Как спрятать империю. Колонии, аннексии и военные базы США - Дэниел Иммервар
•••
Так было не всегда. Хотя Соединенные Штаты начали свою заморскую экспансию с коллекционирования гуановых островов, их интерес улетучился, после того как острова выскребли подчистую. В 1904 г. Госдепартамент официально объявил, что Соединенные Штаты не покушаются на «суверенитет или территориальные права на гуановые острова», – неожиданное заявление, особенно если учесть, что к нему вроде бы ничто не подталкивало.
Конечно, чиновники не могли самостоятельно деаннексировать какие-то части Соединенных Штатов. Но их заявление отражает настроения, преобладавшие в американской политике того времени. Соединенные Штаты вообще-то активно проявляли интерес к колониям и как раз тогда вели кровопролитную войну, пытаясь удержать самое большое из своих колониальных владений – Филиппины. Но далекие атоллы и песчаные отмели куда меньше значили для американских властей. Вашингтон не возражал, когда другие державы обосновались на его гуановых островах, а может, даже не заметил этого.
Столь беспечное отношение к таким землям было вполне обычным в XIX в. и в начале XX в. Однако новые технологии вскоре наделили острова новым значением. Развитие авиации показывало, что там можно строить взлетно-посадочные полосы; развитие радиосвязи – что там можно устанавливать радиостанции. В 1935 г. Госдепартамент объявил, что США аннексируют острова Бейкер, Хауленд и Джарвис в центральной части Тихого океана. Но уже два дня спустя ведомство поспешно опровергло свое заявление. Чиновники смущенно пояснили, что Соединенным Штатам ни к чему аннексировать эти острова. Изучение архивных материалов показало, что СШАуже владеют ими.
Это был показательный недосмотр, хорошо демонстрирующий непоследовательность американской имперской администрации. Впрочем, это упущение ничего не меняло со стратегической точки зрения. Франклин Делано Рузвельт вызвал к себе Эрнеста Грининга (в ту пору главу Управления территорий и островных владений), чтобы поговорить об этих островах. «Какое настроение у нас сегодня, собираетесь ли вы осуществлять территориальные приобретения?» – осведомился Рузвельт.
Грининг заверил президента, что да.
Франклин Делано Рузвельт отправил чиновника в турне по Тихому океану. Как полагал Грининг, притязаний, юридически оформленных еще в XIX в., теперь явно недостаточно. Чтобы «сохранить суверенитет Соединенных Штатов» над гуановыми островами, их надо активно колонизировать, считал он. Поэтому Грининг в роли одного из последних конкистадоров в истории пустился в путь, чтобы установить флаг и провозгласить острова частью своей страны.
План Грининга, осуществленный без огласки в 1937 г., предусматривал посещение тихоокеанских гуановых островов, водружение на каждом из них флага, установку таблички и высадку «колонистов» в лице четырех гавайцев. Почему именно гавайцев? «В силу их хорошей приспособляемости к природным условиям региона», – пояснил Грининг. И вот самых блестящих выпускников гавайских Школ Камехамехи[73] четверками высаживали на далекие острова, снабдив их бочками с пресной водой, ящиками с консервами и приказом отваживать потенциальных завоевателей.
Операция прошла не слишком гладко. Прибыв на остров Кантон, грининговские ребята обнаружили, что там уже устроился британский радист. «Мне предписано уведомить вас, что это британская территория, и выразить протест против водружения на ней американского флага», – заявил он. Но флаг все равно взвился над островом, и гавайцев на него тоже высадили.
Эрнест Грининг (в заднем ряду, справа) с четырьмя колонистами-гавайцами на острове Хауленд
Остров Хауленд представлял для американцев особый интерес, поскольку должен был стать одной из промежуточных остановок в ходе кругосветного полета Амелии Эрхарт (она погибла на пути к нему). Но чтобы привести остров в порядок, гавайцам пришлось бороться с вышедшими из-под контроля полчищами крыс (та же проблема терзала добытчиков гуано, которые работали там лет за 80 до того). Поселенцы использовали в качестве крысиного яда порошок из игл дикобраза. Средство и в самом деле позволило истребить крыс, но оно действовало довольно медленно, и немногочисленные другие животные, обитавшие на острове, тоже наглотались его.
В результате получилась сюрреалистическая картина в духе конрадовского романа «Сердце тьмы» или картин Сальвадора Дали. Во всяком случае, зрелище было впечатляющим и достойным создания диорамы: под гордо развевающимся звездно-полосатым флагом четыре гавайца питаются консервами, ожидая знаменитую летчицу, которая так и не добралась до этого крошечного отравленного островка, усеянного пометом птиц и дохлыми крысами.
•••
В повторном завоевании гуановых островов было что-то комическое. Но если взглянуть на картину в целом, то можно увидеть в этих событиях переломный момент в истории США. Миниатюрные островки вроде Хауленда оказались чрезвычайно полезными, как и предвидели Рузвельт с Гринингом. Начиная с поездки Грининга в 1937 г. острова и другие небольшие участки суши стали фундаментом территориальной империи Соединенных Штатов.
Крошечные клочки земли обрели особое значение на закате старых империй. Мощная волна деколонизации, накрывшая мир, смыла с карты большинство имперских владений, но кое-что все же уцелело – главным образом маленькие острова. Крупные колонии могли рассчитывать на самоуправление, и там возникали националистические движения, которые добивались его. У маленьких колоний такой перспективы не было. Для них, как заметил Луис Муньос Марин, получение независимости могло стать экономическим самоубийством. А для таких крошечных территорий, как Гуам или Американские Виргинские острова, попытка устроить вооруженное восстание обернулось бы самоубийством в прямом смысле слова.
Такие же соображения определяли игру и в другой части уравнения. Синтетические материалы, международная стандартизация и новые технологии транспортировки сильно уменьшили потребность богатых стран в традиционной колонизации. Но геополитические устремления не канули в прошлое. Великие державы по-прежнему вели игры на географической карте. Просто теперь, с появлением самолетов и беспроводной связи, им уже не приходилось, как во времена капитана Мэхэна, беспокоиться о сохранении населенных колоний. Они могли ограничиться небольшими зонами контроля.
Иными словами, после Второй мировой войны Соединенные Штаты не отказались от идеи империи. Они просто перетряхнули свой имперский портфель, избавились от больших колоний и сделали упор на военные базы – клочки полусуверенных территорий, разбросанные по всему земному шару. В наши дни у США около 800 таких баз, и наиболее важные из них располагаются как раз на островах.
Пуантилистическая империя сегодня: известные американские базы за пределами «материка».
Источники: зарубежные базы – David Vine, https://basenation.us/maps; внутренние/территориальные базы – data.gov
Показательно, что Грининг реколонизировал гуановые острова в то же самое время, когда учредили филиппинское «содружество», т. е. когда самая крупная колония США встала на путь обретения независимости. Казалось, Соединенные Штаты, стоя перед картой мира, отложили малярный валик, привычный для художников-империалистов, и взялись за кисточку, одолженную у пуантилиста.
•••
Этот поворот к пуантилизму начался с упомянутых тихоокеанских приключений Грининга в 1930-х
