Сергей Гусаков - Время драконов (Триптих 1)

— В Системе есть кто-нибудь?

Сталкер пожал плечами.

— Может, и есть... Мы никого не видели. Мы тихо шли. Собственно, мы только дошли до Золотой Осени и обратно... А что?

— Да тот обвал... Кто-то помог ему отсюда. Видимо, недавно. Разобрал бут, полез в щель над старым завалом — где никто никогда не ходил,— плиты расшатал...

— Это тот ход, куда ты пошёл?

— Ага. Там — сказка. Собственно, он идёт параллельно нашему с кристаллами и натёками. Только ещё лучше.

— Здесь, в Дохлой? — удивился Сталкер,— да ведь её и прозвали так потому, что пустая. Большая и бесполезная, да. Мёртвая. Но для пития...

— А что: посмотрим, Сань?

— Я же говорю: раньше этот ход ни с Дохлой, ни с нашей не соединялся. То есть, конечно, ещё раньше соединялся — когда их разрабатывали — но потом, наверно как раз под оврагом, по естественной тектонике случился обвал; опасное место отгородили бутом и никто о нём не знал. А этот разобрал бут, полез в щель... Он там узоры из натёков и кристаллов на камнях выложил — обалдеть...

* * *

— Из дневниковых записей Завхоза/Пифа:

“В субботу днём приехал Сэм из “sf” — тот, что дал “спасателям” повторный вызов. Народ у костра ел, кто-то играл на гитаре. Те, кто вышел из-под земли, спали в палатках.

Сэм сказал, что ему приснилось, будто он нашёл Шкварина. Егоров спросил: «Где?»

— В Колизее. У Чёрной Пирамидки.

Из нас никто не знал этих мест. У костра собирались те, кто должен был идти под землю. Неосмотренными оставались только край Сетки и Преисподня — как раз то место, где Колизей.

Снова лезем впятером: я, Егоров, Марченко, Ю.Д.А. и Пиф. Идём в Сетку — дальнюю её часть.[9] Сэм с Козликом, Харитошей и Яной лезут в Преисподню. Проходка наша кончается митингом о возможных судьбах пропавшего и о бесплодности дальнейших поисков без экспертизы почерка найденной записки. Все страшно устали... [ ... ]”

* * *

... Красные огоньки сигарет разгорались туманными пятнышками, и тогда вокруг них искорками вспыхивали звёздочки кристаллов — будто взаправдашние звёзды, висящие в бесконечной бархатной тьме,—

: Сашка передохнул, затянулся.

— Мы все страшно устали. Вообще-то на поверхности было хорошо: девчёнки готовили еду, на поляне был порядок. Продукты и свет были в достатке — свои от тех, кто приезжал, и что время от времени подвозил отец Шкварина. Вернувшиеся с прочёсывания перекусывали и отсыпались в палатке; затем их будили и они ели у костра. Потом сами занимались дежурством,— к выходу следующей группы была готова еда,— те же, кто отдежурил, уходили вниз. Были маг и гитара — ведь надо было как-то разряжаться, отдыхать перед прочёсыванием... Искали-то уж объяснил, как. Чуть-ли не каждую соринку рассматривали. В семьдесят восьмом было легче — тогда Система меньше казалась, да и искали не следы человека — целый лагерь...

Сашка немного помолчал, собираясь с мыслями — но никто не перебил, не сказал ничего. Только Пит неловко повернулся на камне.

— Мы сидели в самом центре Сетки, курили; Завхоз развивал идеи о бесплодности поисков — в общем, тянул свою любимую песню “что бы ни делать, лишь бы ничего не делать”,— я, конечно, ругался с ним, потому что таких мелодий на дух не перевариваю... И вдруг всех словно — ну, не знаю, как это сказать. Точно молния изнутри; даже не молния, а чувство... и все услышали это разом. Почувствовали.

«Его нашли»,— сказал я.

«Да»,— говорит Пиф.

: Был час ночи, воскресенье.

«Пошли,— говорит Завхоз,— тут больше не фиг делать.»

Я сказал, что не уйду, пока не осмотрю всего, что наметили на эту проходку. Мы с Марченко полезли дальше; Завхозу, Пифу и Ю.Д.А. не оставалось иного, как присоединиться к нам.

— Сашка внезапно замолчал. Слышно было только дыхание Сталкера и как в сигарете потрескивал табак.

— Эй,— вдруг тихо-тихо донеслось слева.

: Сашка включил фонарь, посветил вправо, влево. В штреке никого, кроме них, не было.

— Там... — Сталкер мотнул головой на стену сзади себя.

Саша ударил по стене камнем.

— Ребята! — раздалось чётче. И тоже удар о камень.

— Эва! Эва!! — разом заорали Сталкер и Сашка.

— Хм, это что же —— девчёнка? — пробормотал Пит.

— А как к вам пройти?..

— М-да... — ошарашено протянул Сталкер,— Двуликая таких вопросов вроде не задаёт...

— Тише! — крикнул Сашка. — Ты меня слышишь?

— Да,— внятно донеслось из-за стены.

— Интересно, за сколько мы сможем к ней пробиться... — пробормотал Пит — и начал машинально отыскивать взглядом камень подходящих размеров и твёрдости, чтоб использовать его вместо тарана.

— Головой с разбегу,— весело предложил Сталкер,— по крайней мере, это её утешит: представляешь, разваливается стена и перед ошарашенной и готовой на всё от спасения девицей — прямо для благодарного поцелуя — появляется твоя...

— Жопа,— сказал Сашка. Он уже нашёл трещину, где звук был громче.

— Слушай меня внимательно. Стань лицом к стене, откуда нас слышишь,— прокричал он, прижимаясь ртом к еле заметной трещинке,— и иди вправо. Всё время вдоль этой стены, держась левой рукой стены. И сворачивай только налево, ясно?

— Я... Я не могу,— донеслось оттуда,— у меня света нет...

: Голос за стеной смолк. Сашка встал, натянул перчатки.

— Кажется, нам надо спешить. Пока она со страху куда-нибудь...

— Женщина в темноте — к несчастью,— глубокомысленно изрёк Сталкер.

Пит хотел что-то сказать, но Сашка уже скакал огромными прыжками впереди с плиты на плиту, и нужно было не отстать.

* * *

— Из дневниковых записей Завхоза/Пифа:

“Вновь наверху. Народ забился в палатку и поёт песни; некоторые сидят у костра. Сэм тихо отводит меня в сторону. «Я, кажется, видел его. Весь в плесени. У Чёрной Пирамидки, сразу за Колизеем.» Проверять предположение он отправил “SF-овцев”. Голос его дрожал. Вместе с ним это видела Яна, она ушла с контрольной группой.

Я сидел и ждал... Больше ничего не оставалось. Пути к Чёрной Пирамидке я не знал. Было около двух часов ночи, снизу блеснул свет фонаря. Пришла Яна. Наши взоры ловили каждое движение. «Это он».

Кантик побежал в палатку. По инерции гитара продолжала бренчать, но голоса стихали один за другим. Затем, словно взрывам, выбросило людей из палатки.

Лагерь пришёл в движение. Сразу открыли бутылку и дали Янке несколько глотков вина. Пиф, Кант, Белкин и Сэм побежали на станцию в милицию. Егоров, Ю.Д.А., Козлик, Марченко и я стали собираться под землю. Взяв с собой фотоаппарат и осветительные шашки, мы спустились в пещеру. Я не был сторонником снимков, но не смог найти ничего существенного против. По пути у Кафе встретили “SF-овцев” — они собирались на выход.[10] С трудом уговорили их показать дорогу — всё-таки они только что вернулись оттуда.