Девоньки мои - Людмила Лаврова
– Я знаю…
Следующие три года Ирина не уставала удивляться переменам, которые происходили с Мариной. Та и впрямь наметила себе цель и шла к ней упорно, не видя препятствий.
– Мам, я репетитора по математике поменять хочу.
– Почему?
– Не все объясняет. Если я прошу – отмахивается, что для сдачи экзамена мне, мол, не надо знать, а для общего развития – не обязательно. Меня это не устраивает!
– Хорошо. Что от меня нужно?
– Помоги найти другого. Может быть, кто-то посоветует хорошего? У меня еще два года в запасе. А на переправе коней не меняют!
– Марина!
– Что?! Я же образно! Поможешь?
– Конечно, помогу! А с русским как?
– Нормально. Пока справляюсь.
Часть расходов на оплату услуг репетиторов покрывала сама Марина, но большую все-таки пришлось взять на себя Ирине. Период подростковых скандалов и становления отнял у Марины львиную долю учебного времени, а потому теперь приходилось спешно латать дыры, образовавшиеся в результате пропусков занятий.
– Мам, мне иногда кажется, что я во сне спать хочу! Представляешь? Мне снится, что я сплю! – пристраивалась поздно вечером рядом с матерью Маринка. – Так бывает?
– Ага. У меня было такое, когда я в институте училась. А потом, когда тебя забрала. До подушки доползать не всегда получалось. Засыпала там, где минутку ловила.
– Трудно было тебе?
– А сама как думаешь?
– Думаю, что ты всего этого не заслужила! Бабушка права была. Тебе нужно было свою семью создавать. Детей рожать. Любить…
– А ты полагаешь, что может человек любить, предав кого-то близкого? Разве можно понять, что такое любовь, если думаешь только о себе?! Отдала бы я тебя в детский дом, и что? А если бы не нашлись родители для тебя? Какое будущее ждало бы? А я жила бы спокойно, своей жизнью?
– Прости! Глупость сморозила! – Маринка обнимала Ирину. – Мам, а у тебя был кто-нибудь за это время? Ну… Ты понимаешь…
– Ох, Маришка! Ты такая еще маленькая! Когда?! Вот ты скажи! Когда мне было романы крутить?! Бабушка болела. Ты чудила. Я разрывалась между вами и работой. Моей любовью была та самая минутка, которую я ловила, чтобы поспать. Конечно, я хотела бы, чтобы появился тот, кто поймет и примет такой, как есть – с ребенком, бабулей и всеми проблемами в комплексе. Но не судьба, видимо… Не было такого человека, Марина.
Конечно, Ирина не говорила дочери о том, что больше всего на свете иногда ей хотелось, чтобы такой человек появился рядом. Взял бы на себя хотя бы часть забот и помог. Да просто сказал бы, что все будет хорошо! И этого было бы достаточно, чтобы ноша, которую взяла на себя Ирина, стала немного легче.
Но такого человека не было… А Ирине оставалось только мечтать о том, что когда-нибудь он появится.
И если ее мечты оставались мечтами, то для Марины, нежданно-негаданно, появление такого человека стало вдруг реальностью.
Только вот, что делать с этой реальностью, Ирина не знала. Она будто вдруг вернулась на несколько лет назад и снова оказалась на развилке, как когда-то с Дашей.
– Мам, я влюбилась! – Маринка кружилась возле зеркала в новом платье. – Он такой… Такой…
– Какой, Марина? – Ирина чувствовала, как холодеют руки от страха и кружится голова.
Конечно, Марине уже исполнилось восемнадцать, и сравнивать ее историю с историей Даши было по меньшей мере глупо, но Ира ничего не могла с собой поделать. Ей казалось, что все повторяется. Ведь точно так же танцевала у зеркала счастливая Дарья, мечтая о большом и светлом чувстве. А получилось что?! Да и есть ли она? Эта самая любовь?! Ирина, работая в салоне, каждый день выслушивала множество откровений о жизни своих клиенток. И хорошего там было ой как мало… Конечно, она понимала, что о счастье своем человек скорее молчать будет, чем трубить на весь мир, но верить в доброе как-то не слишком получилось, опираясь на собственный опыт.
– Мариша, расскажи мне о нем. Кто он? Кто его родители?
– Мама преподает в колледже, а отца у Вити нет.
– Как нет?
– Он болел долго. Так Витя мне сказал. А потом отца не стало, и Виктор с мамой переехали в наш город. Тяжело было оставаться в том доме, где они жили все вместе.
Ирина задумалась. Если мальчишка единственный сын, то хорошего ждать особо не приходится. Скорее всего, такой же, каким был отец Марины – избалованный, инфантильный, безалаберный. И какое будущее ждет девочку с таким кавалером? Нет! Нужно решительно и резко пресечь все, что связано с этой темой! Рано еще Маринке романы крутить! Пусть учится!
Ира, конечно, понимала, что все ее страхи – это лишь отголоски того, через что ей пришлось пройти в свое время. Она так боялась потерять Марину, что невольно переносила на нее все то, о чем болела душа. Решив, что оттягивать разговор смысла нет, она на следующее же утро подняла вопрос о встречах дочери с Виктором и Маринкином будущем.
– Марина, я считаю, что тебе нужно хорошенько подумать над тем, что происходит. А чтобы тебя ничто не отвлекало, лучше будет, если ты перестанешь видеться с Виктором на какое-то время.
– Совсем?
– Не знаю. Возможно. Знаешь, говорят, что для того, чтобы проверить чувства, нужна разлука. Вот и посмотрите – любовь это или просто увлечение.
Запрет Марина приняла с пониманием.
– Мам, ты боишься?
Ирина растерялась и чуть не выпустила из рук утюг.
– Нет! С чего ты взяла?
– А то я не вижу! – усмехнулась Марина, собирая сумку и поглядывая на часы, чтобы не опоздать к первой паре. – Ты же сегодня всю ночь не спала! Сколько кофе выпила? Признавайся!
– Марина! Прекрати со мной так разговаривать! – насупилась Ира. – Какая разница?! Мы сейчас о тебе говорим, а не обо мне!
– Мы о нас говорим! – Маринка подошла к Ирине и обняла ее за плечи. – Чего ты боишься? Того, что я повторю судьбу своей мамы?
Ирина закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание и справиться с паникой.
Когда?! Когда дочь стала настолько взрослой, чтобы понять, что творится сейчас у нее на душе у нее?! Почему голос Марины звучит спокойно и ровно, в то время как ее собственный срывается на каких-то петушиных нотах всякий раз, когда она пытается донести свою точку зрения до дочери?! Неужели ее девочка действительно выросла?!
Марина взяла мать за руку и поманила за собой на кухню.
– Давай, я тебе
