Камень глупости. Всемирная история безумия - Моника-Мария Штапельберг

влечет за собой мозговую бездеятельность», начинающуюся с «головной боли», за которой следуют «тупость», «имбецильность» и иногда «безумие» [34]. В сочетании с концепцией наследственности и дебатами о теории вырождения, распространенными в то время, это предвещало серьезные последствия для будущего наций.

Неврастения и большое количество заболеваний, связанных с ней, упомянутых в предыдущем абзаце этой главы, были обозначены как функциональные заболевания, связанные понятием проблемных генов, полученных от родителей, – другими словами, наследственности, и, таким образом, воспринимались как индикаторы упадка нации. Согласно одному из определений, функциональное заболевание включает в себя «определенные явления, которые являются результатом какого-либо нарушения или изменения функций органа без определенного органического поражения, способного указать на конкретную болезнь» [35] – мягко говоря, неоднозначная классификация. Что касается наследственности, Бирд писал следующее: «Вся наша цивилизация висит на волоске; деятельность и сила очень немногих делают нас тем, чем мы являемся как целая нация; и, если в результате вырождения потомки этих немногих вернутся к состоянию своих не очень далеких предков, вся наша заносчивая цивилизация окажется стерта с лица Земли» [36]. С развитием евгеники на рубеже веков это означало, что любые возможные претензии неврастении на роль символа статусности были омрачены страхами, что она сигнализирует о начале биологического и, следовательно, социального и политического упадка.

Лечение неврастении

Лечение неврастении и других нервных расстройств состояло из ряда терапевтических процедур для тех, кто мог себе их позволить, и тоников для нервов [37] для тех, кто не мог. В основном медицинское лечение было сосредоточено на смягчении последствий стрессов современности на жизни пациентов.

Врач Сайлас Уэйр Митчелл разработал методы лечения, включающие совершенно разные терапевтические подходы для мужчин и женщин – «Лечение Западом» и «Лечение Покоем». Метод Митчелла по лечению нервных мужчин не был широко известен. Он подразумевал отправку их на Запад на длительные периоды охоты, ловли скота, верховой езды и других трудных видов деятельности на открытом воздухе – поэтому и был известен как «Лечение Западом». В целом для мужчин пропагандировались энергичные упражнения на открытом воздухе, а также сокращение потребления алкоголя и сексуальной активности.

А вот нервных женщин буквально «отправляли в постель» и заставляли отдыхать. Знаменитое «Лечение Покоем», предназначенное в основном для женщин, Митчелл впервые описывает в 1873 году. Пациентки, проходящие эту форму лечения, были полностью изолированы от семьи и друзей в течение шести-восьми недель. Этот период уединения характеризовали неподвижность и чрезмерное питание. Прикованные к постели, женщины были лишены возможности сидеть, есть самостоятельно или заниматься шитьем, чтением или письмом, «единственное разрешенное действие – чистка зубов» [38]. Иногда он считал «всякое движение нежелательным» [39] и даже запрещал пациенткам переворачиваться в постели без помощи медсестры и устраивал так, чтобы «стул и жидкость выходили из организма в положении лежа» [40]. Митчелл осознавал тот факт, что крайняя скука и монотонность лечения покоем действовали как стимул для выздоровления, потому что «отдых становится для некоторых женщин довольно горьким лекарством, и они с радостью последовали приказу врача встать и пойти – распоряжению, которое было для них приятным и долгожданным» [41].

Во время лечения покоем женщины должны были набрать около 20 килограммов веса. Отсутствие всякой физической активности и обильное питье молока по нескольку раз в день должно было увеличить запас «жира и крови» в организме. «Врачу будет полезно помнить, что увеличение жира <…> должно сопровождаться улучшением качества и количества крови» [42]. Хотя при многочисленных заболеваниях нежелательно «толстеть и краснеть» [43], но для лечения нервного истощения это считалось абсолютно необходимым [44].

Два «вспомогательных средства», которые использовались во время лечения покоем «без причинения вреда», были «массаж и электричество» [45]. Ежедневный массаж для ограничения атрофии мышц продолжался в течение как минимум шести недель [46]. Процедура с применением электричества, известная в наше время как электротерапия, применялась для «тренировки мышц» [47]. Электротерапия использовала слабые токи, в отличие от электрошоковой терапии, и была весьма популярна в Америке и Европе.

Защищая свой метод лечения, Митчелл утверждал: «Моральную пользу принудительного отдыха оценить легко. <…> результатом всегда является <…> чувство облегчения и удивительное и часто <…> внезапное исчезновение многих нервных симптомов, с которыми мы все, к сожалению, слишком хорошо знакомы» [48]. В Великобритании метод лечения покоем Митчелла впервые был применен в 1880-х годах ведущим шотландским врачом-акушером Уильямом Смолтом Плейфэром (1836–1903).

Постепенное исчезновение неврастении

Случаи неврастении достигли пика в конце XIX века, но к 1920-м годам она все больше игнорировалась и термин перестал использоваться врачами, поскольку стал частью более широкой диагностической категории неврозов. Объяснения исчезновения диагноза неврастении разнообразны. Причиной мог стать отказ медицины от модели «нервной энергии», а также распространение психоанализа как способа объяснения и лечения психосоматических расстройств. Кроме того, достижения, которые когда-то считались удивительными, необычными и потенциально нездоровыми и неестественными, такие как рост капитализма, возросшая урбанизация, рост фабрик и предприятий, а также возросшее участие женщин в общественной и профессиональной деятельности, стали обычными и заурядными реалиями.

Тревожный, напряженный и уставший бизнесмен, живущий в современном обществе, взваливающий на свои плечи бремя огромной ответственности и обязанностей, в 1890-х годах был бы неврастеником.

10

Истерия и безумие – странная патология

Понимание всех физических и психических заболеваний и представления о них на протяжении истории неоднократно менялись. Истерия, после длительной и сложной эволюции на протяжении двух с половиной тысячелетий истории медицины, в наше время стала встречаться гораздо реже, если не исчезла совсем. Со временем противоречивые теории относительно природы истерии менялись с приходом новых медицинских открытий и различных культурных взглядов, особенно в отношении приемлемого женского поведения и манер. Истерия была, мягко говоря, загадочным состоянием…

Британский психиатр Элиот Слейтер (1904–1983), пионер в области генетических психических расстройств, утверждал: «Общепризнанно, что никто еще не сформулировал удовлетворительного определения истерии, но обычно утверждается, что, если она присутствует, ее можно распознать» [1]. Более того, несколько противоречиво он добавлял, что «диагноз истерии является маскировкой невежества и плодородным источником клинических ошибок» [2].

Американский историк медицины Эдвард Шортер заявил, что «каждая органическая болезнь, которую только можно себе представить <…>, в то или иное время классифицировалась как истерия» [3]. Он описал истерию как серую зону, «в которой распространенность расстройства может веками оставаться неизменной, но форма ее может меняться в соответствии с такими культурными влияниями, как появление новых представлений, что считается “женским” поведением» [4].

В 1922 году английский невролог сэр Генри Хэд (1861–1940) указал, что «загадочные проявления истерии существуют в каждой отрасли медицины» [5], в то время как британский невролог сэр