Уилл Рэндалл - Год в Ботсване

— Ну, думаю, около двенадцати. — И тут вдруг мой разум более озаботился происходящим в автобусе, нежели ошеломляющим видом снаружи. — Что-то случилось? Тебе нужна помощь?

Хотя я и потратил изрядное количество времени, стараясь внушить себе, что ни в коем случае нельзя быть тряпкой в чрезвычайных ситуациях, толку от этого, должен признать, было мало. Интуитивно я понял, что у нас крупные неприятности. Об этом мне говорили интенсивно потеющие ладони. Трудности с глотанием были другим явным симптомом быстро возрастающей паники.

— Что ж, братан, возьмем самый худший вариант. Так сказать, полные кранты. Но тогда обычно раздается нечто типа удара, но я ничего такого не слышал, а ты?

Не особо уверенный, что может означать «полные кранты», я признал, что да, действительно, ничего подозрительного я не слышал.

— Хорошо, если это подача топлива. Тогда, наверное, придется только сменить фильтр. Уверен, у меня тут завалялся один.

Фил потянулся за сиденья и выудил оттуда большой красный металлический ящик на защелках. Распахнув его, он принялся рыться во множестве непонятных пластмассовых предметов, пока не нашел искомое.

— Ага, вот он. — Водитель вытащил картонную коробочку. — Припоминаю, что фильтр у этой старушки как раз под сиденьем, что весьма кстати.

Весьма и весьма, подумал я, когда оглянулся назад и, выглянув в окно, уловил перемену в настроении группы в задней части автобуса. Всего лишь мгновение назад в салоне стояла едва ли не мертвая тишина, теперь же пассажиры тихо, но возбужденно переговаривались. Когда же я осознал, что было объектом их интереса, меня это совершенно не удивило.

Ступая медленно и неуклюже, но с явственной неумолимостью, из реки выбиралась вереница слонов. С их колонноподобных ног стекала коричневая жижа, словно пролитая краска, покрывавшая растрескавшийся берег. Мы, судя по всему, стояли как раз на их пути.

— Эй… Послушай, — прошептал я, поглядывая на скрючившегося, едва ли не перевернувшегося вверх тормашками Фила и отчаянно пытаясь сохранить хладнокровие. — Понимаешь, я просто подумал, что надо бы сказать тебе, просто чтоб ты знал, но у нас тут слоны… э-э-э…

Я постарался донести свою мысль:

— Кажется, около семи часов у нас будут слоны. Ну, может, полвосьмого, или без четверти восемь… — Я знал такой прием по фильмам про войну, когда у кого-то на хвосте висел вражеский самолет. И в нашей ситуации подобное сравнение мне не представлялось совсем уж неуместным.

Помню, что еще вдруг поразило меня, так это насколько быстро жизнь, до этого казавшаяся относительно нормальной, теперь моментально перевернулась с ног на голову. Всего лишь две недели назад я вовсю наслаждался гостеприимством и виноградарством Кейптауна. Прошло всего лишь каких-то четырнадцать дней, и меня уже вот-вот расплющит в европейскую лепешку стадо слонов. Через открытые окна я уже слышал дыхание животных. И даже чувствовал их запах. Ко всеобщему облегчению, они как будто занялись переучетом ярдах в тридцати.

— Старый фильтр, кажется, в порядке. Хотя, с подобными вещами никогда не знаешь наперед. Ладно, дадим старушке шанс. — Фил принял нормальное положение. — Посмотрим, понравится ли ей это.

Старушке это не понравилось.

В кабине тут же сильно запахло горелым, и мне даже показалось, что из-под водительского сиденья повалил дым. Я оглянулся посмотреть через перегородку, не закурила ли какая из француженок, среди которых были заядлые курильщицы. К счастью, их внимание было всецело занято войском толстокожих, утрамбовывавших почву невдалеке от нас.

— He-а, бесполезно. Ничего не попишешь, братан. Придется залезать под крышку.

Под крышку?

Пока я обдумывал практические последствия того, что, по мнению Фила, необходимо было предпринять для текущего ремонта, на автобус легла тень. С усилием скосив глаза влево, я нервно посмотрел в окно. На ужасающе маленьком расстоянии боком ко мне стоял огромный слон. Он — а может, и она — определенно был не только одной длины с нашим транспортным средством, но и одной высоты. В животном также ощущалась крепость, судя по всему превосходящая прочность автобуса и всех его уже попискивавших пассажиров. Легко и изящно слон повернулся к нам спиной. Однако вздохи облегчения пришлось тут же подавить, поскольку массивная голова с бивнями размером и весом с меня качнулась назад, в нашем направлении.

— Ладно, я уж залезу посмотрю, а ты оставайся тут, — жизнерадостно бросил Фил.

Ей-богу, в его совете я не нуждался, ибо, опустив взгляд вниз, вдруг обнаружил, что мои руки вцепились в поручень из поролона и металла словно монтажные тиски. Я повернулся и недоверчиво посмотрел, как Фил открывает дверцу. Остальное стадо неторопливо обходило автобус сзади, причем создавалось впечатление, будто животные пытаются нас окружить.

— Да, конечно, все в порядке. Будь уверен, нет ничего, что я не мог бы… — Мой дрожащий фальцет перешел в неловкий хриплый шепот и затих.

— Справишься, ясное дело. Я сейчас быстренько залезу под крышку. А ты приглядывай за клиентами.

Я развернулся и посмотрел через перегородку, изобразив подобие улыбки и немощно помахав свободной рукой. Мадам Де Ла Розьер ответила испепеляющим взглядом и поднесла к носу бутылочку с неким действенным содержимым, передав ее затем болезненного вида юноше, сидевшему рядом с ней.

В мгновение ока Фил оказался спереди возле автобуса, «залез под крышку» и принялся деловито копаться внутри, приведя в восторг своими манипуляциями слоненка, тершегося о бок матери, — ну просто оживший персонаж из мультфильма. Будь обстоятельства иными, я бы наверняка умилился. Но в тот момент я лишь желал, чтобы малыш убрался, да подальше, прихватив с собой всю свою семейку и дружков. И подобное настроение лишь усилилось, когда из-под крышки до меня донеслись слова, которых я более всего страшился:

— Братан? Слушай, не поможешь мне тут?

— О да, конечно. Хотя я думал, что мне надо присматривать за пассажирами…

— Да фиг с ними, — последовал ответ, не допускающий возражений.

Я бросил взгляд назад: кажется, никто из них не услышал столь непрофессионального высказывания. Естественно, осады пятнадцатью огромными животными, из которых поведение лишь одного-двух можно было описать как игривое, было вполне достаточно, чтобы отвлечь внимание туристов от слов водителя.

— Так что мне надо сделать? Включить что-нибудь или выключить?

— Просто подойди сюда на минутку, братан. Нужно кое-что подержать.

Я так и знал.

Я открыл дверцу.

Очень медленно.

Тихонечко насвистывая и стараясь представить, будто меня никто не видит, — как я порой поступаю, когда вдруг обнаруживаю, что любуюсь собой в витрине или что у меня расстегнута ширинка, — я двинулся к Филу. Несколько утешало быть следующим за профессионалом. Так сказать, за чужой спиной… Ну или что-то в этом роде.