Уилл Рэндалл - Год в Ботсване

— Ну и что, черт побери, вы там решили? — поинтересовался я.

Мы оба отчаянно старались не замечать отчетливые всхлипывания, исходившие из салона.

— Да не беспокойся ты. Эти парни — ребята что надо. Они же не могут отбуксировать нас на своем «лэнди», вот и поехали за одним из своих восьмитонников — за большой тачкой. Думаю, через полчасика вернутся. Наверняка вернутся, обычно с ними можно иметь дело. Особенно если они на твоей стороне.

Вспомнив об автоматах, я задумался, что произошло бы, окажись БСО не на нашей стороне.

— Мда, полагаю, нам лучше объяснить PAX’ам, что происходит. Иначе они из нас всю душу вынут. Только представь, что они будут рассказывать, когда вернутся домой.

Успокоить клиентов у Фила получилось на удивление очень даже неплохо, причем переводить мне пришлось совсем немного. Уж не знаю, как по-французски и по-немецки сказать «да не будьте вы, блин, стадом плаксивых рохлей», поэтому я предпочел употребить слова вроде «courageux» и «tres brave», «furchtbar» и «wunderbare Gruppe»[45]. Все это, кажется, возымело надлежащее успокаивающее воздействие.

— Просто восхищайтесь видом и перестаньте, блин, жаловаться на все подряд, — закончил Фил, а я поспешно добавил:

— Quel beau paysage, n’est-ce pas? Vous etes un groupe vraiment charmant. Surtout vous, Madame de la Roziere[46].

— Ah oui![47].

Верные своему слову, приехали за нами те же самые четыре солдата, на этот раз на большом грузовике с открытым кузовом, в котором возвышалось, к нашей общей тревоге, нечто представлявшееся современным эквивалентом пушки, но одновременно — что выглядело гораздо более обнадеживающе — и мощной лебедкой. Уже через несколько минут мы под наблюдением группы любопытных жирафов медленно пыхтели по берегу реки.

— Как называется это место? — спросил я Фила, когда мы наконец-то оказались на некоем подобии дороги у окраины селения.

— Касане, — ответил он.

— Касане? Да ты что? Это уже Касане? Пункт моего назначения! Ну и что это за место? — Мне вдруг пришло в голову, что за последние две недели или около того мы едва ли встречали хоть какой-нибудь населенный пункт, а мысли о моей предполагаемой преподавательской работе отступили на задний план.

И вот теперь, с некоторым возбуждением, я осознал, что здесь-то и открывается новая глава. — А у них тут есть какие-нибудь магазины или что-нибудь в этом роде?

А телефон? Расскажи, как тут вообще люди живут!

Фил вздохнул, дав понять, что мне осталось совсем немного подождать и я выясню все сам. А ведь у меня действительно не было ни малейшего представления, на что тут вообще можно рассчитывать. В который уже раз я убедился, что большинство моих представлений об Африке были понадерганы либо из телепередач, либо из «Приключений» Уилларда Прайса, описывающих подвиги двух братьев, Хэла и Роджера, — серии романов, которые я от первого до последнего жадно поглощал еще школьником. К сожалению, став взрослым, я слишком много прочел и увидел по телевизору о гражданских войнах и болезнях, голоде и засухе, коррупции и репрессиях. И вот теперь, когда мы въезжали в это весьма немалое селение, я осознал, что даже понятия не имею, как здесь живут люди. Что такое современная Африка на самом деле?

Огромный белый супермаркет с развевающимися флагами, тележками, широкими проходами и высокими полками определенно не входил в число того, что, по моим представлениям, должно было первым попасться здесь на глаза. Наверняка многие из покупателей супермаркета «Спар» в начале того дня были несколько озадачены, увидев, как Ботсванские силы обороны тащат на буксире по главной улице городка большой желтый автобус, из каждого окна которого с глупым видом таращатся изумленные бледные лица. От супермаркета тянулась порядочная вереница магазинов, имелись здесь также банк, туристическое агентство, магазин стройматериалов, мясная лавка и булочная. На углу улицы, где прохожие ожидали, пока несколько новеньких широких полноприводных автомобилей въедут на главную магистраль и направятся из городка, располагались знаки, указывавшие на наличие полицейского участка, нескольких гостиниц, пансионатов, бюро путешествий и автобусных компаний.

Внезапно меня охватило замешательство: я осознал, чего именно желал от Африки, основываясь на своих романтических о ней представлениях. Не могу, впрочем, сказать, что увиденное мною совсем уж было лишено экзотики. Когда армейский грузовик затормозил, чтобы свернуть на север, я увидел, как мимо какого-то мужчины, загружавшего покупки в кузов своего пикапа, протрусило и свернуло за угол в направлении видеомагазина семейство бородавочников — папа, мама и три детеныша, — живо семеня короткими ножками, со вздернутыми словно антенна автомобиля тонкими щетинистыми хвостиками.

Наконец Фила и меня, вместе с находящимися в некотором ступоре пассажирами, подтащили к воротам оборудованного по последнему слову техники гаража, и под многочисленные «eins, zwei, drei»[48] и нерешительные «allons-y»[49] автобус задним ходом затолкали внутрь. Наше прибытие было отмечено энергичным приветствием Маурио — владельца предприятия, итальянца, обладавшего приятной наружностью и отличавшегося вкрадчивым обхождением в весьма, впрочем, тактичной манере. Они с Филом явно были добрыми друзьями, о чем свидетельствовали последовавшие шумные и довольно болезненные на вид хлопки по спине и объятия. Маурио весьма напыщенно потребовал, чтобы мы «залезайт под крышку», и после того, как PAX’ы высыпали из автобуса во двор и принялись разминать мышцы, массировать друг друга и выполнять прочие физические упражнения, маэстро произвел осмотр и объяснил, в чем заключается наша проблема.

Говоря вкратце, его заявление сводилось к тому, что нашему верному коню требовался механический эквивалент пересадки сердца. А это новое сердце необходимо было еще доставить из ЮАР и приладить к грузовику. А прибытия его можно было в лучшем случае ожидать на следующей неделе. Фил страшно огорчился.

— Что ж, мне только остается довезти PAX’ов на автобусе до водопада Виктория, а там они смогут пожить несколько дней в кемпинге, и тогда уж я от них избавлюсь. Сам-то что будешь делать, Уилл? Можешь поехать с нами до водопада, а потом вернуться. Но место, где мы встанем, полностью обслуживается, так что никаких проблем, если захочешь остаться и осмотреться, раз уж ты собираешься здесь жить.

Ну надо же: Фил, судя по всему, был гораздо более уверен в моем будущем, чем я сам.

— Нет, Уилл, правда, это восхитительное место. Я зря говорить не буду. Здесь можно много чего увидеть и чем заняться, и оно действительно неиспорченное. Есть тут и заведение, где можно остановиться, если хочешь — прямо здесь, на холме. Очень мило и дешево, оно, кстати, принадлежит моим друзьям. В общем, сам решай.