Как спрятать империю. Колонии, аннексии и военные базы США - Дэниел Иммервар

с Герингом миллионера окружала атмосфера подозрения. «У меня нет ни малейших доказательств, но я почти уверен, что этот человек действует как шпион немецкого правительства», – сообщал заместитель американского госсекретаря. ФБР взяло Веннера-Грена под наблюдение, правительство заморозило его счета, на него посыпались дикие обвинения. Поговаривали, что он помогает нацистам переправлять капиталы в безопасные места, что Геринг тайком доставил на яхту Веннера-Грена таинственный сверток, что каждый член экипажа этой яхты – шпион.

Делу явно не помогало то, что ФБР демонстративно расследовало жизнь одной из представительниц окружения Веннера-Грена – датской королевы красоты Инги Арвад, которую иногда принимали за его любовницу. Нацистские вожди обожали ее – Гитлер считал Ингу Арвад «самым совершенным образцом нордической красоты» из всех, какие ему довелось увидеть, и приглашал ее в свою ложу во время Олимпиады 1936 г. Впрочем, трудно сказать, свидетельствовало ли это о том, что она была шпионкой. Главным открытием, которое удалось сделать благодаря круглосуточной слежке агентов ФБР, были не контакты Арвад с нацистами, а ее бурный роман (некоторые его моменты ФБР зафиксировало на пленке) с молодым флотским лейтенантом по имени Джон Кеннеди. (Когда Кеннеди избрали президентом, Эдгар Гувер воспользовался досье на Арвад, собранным ФБР, чтобы шантажом добиться своего назначения на пост директора этой спецслужбы.)

Вот в какой рассадник международных интриг Ян Флеминг попал в 1943 г.

Обвинения Веннера-Грена в том, что он оборудовал у себя на острове секретную гавань для немецких подлодок, оказались ложными. Но Флеминг счел этот пропитанный ромом антураж неотразимым. «Когда мы выиграем эту проклятую войну, – признавался он другу, – я поселюсь на Ямайке. Буду просто жить там и упиваться всем этим. Плавать в море, писать книги».

Флеминг купил там поместье и назвал его «Золотой глаз» в честь одной из разведопераций, в которых участвовал во время войны.

•••

Флеминг считал Ямайку одним из «благословенных уголков Британской империи», славным местечком, где смуглокожие туземцы по-прежнему подают вам коктейли в клубе и где фантазиям о колониальной жизни можно предаваться чуть дольше, чем в остальном мире. В 1956 г. Британия потеряла контроль над Суэцким каналом. Это событие стало провозвестником конца империи («Не могу припомнить в современной истории ничего похожего на такой кавардак», – писал Флеминг). После этого поражения британский премьер Энтони Иден отправился перевести дух именно на Ямайку. Он остановился в поместье «Золотой глаз».

Флеминг проводил на Ямайке каждую зиму с 1946 г. до самой своей смерти в 1964 г. Именно там он написал все свои книги про Бонда. На Ямайке у него случилась интрижка с богатой вдовой Бланш Блэкуэлл, у которой одновременно был роман с соседом Флеминга – Эрролом Флинном[72]. В том же «Золотом глазе» под ногами путался Крис, юный сын вдовы Блэкуэлл, который позже стал основателем компании звукозаписи Island Records и вывел на мировую сцену будущих титанов регги – Боба Марли, Джимми Клиффа, группу Toots and the Maytals и Питера Тоша. (Боб Марли купил «Золотой глаз» после смерти Флеминга, хотя и считал поместье «чересчур шикарным». Впоследствии музыкант продал его Крису Блэкуэллу, которому оно принадлежит до сих пор.)

На Ямайке происходит действие трех книг бондианы. Ярче всего показывает тогдашнюю карибскую жизнь роман «Доктор Ноу» (1958 г.). После того как группа наемных убийц уничтожает радиостанцию британской Секретной службы, тем самым перерезая связь между Ямайкой и Англией, на место отправляют Бонда. Улики указывают в сторону одного из близлежащих островов. И это гуановый остров.

Читатели Флеминга, скорее всего, мало что знали о добыче гуано, однако он быстро ликвидировал пробелы в их познаниях. Когда Бонд впервые прибывает на Ямайку, секретарь колониальной администрации радушно усаживает гостя и начинает читать ему лекцию об истории гуано («Бонд приготовился скучать»). Примечательно, что эта сцена занимает целую главу. Секретарь не упускает ничего, начиная с британско-перуанской монополии и до того момента, когда Фриц Габер изобрел метод синтеза аммиака.

«Уж извините, увлекся, – не унимается зануда. – Столько времени толкую вам про гуано».

Наконец он подходит к главному: по Карибскому морю разбросано множество необитаемых островков и один из них недавно приобрела таинственная личность международного размаха – доктор Джулиус Ноу.

В этом персонаже явно видится Аксель Веннер-Грен. У них очень много черт сходства: впечатляющая внешность, страстное увлечение наукой, отсутствие лояльности по отношению к какой-либо стране, неуемное желание встревать в мировую политику, колоссальное состояние. Веннер-Грен даже настаивал, чтобы его самого называли «доктор Веннер-Грен», поскольку имел почетную докторскую степень одного перуанского университета.

И, разумеется, у обоих в собственности были карибские острова. В романе доктор Ноу рассказывает Бонду, как купил остров и превратил его в «лучший центр технической разведки в мире». Оттуда он может отслеживать американские ракеты, глушить подаваемые на них сигналы и даже изменять траекторию ракет («Я могу отклонять радиосигналы, которые направляют эти ракеты, мистер Бонд»), т. е. подчинять себе это оружие сверхдержавы.

Тот факт, что он находится на острове, имеет колоссальное значение для доктора Ноу. «Мистер Бонд, власть – это суверенитет», – объясняет он:

Кто в мире обладает властью над жизнью и смертью своего народа? Теперь, когда Сталин мертв, можете ли вы назвать другого такого человека, кроме меня? Что позволило мне получить эту власть, этот суверенитет? Тайна частной жизни. Тот факт, что никто обо мне незнает, что я никому не должен давать отчет.

Если в истории литературы можно выделить поворотный момент, то вот он. До выхода «Доктора Ноу» вымышленные острова представляли собой Богом забытое захолустье. А после того, как появилась эта книга, они стали центрами глобального могущества.

Экранизаторы романов Флеминга ухватились за эту идею. Картины частного острова постоянно мелькают в фильме «Доктор Ноу», места для съемок которого выбирал Крис Блэкуэлл. То же самое можно сказать и о других фильмах бондианы: «Шаровая молния» (снималась на острове Веннера-Грена), «Живешь только дважды» (ракетная база на японском вулканическом острове), «Бриллианты навсегда» (морская нефтедобывающая платформа), «Живи и дай умереть» (диктаторский режим на маленьком карибском острове), «Человек с золотым пистолетом» (частный таиландский остров), «Шпион, который меня любил» (гигантская морская база) и «Скайфолл» (заброшенный остров). В фильме «Казино “Рояль”» (2006 г.) есть сцена, снятая на острове Веннера-Грена.

В мире Джеймса Бонда много абсурдного и нелепого. Взрывающиеся письменные принадлежности, аквариумы с акулами, бесконечная череда страстных помощниц главного героя – все это по большей части плоды воображения Флеминга, а не реальные картины из шпионской жизни. Но вот насчет островов Флеминг во многом был прав.