Сергей Гусаков - Время драконов (Триптих 1)

“11/Х — 21.20. Звонок Егорову. Воображаемая беседа о новостях пересеклась резким чеканным голосом: «Я уезжаю в Ильи. Пропал человек. Предлагаю присоединиться.»

Весть о пропаже студента пятого курса МИФИ[1] не была для нас сенсацией. Об этом уже было подробно оговорено с Ю.Д.А. и безрезультатно вернувшейся первой группой спасателей, выехавших на поиски утром в среду. Первый спасотряд, состоявший из ребят группы “SF”[2], спелеосекции МГУ и турклубовцев, прочесал, по их словам добросовестно, все Ильи, но даже намёка на пропавшего без вести найдено не было[3].

Мы посовещались с Пифом и приняли решение. Наше согласие было продиктовано желанием оказаться полезным общему делу прежде всего, а кроме того, было в этом вызове что-то авантюристическое, похожее на так удачно закончившуюся спасаловку конца января 1978 года, когда после ночи поисков в Ильях были найдены 6 потерявшихся школьников.

Здесь ситуация была иная в принципе. Парень пропал 4/IX после занятий[4], поэтому, судя по сроку, люди искали уже не человека, а труп. Признаюсь, в подсознании у меня была мысль о тщетности поисков просто по причине отсутствия пропавшего в пещере. Но хотелось самому в этом убедиться, ибо опыт первогодок-турклубовцев доверия не вызывал. Кроме того, нам с Пифом были известны районы Ильей, которых не знал никто.

Быстрые сборы, истерическая ругань дома. Вокзал. Встреча с Егоровым, его товарищами – Леной, Яной и Мишей. Часть ребят, не дожидаясь нас, уехала вперёд готовить лагерь. Остальные должны привезти завтра свет и продукты.

Электричка, областное отделение милиции. Поражающие тупостью и непросвящённостью вопросы о цели нашего приезда. Егоров требует телефон и звонит в Москву — отцу пропавшего. Издевательства ментов ( советы убираться, откуда приехали, пока сами целы ) и хамство Сашки им в ответ. Мы с Пифом жалеем, что вообще зашли сюда — лучше б пошли пешком, потому что так недолго вместо спасработ оказаться за решёткой.[5]

Звонок из Москвы — и “блюстители порядка” становятся перед Егоровым навытяжку. Нам дают машину.

Ильи. В лесу над входом свет — Виталик Марченко, Белкин и Валера из НБС. На такси приезжают ребята из группы Геллера — ГРТН, турсекции Дворца Пионеров. Легко перекусываем, переодеваемся и лезем вниз. [ ... ]”

* * *

— Не сиди на камне,— сказал Сашка,— простудишься.

— Что я, девушка? — возмутился Пит.

— Ты хоть и Наш Общий Пит — но не Железный,— съехидничал Сталкер,— лучше подложи перчатки, коль ‘пенку’ в комбез под известное место зашить не в состоянии. Как, скажем, Я.

— Он блаженно потянулся, показывая, что с таким усовершенствованием может сидеть с комфортом на чём угодно.

Сашка вертел в руках очередную сигарету.

— Если долго будем сидеть, всё равно замёрзнем. Да и ездить за триста километров от Москвы, чтоб сидеть и трендить?..

— В другой раз тебя не уговорить. И так сколько лет томил...

— В другой раз времени будет больше. А сейчас наверху Ленка ждёт. И пещера неотснята. Вечером у костра доскажу.

— Саш, а Саш,— Сталкер посмотрел на часы,— до вечера ещё далеко... Может, пока слазим в эту новую дырку, а по дороге доскажешь? Всё равно съёмку сейчас делать — только время тратить. Оставим тут вещи и разведаем, куда ж мы всё-таки пробились. Ведь и так, и этак — как ни крути — ход ведём по левой руке. А значит, сама судьба нас в твою шклевотину засовывает... Да.

Сашка помолчал, затем кивнул.

— Ладно. Только соберём всё — чтоб не валялось абы как... И пойдём.

: Пит со Сталкером начали собирать транс,— Сашка помогал им, одновременно рассказывая:

— Дальше, в общем, было просто. Разбили Систему на зоны — как и тогда, в семьдесят восьмом,— опыт-то, увы, уже был... Разделились на группы по три человека; каждый пошёл в тот район, который знал лучше. Кто-то остался на поверхности — костёр, дрова, связь... Договорились, что если кто что найдёт — сразу гонца ко всем группам.

Под землю ушли около двух; КС был семь часов утра. Завхоз с Валерой из НБС отправились в Сейсмозону,— это одна из самых гадких и путаных частей в Ильях, вы знаете. Пиф с Белкиным осматривали Левую Ближнюю систему; мы с Харитончиком прочёсывали Централку и основные стояночные гроты — хотя ясно, что если б он лежал в каком-то из более-менее посещаемых гротов, на виду, за месяц на него точно кто-нибудь наткнулся... Но искать надо было везде — чтоб не оставалось “белых пятен” сомнений. Да — забыл сказать — в каждой группе ещё было по одному из тех, кто только начинали ходить, или слабо ориентировались в Ильях...

— ГРТН,— подсказал Сталкер.

— Ага,— отозвался Сашка,— они-то больше по Бякам тогда рассекали. Ну и ещё ребята были — из Киселей кто-то, из Силикат... Хотя нет, из Силикат, вроде, никого тогда не было.

— Дальше,— потребовал Сталкер,— не тяни: не Пищер.

— Завхоз нашёл шариковую ручку за 35 копеек, мы ничего не нашли. Вернулись наверх. От усталости с ног падаем. Завхоз с Пифом так и бухнулись прямо у костра — крест-на-крест, не дожидаясь завтрака. А мне ещё через два часа отца шкваринского идти встречать...

Разбудил девчёнок, Марченко. Поставили вторую палатку, переложили Завхоза с Пифом по-человечески... Может, это мелочи — но всё стоит перед глазами. Трудно выбрать, что главное — а что нет. На утреннем автобусе приехали Лисицин и Ю.Д.А.; жалко, не было вас...

— Я в армии был,— тихо сказал Пит.

— Да я не в том смысле... Ведь только треть из приехавших хоть как-то знала Систему! Остальные мыкались, как котята. Завхоз проснулся — полез с кем-то под землю не то сталактиты показывать, не то тело искать. А мы с Харитончиком эти места ещё ночью осмотрели. К тому же выяснилось, что они выжрали коньяк, который Ю.Д.А. для НЗ взял, если кому плохо станет,— гер-рои, р-романтики...

— Сашка остановился перед завалом.

— Я снова вниз пошёл. С Валерой ультралевые шкурники “чесали”,— по-теперешнему, система Комундизьма,— и уж “начесались” по самое нихочу. Сейсмозона после этой мерзости глотком свежего воздуха агорафобных масштабов показалась —— потому как до выхода мы, чтоб срезать путь, через неё возвращались. А Ю.Д..А. с Лисициным и Лёшкой из ГРТН вправо пошли. И больше Лисицина из шкурников вынимали, чем вперёд двигались. Но в общем всё было как бы в норме.

В девять, как и договаривались, встретил отца Шкварина; нашла ведомственная коса на грабли советской торговли... То есть свечей он коробок пять привёз, и ящик супов в пакетах — с чаем и тушонкой свиной до кучи,— а вот батареек... От аккумуляторов же его я сам ещё накануне отказался: молодой был, глупый... Не знал цену “СЦ-шкам”. Да и неудобно было мне — на халяву под смерть прибарахляться...