Ты любишь летние мандарины? - Ли Хиён
То было лицо моей старой классной руководительницы. Холодный взгляд на семнадцатилетнюю меня – единственную, кто не пришел на твои похороны. Она не могла знать ни о времени, что мы провели вместе, ни о том, что произошло той ночью.
Я по-прежнему заботилась о саде и белом кирпичном доме, где тебя больше не было. Была преданной поклонницей игры и, по мнению окружающих, наивной дурочкой, больше десяти лет оставляющей деньги в «Гауди».
– О? Это случайно не «Гауди»? – раздался позади голос, и я поспешно закрыла страницу. – Простите. Зашел кое-что спросить, но, похоже, помешал… На самом деле я когда учился в университете, долго был увлечен этой игрой. Неужели она еще существует? Сонна, у вас еще остался дом?
Это был учитель этики. Вместо ответа я неловко улыбнулась.
– У вас ведь сейчас снова урок, да? – заинтересованно спросила я, сменив тему.
– Сегодня первоклассники даже на несколько вопросов не ответят, все спят. Я будто сам с собой разговариваю.
Учитель этики с усталым смешком отвернулся. Первый класс – как раз тот, где учится твой брат. Но тогда я и представить не могла, что снова встречу тебя…
[JIN онлайн в «Гауди»]
Сообщение пришло впервые за двенадцать лет. И имя JIN появилось на экране впервые за годы. Я снова и снова перечитывала эту строчку, думала, что это ошибка. Может, сбой системы? Или меня взломали? В любом случае, было ясно – случилось что-то серьезное. Я поспешно встала на смарт-коврик, надела XR-шлем и быстро вошла в «Гауди».
– Как так, JIN вошел? Что-то случилось?
[Нет. Только что JIN вошел в «Гауди» впервые за 4140 дней]
Сообщила птичка, проводник.
[Скоро вы прибудете в сад пользователя JIN]
Меня трясло. Глупо говорить об отсутствии чувства реальности в виртуальном мире, но именно так я себя и ощущала. Казалось, в голове звенит колокольчик. Кто-то открыл дверь белого кирпичного дома и вошел внутрь. Это был ты, JIN.
– Давно не виделись!
В тот момент я поняла: передо мной стоял аватар JIN, но в XR-гарнитуре находился совсем другой человек. Полузастывшее лицо, растерянный взгляд, в котором сквозило любопытство, голос, не умеющий скрывать смущение, и попытки что-то сказать…
«Ты все-таки узнал тайну брата?»
Когда-то, в туманных воспоминаниях, ты показал мне фотографию мальчика, так похожего на тебя, что в это невозможно было поверить. И сказал, что это твой брат-близнец, который младше на целых тринадцать лет. Наконец малыш вырос и распахнул дверь, за которой скрывалась наша тайна. Было немного досадно, но я тоже не могла ничего сказать. Если бы твой брат спросил, кто я такая и что делаю в саду, мне нечего было бы ответить. Наверное, с ним тебя связывало куда больше, чем со мной. Возможно, права на этот сад и белый кирпичный дом принадлежат ему, а не мне.
В тот день аватар JIN почти бегом покинул сад, а я впервые за долгое время немного поплакала.
Я знала, что это не ты. Но стоило нам пересечься у школьных ворот, как невольно засматривалась на него. А потом он оборачивался – и меня уже не было. Наверное, он чувствовал чей-то взгляд. Было ли ему неприятно? Жутковато? Думаю, он точно обратил внимание.
Однажды, понимая, что так нельзя, я все же окликнула его. Не смогла удержаться – он пришел в голубом галстуке. Эта тонкая грань между голубым и синим слишком бросилась в глаза. Увидев его неловкую улыбку, я сказала самой себе:
«Ну ты и жестокая».
Глупо с моей стороны, правда? А этому мальчику, наверное, стало очень любопытно, кто такая BlackPine и почему она жила в мире его брата. Придет ли день, когда кто-то сможет подробно ответить на эти вопросы?
Я теперь часто бывала в библиотеке, куда в школьные годы почти не заходила. Библиотекарь там – очень хорошая женщина, почти моя ровесница, с ней легко разговаривать, она советует хорошие книги. Иногда я захожу в обед, и она делает мне кофе. В один из таких дней я пришла, как обычно. Погода стояла отличная. В золотое время обеда в библиотеку никто не ходит. Мы болтали за кофе, когда библиотекарь вдруг шикнула и указала куда-то между стеллажей. Кто-то был на первом этаже, да еще в секции искусства? Неужели в нашей школе нашелся бы человек с таким утонченным хобби? С этой мыслью я тихо двинулась к стеллажу. В тот момент у меня подкосились ноги. Я из последних сил удержалась, чтобы не осесть на пол прямо там. В конце концов чашка вылетела из рук. Пока библиотекарь, испуганно вскрикнув, спешила ко мне, я замерла, словно окаменела. В узком проходе между полками стоял ты – точно такой, каким я помнила тебя десять с лишним лет назад, – и держал раскрытую книгу под названием «Жизнь и живопись». Как это возможно? Казалось, сердце, колотящееся в груди, вот-вот остановится. Отговорившись чем-то незначительным, вроде «со мной все в порядке», я выскочила из библиотеки почти бегом. В туалете включила холодную воду, несколько раз умылась и лишь тогда смогла вдохнуть. Вернулось сознание, я снова почувствовала собственные руки и ноги.
– Это ты подстроил? Чтобы напугать меня или проучить? Поручил это брату?
Капли воды стекали по лицу, а я так и стояла не шелохнувшись. Из груди вырвался сухой, растерянный смешок. Реальность и иллюзия, время и пространство начали переплетаться. Я уже и сама не знала, с чего начать и как рассказать. Время летело куда быстрее, чем казалось. В мире многое изменилось, но твой сад остался прежним. Как это объяснить? Послушай… скажи хоть что-нибудь! Что мне делать?
«Ты и правда жестокая. Еще называешь себя учительницей? Ты ведь уже не семнадцатилетняя девчонка. Как можно шутить с чужим младшим братом? Признайся, как все было, и положи этому конец. Ли Сонна, я в тебе ужасно разочарован!»
Скажи хоть что-то, любое слово – я была бы так благодарна. Ладно? Чжин, прошу тебя.
– Сегодня пятница, может, сходим в кино? На боевик, о котором я говорил в прошлый раз. В NAN, вроде, еще не показывают, – спросил Доун, шагая вровень со мной.
– Прости, у меня встреча. Кино давай в другой раз.
– Какая встреча? С кем?
Я остановился и обернулся к школе.
