным и Справедливым, Совершенным, Могучим, Сильным и другими, подобными им — чтобы сообщить, что это пути благие и прямые, и человек обязан идти по ним и уподобляться Ему по мере сил" (1:6-7).

Отметим, что согласно "Книге Заповедей", источником атрибутов действия, которым следует подражать, служит не познание путей Бога в мире, а метафорический язык Писания (в Мишне Тора Маймонид также ссылается не на сами деяния Бога, а на имена, данные Ему пророками). В этом смысле описания Бога в Библии приобретают не информативное, а нормативное значение; ср. ниже, в настоящей главе о том, что деяния, которые Бог повелевает совершить, также рассматриваются как Его атрибуты действия. (Это положение раскрывает дополнительное значение метафорических описаний Бога в Библии. В Путеводителе (гл. 26 и 46) Маймонид говорит о том, что эти описания призваны сформировать средствами "языка людей" представление о Боге как о совершенном существе. Согласно "Книге Заповедей" эти описания определяют нравственный идеал и образец для подражания.) В Мишне Тора появляется независимый от этих двух источников критерий для определения путей Бога: этическое правило золотой середины. Как мы уже отмечали (выше, прим. 2), содержание заповеди о подражании Богу для пророка, для того, кто актуализовал свой интеллект, достиг знания о Боге, отличается от ее содержания для того, кто не обрел такого знания. Для того, чей интеллект находится в потенциальном состоянии, источником знания об атрибутах действия, которым следует подражать, является традиция, внешний авторитет (восходящий к пророку). Тот же смысл имеют атрибуты, выводимые из правила золотой середины — внешнего критерия этического равновесия, подобного наставлениям врача, необходимым для восстановления гармонического равновесия телесных сил у больного, утратившего внутренний критерий этой гармонии (См. Шемона пераким, гл. 3; МТ, "Законы этики", 2:1-2). Данные таким образом, атрибуты в принципе не могут сохранить своей истинной внутренней мотивации, постигаемой пророком; усваивая их, превращая их в форму своего этоса, человек создает их новую, основанную на душевных расположенностях, мотивацию. Такого рода подражание атрибутам действия приближает человека к Богу лишь постольку, поскольку оно гармонизирует, совершенствует форму его этоса, делая возможным восприятие формы более высокого уровня — интеллектуального постижения, вершина которого — истинное познание Бога. Образно говоря, такое подражание Богу является тем прилагаемым к человеческой душе извне инструментом, который оформляет, ваяет, шлифует этос, внешнюю форму человека, делает ее сосудом, пригодным для внутренней формы. На этой стадии постоянно присутствует опасность переноса внешней формы на Бога, антропоморфизма, поэтому и необходимы оговорки и предостережения о метафорическом значении выражений, приписывающих Ему атрибуты и говорящих о подражании Богу (см. гл. 1, в конце, прим. 32, 44 и 48 к ней). На этой ступени речь не идет об устранении аффектов; напротив, цель воспитания — формирование этоса, обеспечивающего сбалансированные аффекты, реакции на внешние воздействия. У того же, для кого познание Бога стало субстанциальной, внутренней формой души, подражание деяниям Бога становится продолжением его познания Бога, энтелехией "образа Божьего" — субстанциальной формы человека. Используя, вслед за Маймонидом, образ изливающейся эманации (II, 37), можно представить познание Бога как наполнение интеллекта эманацией Божественного разума, а подражание Богу — переливание эманации через край. Можно сказать, что само действие становится познанием (Ср. "во всех путях твоих познавай его", Прит. 3:6; Шемона пераким, гл. 5). Поэтому Моисей мог править народом, заботиться о его нуждах, ни на мгновение не отвлекая свою мысль от созерцания Бога (III, 51). В этом смысл оговорки, содержащейся в комментируемой фразе Путеводителя: "И подобает правителю государства, если он является пророком...". Как мы помним, во второй главе Путеводителя обещание "вы будете как боги", понятое как "вы будете как правители", рассматривалось как соблазн Змея. Подражание Божественному правлению как альтернатива пути познания Бога — дерзкое самозванство и подмена истинной человеческой формы, образа Божьего, внешней формой с пустой сердцевиной. Разумеется, это не означает отрицания значимости внешнего подражания для человека, находящегося в стадии формирования этических предпосылок для интеллектуального постижения; этика — начало и конец пути, но его средоточие — постижение.