Сказания пыльных миров. Том 4. Громовержец - Ярослав Кожедуб
— Мне нужно с вами…
— Парень, мне крайне, ультимативно насрать, что тебе здесь надо, — Арно доверительно положил мне на плечо свою ладонь и слегка надавил. Я аж присел от тяжести — физические характеристики у этого монстра просто зашкаливали. — Особенно, если что-то нужно именно от меня. Но, раз уж ты прорвался сквозь охрану и попытался так нагло вломиться — значит, яйца у тебя имеются. И это хорошо, потому что мне как раз стало скучно. Если покажешь себя хорошо — так и быть, поговорим.
Не успел я спросить, в чём конкретно я должен себя показать, как генерал резко присел, схватил меня второй рукой за ногу… и, выпрямившись, попросту швырнул мою тушу вглубь таверны. Легко и непринуждённо. Будто он каждый день занимается тем, что кидает взрослых мужчин в кольчуге, с оружием и снаряжением в пространственной сумке. Демоны, да я весить должен под полтора центнера, а он меня… как пушинку!
Возмущённый и слегка шокированный, я рухнул на чей-то стол, едва успев сгруппироваться. На пол полетели тарелки и кружки, раздался чей-то возмущённый вопль…
«Похоже, без драки всё же не обойдётся».
Это была моя последняя мысль, прежде чем-то мне в скулу влетел чей-то мощный кулак и я сверзился с грязного и мокрого стола на ещё более грязный и мокрый пол.
Глава 15
Первое правило кабацкой драки: если ты упал — не вздумай разлечься в надежде, что окружающие бережно оттащат тебя в сторону или хотя бы перепрыгнут твою бездействующую тушку. Вставай — на ноги или на четвереньки. Ползи, если ноги сломаны. Желательно, конечно, по стеночке и куда-нибудь на улицу… но тут уж как получится. Если поблизости есть стол — ползи под него. Вход на кухню или лестница на второй этаж? Тоже сойдёт. Раскрытое настежь окно? Вообще идеально — поднимайся и ныряй в него рыбкой, если позволяют силы и состояние тела. Иначе — затопчут и не заметят.
Второе правило кабацкой драки — не думай. Вообще, в любом бою чрезмерное количество мыслей — это палка о двух концах. С одной стороны — лишнее мгновение раздумий может оказаться крайне полезным: распознать обманный финт при обмене ударами, прикинуть, какое заклинание можно использовать сейчас (или сколько ещё примерно сможет использовать противник — на основе того, что он уже выдал), подкорректировать тактику… С другой стороны, всё это может оказаться полностью бесполезным из-за того, что твой противник, не раздумывающий ни секунды и ведомый исключительно рефлексами, оказался попросту чуть-чуть быстрее. И вот — ты уже лежишь с клинком в груди из-за того, что не успел среагировать буквально на долю секунды. Но всё же в смертельных боях куда чаще требуется искать баланс между первым и вторым.
В трактирных драках всё не так. Тут минимум обманных финтов (да и пространства для них немного), тут, по негласным договорённостям, не используют заклинания, а главное — тут царит чистый, первозданный хаос. Все против всех, никаких больших группировок, никакой единой линии боя — лишь десятки мелких стычек, перетекающих друг в друга. Всё это приводит к тому, что времени на раздумья практически нет — ты должен просто… отдаться потоку и получать удовольствие.
Последнее, если что — не мои слова. Это всё когда-то давным-давно, ещё во времена Чуки Камата, мне рассказывали Никос с Хримсоном. Поскольку, в отличие от меня, они оба не только имели внушительный опыт в этом деле, но и получали огромное удовольствие от этих простых и немудрёных кулачных боёв. И не только они. То ли шахтёры сбрасывали пар таким образом, то ли это в принципе была какая-то национальная гномья забава, но драки в трактирах возле рудника случались настолько регулярно, что со стороны выглядели уже традицией. Раз в три-четыре дня — что-то относительно размеренное и ленивое, пара случайных стычек, заканчивающихся разборками на заднем дворе. Раз в неделю-две — что-то посерьёзнее и с лёгким ущербом для заведения. А если ты ходил в трактир недельки три-четыре, и каждый вечер всё заканчивалось относительно спокойно — жди беды. Чем дольше накапливается напряжение, тем мощнее будет взрыв.
Я в этой забаве участвовал буквально пару раз — всё там же, на Чуки Камата. И не сказать, что мне понравилось. Мои физические кондиции были тогда крайне далеки от нынешних, да и полноценного боевого опыта на тот момент у меня, по сути не было — даже на нижние уровни к саламандрам я на тот момент ещё не спустился. Так что даже обычные шахтёры вырубали меня быстро и без особых проблем.
Сейчас ситуация была кардинально иной. Несмотря на то, что меня окружали в основном офицеры регулярной армии — то бишь, в определённом смысле, элита, с характеристиками заметно выше, нежели у простых шахтёров… я за прошедший год вырос куда сильнее. Тренировки Авиндаля, регулярные спарринги, бои насмерть… и это даже без учёта весьма заметного роста базовых характеристик.
Но самым, пожалуй, важным отличием меня тогдашнего и меня нынешнего было кое-что иное. Кое-что, о чём я вначале даже и не подумал…
Пропустив первый удар, я рухнул со стола, извернулся кошкой и, едва коснувшись пола, вскочил на ноги. И тут же пригнулся — всё тот же мужик, чей пудовый кулак отоварил меня в первый раз, решил уложить меня вновь. Но в этот раз я был готов. Шаг вперёд, плавный поворот — и мой локоть впечатывается в челюсть забияки, усаживая его обратно на лавку. Учитывая мою силу — надолго.
Только вот его товарищи уже вставали из-за стола, разминая кулаки и нехорошо на меня поглядывая.
В это время сзади уже разгорался шум драки. Бросив быстрый взгляд, я лишь негромко хмыкнул: Арно, швырнув меня, сам в стороне стоять не стал, тут же с довольным рёвом устремившись наводить суету в другую часть зала. В это время из-за столика сбоку неторопливо поднялся сухонький старичок почти на голову меня ниже… и встал рядом. На мой недоумевающий взгляд он лишь пожал плечами:
— Вы один, а их четверо. Это нечестно.
— О, вы немного ошибаетесь, сударь, — довольно осклабился я. — Во-первых, это и правда нечестный расклад, ведь их всего четверо…
Метнувшись вперёд, я пробил сразу четыре удара, из-за своей скорости слившихся в размытый ореол. Один с хрипом сложился пополам, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха, другой, качнувшись от удара в скулу, рухнул на четвереньки и
