Уилл Рэндалл - Год в Ботсване

— Нет, Уилл, правда, это восхитительное место. Я зря говорить не буду. Здесь можно много чего увидеть и чем заняться, и оно действительно неиспорченное. Есть тут и заведение, где можно остановиться, если хочешь — прямо здесь, на холме. Очень мило и дешево, оно, кстати, принадлежит моим друзьям. В общем, сам решай.

С некоторой долей раскаяния я уже подумывал, как приятно было бы отдохнуть от всех стеснений и тягот совместного проживания. Так здорово заниматься лишь собою, когда тебя не изводят и не засыпают безжалостно вопросами. Он точно не против?

Покачав головой, Фил улыбнулся:

— Я всего лишь надеюсь, что ты не жалеешь о поездке. Вообще-то, Уилл, есть одно дельце — одно последнее одолжение, — которое ты мог бы сделать для меня, что было бы весьма кстати. Пока я объясняю народу свой план — вот потеха будет, — не смог бы ты смотаться в город, в автобусную компанию, и попросить их прислать сюда такой автобус, чтоб в него влезли двадцать человек вместе со своими вещами. Они поймут, что нам нужно, — просто скажи, что едем к Виктории. Помоги, братан, а?

Конечно же я согласился ему помочь. Вот только как мне добраться до города, который находится милях, наверное, в двух-трех? Нет проблем. Маурио одолжит мне один из своих старых драндулетов. Фил снабдил меня точными и лаконичными указаниями, и я отправился на солнцепек во двор.

Старый драндулет оказался, по моему мнению, вполне добротным джипом. Я нацепил солнцезащитные очки и, бесстрастно помахав рукой, двинул со двора. Стоило мне овладеть передачами, и все стало довольно просто. В Ботсване, как и почти везде на юге Африки, ездят по той же стороне дороги, что и в ее бывшем колониальном хозяине, а других автомобилистов на дороге было относительно мало. В свете моего автомобильного прошлого, это было мне только на руку.

Вновь оказавшись на главной улице, я уже не сомневался в том, что вполне благополучно доберусь до автобусной компании. В двух сотнях ярдов впереди от меня виднелся знак. Взгляд в зеркало, сигнал поворотником, маневр. Так обычно отвечают ученики на экзамене по вождению, сказал я про себя, медленно и благоразумно поворачивая направо, и тут что-то с силой врезалось в меня сзади.

Глава 5

Время потрясений

Ну и суматоха поднялась! Со всех сторон повалили полные энтузиазма зрители. Мальчишки, совсем маленькие, облаченные лишь в потертые шорты, подступили ко мне поближе, прикрыв ручонками глаза от слепящего света, дабы получше разглядеть мою физиономию. По-видимому, их несколько разочаровало отсутствие крови. У нескольких были удочки, на крючках которых все еще болтался улов — серые рыбешки с мутными глазами. Девочки, менее заинтересованные в возможной смерти и разрушениях, под хлопки и песни продолжали свои замысловатые прыжки на натянутой на опорах резинке. В любое другое время это, возможно, показалось бы мне весьма милым.

Домохозяйки, одетые в самые разнообразные, но при этом неизменно яркие западные и африканские наряды, тоже остановились поглазеть на происшествие и, чтобы совсем уж не походить на зевак, тихонечко переговаривались меж собой. Покупки так и покоились на их головах, а крохотные младенцы продолжали себе мирно спать в ремнях, туго, но удобно стягивавших груди их матерей. С другой стороны, многие из собравшихся мужчин совершенно не стеснялись своего явного интереса к тому, что, как вскоре выяснилось, в Касане было настоящим evenement[50].

Как только обе столкнувшиеся машины остановились — моя на полпути на въезде на автобусную станцию, другую же наполовину вынесло поперек встречной полосы, — и когда моя душа наконец достигла пяток, я выключил двигатель и медленно, очень медленно, выбрался из джипа. Синхронно со мной, так же медленно, из ударившего меня темно-зеленого облегченного пикапа вылезли двое мужчин. Под ногами у меня, словно кости, хрустели разбитые пластиковые задние габаритки.

Эти двое приблизились ко мне: руки свободно свисают вдоль туловища, лица скрыты за полями широких кожаных шляп. Наконец они остановились передо мной. Толпа сзади расплылась: я сосредоточился на каждом их движении. Водитель подбоченился, его друг скрестил руки на груди.

Пауза.

Глубокий вздох.

— Привет, меня зовут Клевер, — объявил водитель. Голос глубокий, конфронтационных ноток вроде не слышно. Он оторвал руку от пояса и протянул мне. Оружия как будто не было. — Тебя как зовут, мистер?

— Меня зовут Уилл.

— Так, Уилли. И как же нам решить эту ужасную проблему? Почему ты не включил поворотник? Имей в виду: его всегда нужно включать.

— Но я же включил! Я его точно включил. Все, как полагается: маневр, зеркало, поворотник, газ, тормоз, поворот, э-э-э… Я думаю, включил. Я, знаете ли, всегда соблюдаю правила.

Вид у нас обоих был несколько озадаченный. Как, впрочем, и у всех остальных.

— Эй, я точно не видел поворотника! — немного поразмыслив, заявил Клевер.

Я с тоской вспомнил о бесчисленных других случаях, имевших место в прошлом, когда разговор при подобных обстоятельствах превращался в настоящий словесный пинг-понг: «да — нет; ты виноват — нет, ты». Улыбнувшись — ничего другого мне не оставалось, — я внутренне задался вопросом, чем же все это закончится.

Помощь, однако, пришла незамедлительно и с совершенно неожиданной стороны. Попутчик Клевера, развлекавший себя и остальных вокруг, просовывая кулак в пробитую дыру в крыле моего автомобиля, несомненно, слышал наш разговор. Он медленно подошел и, положив руку Клеверу на плечо, улыбнулся до ушей и заявил:

— А ведь это правда!

Клевер с воодушевлением закивал.

— Нет, в самом деле. Я вправду видел поворотник. Этот мистер хотел повернуть направо и поэтому притормозил и включил поворотник. А Клевер — сущий болван. Не знаю, чем он думал, когда пытался обогнать. Вррру-ум, вррру-ум! — Ко всеобщему удовольствию, приятель Клевера весьма правдоподобно исполнил пантомиму с рулем и рычагом передач и продолжил: — Да он всегда такой. У него нет ни капли здравого смысла, вечно он лажается. Теперь вот ты влип, — обратился он ко мне. — Но мы тебя ни в чем не обвиняем.

Слушая речь приятеля, Клевер кивал все медленнее, затем он потрясенно замер и в конце концов с отвисшей челюстью воззрился на своего приятеля. Ему понадобилось какое-то время, чтобы смириться с его вероломством. Когда же ему это удалось, он взял меня за руку и отвел в сторонку. Сдвинув шляпу на затылок, Клевер радушно улыбнулся:

— Ну, Уилли, и как ты думаешь, какой в нашей ситуации самый лучший выход? Может, ты починишь свою машину, а я свою? Как считаешь? Хорошая идея?