Взаимоотношения Ирана и Центральной Азии. Тенденции и перспективы - Мехди Санаи
После отказа от плановой и централизованной экономики страны региона путем заключения соглашений о свободной торговле стремились создать общий центральноазиатский рынок. Если соглашение такого типа будет направлено в верном направлении и вступит в стадию исполнения, страны региона станут соблюдать его на всех уровнях [193: 19]. Прозрачность законов, состояние торговли в регионе и наличие четкого соглашения об иностранных инвестициях должны быть учтены и юридически обоснованы.
В начале 90-х годов прошлого века страны Центральной Азии, будучи недовольными неэффективностью соглашений, заключенных под эгидой Москвы, разработали особую формулу для налаживания регионального сотрудничества. Их цель состояла в устранении представления о Москве как о «старшем брате» и в стремлении к объединению политических усилий в рамках региона. В начале 1994 года центральноазиатские лидеры собрались на встречу в Чолпон-Ате (город в Иссык-Кульской области Кыргызстана). Они заявили о своем намерении создать специальную региональную ассоциацию стран Центральной Азии. В июне 1994 года главы государств Центральной Азии встретились в Алма-Ате, чтобы заявить о принятых ими мерах. Данная форма соучастия, которая была названа Центрально-Азиатским экономическим сообществом, в 2001 году была переименована в Центрально-Азиатский экономический союз, а в феврале 2002 года – в организацию Центрально-Азиатского сотрудничества.
Центрально-Азиатское сотрудничество в начальном этапе своей деятельности была малоэффективным и слабым: заседания проходили периодически, но без достижения фундаментальных соглашений. Таможенная служба, тарифы, торговля, транспорт и другие формы регионального сотрудничества не оправдали возлагаемых на них ожиданий. В течение этого периода Россия демонстративно отказывалась от участия в обсуждениях и не желала играть роль заинтересованной или контролирующей стороны. Неожиданное заявление России в мае 2004 года о вступлении в организацию Центрально-Азиатского сотрудничества разительно отличалось от ее позиции в предыдущем десятилетии, когда страны региона стремились формировать рабочие отношения без участия России. Решение центральноазиатских стран о принятии России в состав данной организации стало показателем успеха внешней политики этой страны в целях усиления ее влияния в регионе. Опубликованное в конце мая 2004 года в городе Астане заявление глав государств региона о принятии России в состав организации Центрально-Азиатского сотрудничества вызвало удивление мирового сообщества. Подобное принятие означало важный поворот на поприще усиления роли России в центрально-азиатских делах [209].
На практике экономические связи приводят к укреплению безопасности в регионе, однако ужесточение политического контроля находит отражение в централизованной экономике, поэтому экономические реформы в странах региона осуществляются медленными темпами. Отсутствие демократических институтов и неопределенная роль закона в управлении республиками, низкий уровень кооперации между странами, высокие поборы и пошлины, коррупция и невыгодная инфраструктура транспорта и торговли стали причиной неудовлетворительного состоянии регионального сотрудничества. К примеру, Узбекистан противостоит любому движению в сторону тесного политического сотрудничества между постсоветскими республиками и однажды даже вышел из состава СНГ. В этом плане можно также упомянуть Туркменистан, который, руководствуясь политикой нейтралитета, оказался вне сферы многосторонних региональных инициатив.
Недоверие стран Центральной Азии друг к другу служит основным препятствием на пути совместного использования водных ресурсов, обмена товарами и транспортных услуг. Подобное недоверие должно быть устранено путем формирования у руководителей региона чувства заинтересованности в налаживании сотрудничества. Пока что политические руководители вместо того, чтобы играть положительную и направляющую роль в управлении регионом, направленном в сторону интеграции, сдерживают интеграционные процессы. Эти руководители не желают уступить власть своим политическим оппонентам и ровно так же гнушаются предоставить властные полномочия региональным организациям. Всесильные правители боятся того, что организации, занимающиеся вопросами регионального сотрудничества, могут повлиять на региональные дела, что сказывается на пути достижения общей системы безопасности.
Многосторонние соглашения в области обороны между странами Центральной Азии фактически оказались незначительными и ограниченными. В настоящее время отсутствие общего участия в деле регионального сотрудничества по делам обеспечения безопасности стало поводом, чтобы страны региона стали искать пути решения вопросов своей безопасности в рамках СНГ во главе с Россией или посредством сотрудничества с ШОС под эгидой Китая. Соглашения в рамках двух вышеупомянутых организаций наряду с двусторонними соглашениями, заключенными некоторыми странами региона с США, говорят о заинтересованности стран Центральной Азии в участии в механизме обеспечения безопасности, куда входят как региональные, так и трансрегиональные державы [181: 219–242].
По этой причине среди стран Центральной Азии в большей степени наличествуют тенденции к сотрудничеству с трансрегиональными державами и игроками, чем стремление к развитию региональной интеграции. Подобная тенденция особенно четко наблюдается в ходе конкуренции большинства стран региона за установление близких связей со сверхдержавами (США и Россией). Поэтому идея, которая была бы способна обеспечить безопасность стран Центральной Азии, пока не сформулирована. Следствием данного положения является то, что создание национальных армий осуществляется с учетом отрицательного взгляда на соседей, что само по себе есть фактор усиления нестабильности. Судя по всему, отношения между центральноазиатскими странами будут строиться на основе взаимной конкуренции, а не на почве сотрудничества.
Подобно тому, как сотрудничество на почве безопасности как важный метод обеспечения стабильности в Центральной Азии игнорируется, экономическое сотрудничество также стало жертвой нецелесообразных отношений. В настоящее время свободная торговля между странами Центральной Азии и ее соседями буксует из-за большого числа препятствий, таких как непрозрачность торговой политики, большие пограничные поборы, наличие взяточничества, неподходящее состояние транспортных услуг, высокие таможенные пошлины и т. д.
Распределение водных ресурсов является одним из спорных вопросов, который сталкивает страны региона. И пусть Центральная Азия является регионом, богатым энергоносителями и водными запасами, разделение значительной части промышленности и сельского хозяйства в период советского правления, а также прямая зависимость различных областей региона от Москвы привели к утрате значительной части этих ресурсов.
Можно найти различные пути устранения кризисной ситуации – путем улучшения управления водными, энергетическими и природными ресурсами и налаживания двустороннего и многостороннего сотрудничества. Однако по сю пору никакие действенные меры в этом направлении не предприняты, и водный кризис серьезным образом подвергает жизнь населения опасности. Страны, расположенные в верховьях рек (Таджикистан и Кыргызстан), в горах которых берет начало большая часть водных ресурсов региона, говорят о несправедливом использовании этих ресурсов. Гористый рельеф не позволяет этим странам должным образом использовать водные запасы, зато страны, расположенные в низовьях рек (Казахстан и Узбекистан), пользуются водными запасами в полной мере, получая большую экономическую выгоду и желая потреблять необходимый объем воды без дополнительных затрат на содержание расположенных в верховьях рек плотин и каналов.
Именно по этой причине способ использования водных ресурсов
