На носу Средневековья. Книги, пуговицы и другие символы эпохи, изменившей мир - Кьяра Фругони
Чтобы получить лист бумаги, было необходимо взять куски ткани (в Китае полоски шелка, но также волокна таких растений, как шелковица или бамбук), разрезать их на маленькие кусочки и измельчать до тех пор, пока они не превратятся в порошок: длительная процедура, выполняемая вручную деревянным пестиком, пока арабы не совершили значительное усовершенствование – молот. Огромные двусторонние металлические молотки, приводимые в действие силой воды, молотили ветошь внутри каменной чаши, куда тонкой струйкой текла вода. После получения смеси туда добавлялось еще немного воды. На этом этапе бумага была уже почти готова: туда погружалась рама с прикрепленной к ней сеткой из мельчайших ячеек (на Востоке ее изготовляли из волокон бамбука, на Западе из металлических нитей); когда рама вытаскивалась, на сетке оставался тонкий слой смеси, который, высохнув, становился листом бумаги. Значительным усовершенствованием стало проклеивание: страницу покрывали тонким слоем клея, чтобы сделать ее частично непроницаемой для чернил, таким образом они могли оставаться на странице, не впитываясь. Мое поколение еще писало в школе перьями и чернилами, и, когда на странице появлялись чернильные пятна, мы с трепетом прикладывали к блестящей черной капле уголок промокашки, то есть бумаги без проклеивания, надеясь, что она преградит путь дальнейшим пятнам и неизбежным слезам!
Если на металлические нити сетки, которые держат тонкий слой смеси, нанести рисунок из той же самой металлической нити, на высохшем листе останется отпечаток, который можно разглядеть на свету; подобный след, водяной знак, может указывать производителя или бумажную фабрику, где произведена бумага, дату изготовления и качество бумаги[113]. Водяной знак, изобретение второй половины XIII века, стал очень важным, поскольку помогал отличить настоящие изделия от фальшивых. В средневековой Италии город Фабриано (Анкона) был известен своими бумажными фабриками и качеством изготовляемой продукции; он славится этим до сих пор. Именно в Фабриано еще несколько лет назад печаталась бумага для всех итальянских банкнот, а также для многих других европейских государств.
Книга «ин-кварто». Печать ручным набором – революционное изобретение
Великий расцвет культуры Возрождения связан с изобретением печати с подвижными литерами, которая открыла возможность быстрому изготовлению большого количества копий книг, относительно недорогих, и одновременно увеличила их распространение. Именно книгопечатание способствовало развитию бумажного производства, поскольку книги печатались и печатаются на бумаге.
Похоже, что именно типографу Иоганну Гутенбергу (1400–1468) из немецкого Майнца к середине XV века пришла в голову идея выпукло выгравировать буквы алфавита на головках множества небольших металлических квадратных палочек. Он сформировал литеры в нескольких комплектах, чтобы можно было по потребности составить страницу книги. Литеры располагались рядом друг с другом, образуя строку, а строки вмещались в прямоугольную рамку. С помощью пресса чистый лист прижимался к составленной таким образом металлической странице, покрытой чернилами. После чего достаточно было просмотреть первый напечатанный лист, исправить возможные ошибки, переставив литеры, и перепечатать, чтобы получить желаемое число копий, совершенно одинаковых и без ошибок. Как только заканчивалась печать этой страницы, литеры, снятые с рамы, были готовы к повторному использованию: так была изобретена печать с ручным набором (подвижными литерами). Книги, печатавшиеся до 1500 года, – инкунабулы (первопечатные книги) – сегодня очень редки и ценны; они возникли во времена, когда книгопечатание было еще «в младенческом возрасте», потому что пеленки новорожденных на латинском называются incunabola.
Около 60-х годов XV века изобретение Гутенберга и средства для его производства пересекли Альпы и попали в Италию на веренице мулов вместе с двумя предприимчивыми первопечатниками из Майнца – Свейнхеймом и Паннарцем. Маленький кортеж направлялся не сразу в Рим, а в бенедиктинские монастыри в Субиако[114].
В монастыре Санта-Схоластика на самом деле были все условия, чтобы новое искусство могло расцвести: широкие залы, богатая библиотека, которая предоставила бы рукописи для печати, а также сотрудничество с образованными, грамотными, умеющими создавать миниатюры и переплетать кодексы монахами. Возможно, для такого маршрута были и иные причины: присутствие немецких бенедиктинцев воодушевило двух книгопечатников (Свейнхейм и Паннарц были духовными лицами), которые нашли Субиако наиболее подходящим местом для первой итальянской типографии. Однако это только предположение.
Два печатника интенсивно работали в Субиако, но через несколько лет, в 1467 году, оказались в Риме в доме торговцев и банкиров де Массими, рядом с Кампо-деи-Фиори. В то время в излучине Тибра между современными Пьяцца Навона, Кампо-деи-Фиори и Палаццо Венеция находился центр Рима. Здесь билось экономическое сердце города, и здесь находились мастерские и книжные магазины, где изготавливались и продавались рукописи. Те же самые мастерские с энтузиазмом встретили первые плоды нового искусства книгопечатания; печатные книги быстро распространились, потому что торговцы и банкиры быстро осознали потенциальную выгоду.
За десять лет в Риме напечатали около 160 книг, приобрести которые могли все – и бедные и богатые. До этого письменный текст был привилегией избранных. Введение печати ручным набором ознаменовало эпохальный поворот, похожий на тот, что в наши дни произвели информационные технологии. Изменилась не только форма книги, изменилось сознание читателей.
Еще во времена Гутенберга переписчики, которые брались за перо, писали готическим шрифтом – типом письма с довольно узкими ломаными буквами с острыми углами, экономящими пространство (в архитектуре готический стиль со стрельчатыми арками и крестовыми сводами демонстрировал удивительную схожесть с каллиграфическими формами). В Италии же в XIV–XV веках появился шрифт, очень далекий от готических форм. Восхищение четким, ясным и простым письмом рукописей каролингской эпохи (IX–X веков, но использовался вплоть до XII века) побудило гуманистов избрать «каролингский минускул» в качестве лучшего шрифта и распространить его: его называли littera antiqua, потому что считали, что его использовали еще древние римляне. Таким образом, они воспроизводили изящный и круглый каролингский алфавит в противовес господствующей до этого готике. С небольшими изменениями littera antiqua стала строчными буквами наших печатных литер, книг, машинописного и компьютерного текста.
Вначале первопечатники пытались точно воспроизвести, насколько было возможно, написание переписчиков, расчитывая на то, что их книги должны были читать люди, привыкшие к рукописным кодексам. Кроме того, покупатель ожидал увидеть цветные миниатюры, прекрасные красные заглавные буквы на листе пергамента и вряд ли был бы готов сразу обо всем этом позабыть. В 1450 году Гутенберг напечатал свою первую латинскую Библию в 36 строк (столько было в каждой колонке) на пергаменте и готическим шрифтом. Затем текст был дополнен миниатюристом, который добавил штрихи и цвета в те места, которые благодаря профессиональной предусмотрительности были оставлены пустыми.
В Венеции, колыбели итальянского Возрождения, Альд Мануций перепечатал с помощью металлических литер littera antiqua, которые впоследствии использовались в XVI веке по всей Европе в качестве образца для бесчисленных печатников. Мануций также стал изобретателем «италика», элегантного наклонного курсива, вдохновленного каллиграфией Петрарки. Кроме того, оставив образец дорогих рукописей больших размеров, он придумал доступную книгу небольшого формата: книга действительно стала
