Игорь Святославич - Виктор Петрович Поротников

говорится, за свою родню кого угодно полоню. Но нам в Смоленске и своих забот хватает. Соседи наши, князья полоцкие, спят и видят, как бы кусок наших владений отхватить. Уж не обессудьте, братья, но нам с Рюриком не по пути с вами.

– Ну и проваливайте отсель! – в сердцах бросил Святослав Всеволодович. – Без вас обойдёмся!

Глава вторая. Поход на Друцк

Красивы и привольны луга под городом Любечем.

На этих обширных лугах, обрамлённых светлыми дубовыми рощами, ныне тесно стоят белые шатры, крытые рогожей возы с задранными оглоблями. Рядом пасутся разномастные кони: гнедые, каурые, белые, вороные… Здесь великий князь киевский и его союзники устроили место сбора конных и пеших полков, готовясь к походу на суздальского князя.

Был год 1180-й.

На холме над Днепром далеко виден красный шатёр Святослава Всеволодовича. Вокруг шатра воткнуты древками в землю стяги князей и городов. Много войска уже собрано, но умудрённый жизненным опытом Святослав любил действовать наверняка, поэтому послал гонцов в Степь за половцами. Хан Осолук из орды Бурчевичей откликнулся на призыв киевского князя, помня своё родство с Ольговичами. Из донских половцев пожелали сражаться за Ольговичей ханы Кончак и Гза.

Покуда Святослав поджидал прихода половецких конных ратей, его дозорные сообщили, что на другом берегу Днепра, как раз напротив Любеча, князь Давыд Ростиславич с дружиной охотится в лесах на оленей.

Святослав, может, и не придал бы этому значения, если бы не его думный боярин Кочкарь, который посоветовал ему:

– Час удобный, княже. Переправимся через Днепр на лодьях и ближе к вечеру нападём на стан Давыда. Его самого полоним, а дружину посечём. После этого Смоленск можно будет взять голыми руками. Рюрика изгоним, а в Смоленске своего князя посадим, из Ольговичей.

Если вчера такой поступок мог показаться Святославу откровенной подлостью, то ныне его мысли были о другом. Он с братьями своими вознамерился помериться силами с сильнейшим князем на Руси, а от Ростиславичей всего можно ожидать. Вот если отнять у них Смоленск, а самих взять в полон, тогда можно без опасений выступать на суздальского князя.

И Святослав, не сказав ни слова никому из своих братьев, взял Кочкаря, три сотни верных гридней и махнул на лодьях на другую сторону Днепра. Соображал Святослав Всеволодович быстро, а действовал ещё быстрее.

Когда Давыд, его ближние бояре и младшие дружинники возвратились, настреляв дичи, в свой охотничий стан, на них вдруг выскочили из кустов воины киевского князя. Всех смолян повязали. И только Давыд с двумя кметями[67] сумел ускользнуть в общей кутерьме.

Святослав вернулся в лагерь под Любечем расстроенный. Теперь Давыд и Рюрик непременно ополчатся на Ольговичей, обвинив их в вероломстве. И будут правы, вот что было обидно. Не было у Ростиславичей повода к вражде с Ольговичами, так Святослав, по указке услужливого Кочкаря, сам дал им этот повод.

Хан Осолук привёл три тысячи всадников. Десять тысяч конных воинов привели Кончак и Гза. Половцы широко раскинули вокруг Любеча свои становища.

Войска собраны, можно начинать войну с суздальцами.

Однако в шатре великого киевского князя не о войне шли разговоры, но о неразумном поступке Святослава.

– Чёрт дёрнул тебя, брат, послушать Кочкаря, – укорял Ярослав старшего брата. – Вот Всеволод Юрьевич обрадуется, когда узнает, что Ростиславичи зуб на нас точат. Для него союз с ними, как манна небесная! Что теперь делать будем? Уйдём с полками на север, а Ростиславичи волости наши разорят. Коль на Ростиславичей войной пойдём, тогда у суздальского князя будет время с Рязанью расправиться.

– Можно войско разделить и начать войну одновременно со Всеволодом Юрьевичем и Ростиславичами, – сказал Владимир Глебович.

– А я бы натравил на Смоленск половцев, – высказался Всеволод. – К такой напасти Ростиславичи явно не готовы.

– Что скажешь ты, брат? – обратился Святослав к Игорю.

Игорь предложил замириться с Давыдом, вернув ему пленных дружинников.

– Потребует Давыд отступное серебром, дать ему отступное, – твёрдо промолвил Игорь.

Святослав после долгого раздумья проговорил:

– Я старше Ярослава, а ты, Игорь, старше Всеволода. Так я теперь вам вместо отца и приказываю тебе, Игорь, оставаться здесь и оберегать Чернигов. Ярослав останется в Киеве. А я со Всеволодом и Владимиром пойду выручать рязанского князя и сына своего Глеба.

Святослав и половецкое войско разделил надвое: с Игорем оставил орду Кончака и его брата, с собой взял ханов Гзу и Осолука.

Пленённую Давыдову дружину Святослав отправил в Киев.

К Давыду умчался гонец с предупреждением: коль вздумают Ростиславичи мечами греметь в отсутствие Святослава, все пленные смоляне будут умерщвлены.

В начале июня пешие рати киевского князя в насадах двинулись вверх по Днепру, конные полки шли берегом.

В ту же пору пришла весть о смерти от болезни младшего из Ростиславичей, Мстислава.

Ярослав, узнав об этом, возрадовался и не спешил ехать в Киев, полагая, что Давыду и Рюрику ныне не до мести.

Внезапно из Киева прибыл гонец, сообщивший, что Рюрик с дружиной ворвался рано поутру в Киев, побил людей Святославовых и освободил смолян из поруба.

– Теперь в порубе сидят те из киевлян, что сторону Ольговичей держали, – молвил гонец. – Рюрик призвал на подмогу князей луцких, Ингваря и Всеволода. Да послал за помощью к Ярославу Осмомыслу.

– А где Давыд? – спросил Игорь.

– Ушёл в Смоленск, собирает войско, чтобы ударить в спину Святославу, – ответил гонец.

Ярослав от услышанного чуть дара речи не лишился. Кто бы мог подумать, что у Ростиславичей достанет дерзости захватить Киев! И что будет, если Ярослав Осмомысл, подобно луцким князьям, окажет поддержку Ростиславичам!

– Написал бы письмо своему тестю да растолковал бы, кто ему истинный друг, а кто враг, – подступил к Игорю Ярослав. – Поторопись, Игорь. Коль придут к Рюрику галичане, нам его будет не одолеть. И Святослав далече…

Но Игорь думал о другом.

– Надо немедля на Давыда идти, – сказал он, – не дать ему против Святослава выступить.

– Ополоумел ты, что ли, брат?! – воскликнул Ярослав. – Уйдём мы из Чернигова, кто оборонит город от Рюрика, коль он сюда пожалует?

– Без галичан Рюрик из Киева и носа не покажет, – заметил Игорь, – а покуда галичане соберутся в поход, мы к тому времени разобьём Давыда и вернёмся назад.

– А ну, как не успеем?

– Успеем, брат.

– Так может, сначала на Киев двинем, пока галичане не подоспели?

– С наскока нам Киев не взять, а на долгую осаду у нас времени нет, – возразил Игорь. – К тому же я не хочу, чтобы половцы Киевскую волость пограбили, ведь это владение Святослава. Пускай лучше грабят волость Давыда.

Ярослав нехотя,