Уитни Гаскелл - Скоро тридцать

Подъехав к дому Теда, я быстро вытащила из сумки косметичку. После того как я убрала с лица разводы по текшей от дождя туши, припудрилась и обновила на губах помаду, вид мой значительно улучшился. Конечно, выглядела я не супер – еще бы, с дороги-то, – но вполне презентабельно. Я расплатилась с водителем и перекинула сумку с вещами через плечо. Тед любезно внес мое имя в особый список гостей, так что мне не надо было дожидаться, пока портье сообщит ему о моем приходе. Это был один из милых сердцу знаков, свидетельствующих, что у нас с Тедом не мимолетная связь, а что-то более серьезное и, может быть, очень важное для нас обоих. Я с улыбкой продефилировала мимо портье, одарив его приветственным взмахом руки, и почувствовала себя жутко довольной.

На лифте я поднялась на двадцатый этаж и прошествовала к квартире Теда. Постучав в дверь, я услышала, как Салли и Оскар с оглушительным лаем примчались в коридор, являя собой самую надежную в мире охранную сигнализацию. Пару минут я подождала, слушая, как собаки царапают дверь. Я предположила, что Тед поехал за мной на вокзал, но потом сообразила, что портье сообщил бы мне об этом. Я постучала еще раз; раздались шаги. Последовала пауза, затем щелчок отпираемого изнутри замка и лязг предохранительной цепочки.

– Извини, что заехала на ночь глядя, но я вернулась на день раньше и хотела забрать Салли… – затараторила я, когда дверь начала открываться, но умолкла на полуслове: я ожидала, что увижу Теда с его особенной, сексуальной улыбкой на устах, что он впустит меня в квартиру, скажет, как сильно соскучился и покроет мое лицо сотней нежных поцелуев. Передо мной стояла Элис. Бывшая. Насколько, я могла судить, под темно-синим махровым халатом Теда на ней больше ничего не было. И она вовсе не торопилась приглашать меня войти, а, наоборот, преградила проход, обнажив зубы в холодной, торжествующей улыбке.

– А, опять вы. Здравствуйте, – с манерной медлительностью протянула она. Я окинула ее взглядом: босая, темные блестящие волосы слегка взъерошены на макушке. В общем, Элис выглядела так, словно только что вылезла из постели.

– Салли? – хрипло прокаркала я. Сейчас я чувствовала то же, что, по моим представлениям, испытывает человек, которому вспороли грудь, вытащили сердце, разбили его и засунули осколки обратно. Боль была настолько сильной, что у меня и вправду закружилась голова, а перед глазами поплыли радужные круги.

– Нет, – пропела Элис. Несмотря на сурово нахмуренные брови, на ее лице читалось нескрываемое удовольствие. – Меня зовут Элис. Мы встречались на коктейле у Джинджер Уайтхед.

– Я хотела сказать, что пришла забрать собаку, – робко произнесла я.

Элис не сдвинулась с места, так что я не могла войти, а Салли – выйти, но, услышав свою кличку и сгорая от не терпения воссоединиться со мной, моя любимица встала на задние лапы и слегка цапнула Элис за ногу, точнее, за нежное местечко на икре, отчего Бывшая дернулась, шагнула вперед и выругалась сквозь зубы:

– Черт, больно!

Воспользовавшись моментом, Салли прошмыгнула мимо нее и запрыгнула мне на руки. Я мысленно поставила себе на заметку при следующем посещении гастронома обязательно купить Салли ее любимый хот-дог в награду за пре данность, проявленную в столь подходящий момент.

– Ну вот, теперь вы ее забрали, – промяукала Элис. Вздернув брови, она вернулась на свое место и снова преградила вход.

Открыв рот, я заглянула через ее плечо в пустой коридор. Где же Тед? Может, стоит за дверью и подслушивает нас? Неужели Тед такой малодушный трус, что даже не ос мелится выйти, посмотреть мне в глаза и хотя бы извиниться за то, что за моей спиной трахает свою бывшую жену, в то время как мы оба должны наслаждаться узами нашей новой любви? Может, мы еще не созрели для того разговора, который обычно происходит между мужчиной и женщиной, когда они, расслабившись после секса и купаясь в волнах блаженства, делают вывод, что у них не просто интрижка и никто, кроме друг друга, им не нужен? Мне казалось, этот этап мы уже прошли.

Элис проследила за моим взглядом, и на ее остроскулом лице промелькнула нехорошая улыбка. Она явно смаковала момент, заставляя меня еще острее чувствовать унижение.

– Я бы позвала Теда, но, кажется, он сейчас в душе, – с язвительной усмешкой сказала она.

Ее слова пронзили меня, словно удар кинжалом. Существовало только одно объяснение тому, что Элис находится здесь, одетая в халат Теда, а сам Тед принимает душ. Я повернулась и пошла прочь, вцепившись в Салли, как ребенок – в меховую игрушку. Салли не пыталась вырваться, а, наоборот, прильнула к моей груди, свирепо глядя на Элис своими влажными выпуклыми глазами.

– Элли?

Я обернулась. Позади Элис стоял Тед. На нем не было ничего, кроме полотенца, обернутого вокруг пояса. Я открыла рот в надежде бросить какую-нибудь уничтожающую фразу, но из моего горла вырвался лишь сдавленный всхлип, сердце бешено заколотилось, а по щекам полились слезы. Приехали, подумала я. Теперь я еще и рас плакалась при ней. Тед выглядел оскорбленным; на его лице отражались те же чувства, что у меня в душе. Муж чины ненавидят скандалы, особенно безобразные сцены между любовницами, бывшей и нынешней, только по этому сценарию роль бывшей досталась не Элис, а мне. Я помчалась к лифту.

– Элли, подожди! – крикнул Тед. Обернувшись, я увидела, что он оттолкнул Элис и побежал за мной – так быстро, насколько позволяло обернутое вокруг талии полотенце.

Я нажала кнопку вызова. К счастью, кабинка лифта так и стояла на двадцатом этаже. Двери открылись, я заскочила в кабину, ткнула на кнопку «Вестибюль», а потом принялась как сумасшедшая жать кнопку «Закрыть двери», пока стальные створки не начали смыкаться. В последний момент в тоненькой щелке промелькнуло лицо Теда, на котором боль смешалась с изумлением и гневом. На мгновение мне захотелось открыть двери и дать ему шанс объясниться, сказать, что произошла ошибка, что Элис каким-то колдовством затащила его в постель, но любит он только меня. Не сводя глаз с Теда, я потянулась к кнопке, и тут он произнес:

– Это не то, что ты подумала.

Я не поверила своим ушам. Как он мог опуститься до явной, пошлой и жалкой лжи? Примерно те же слова бормотал и Марк в слабой попытке оправдать себя. Да и чему тут удивляться? Если оба моих брата, включая Марка – мистера Идеального Мужа, – изменяли своим женам, то чего ждать от приятеля, с которым я встречалась всего несколько недель, тем более что я застукала его в обществе бывшей жены, которая ушла от него, а теперь определенно вознамерилась вернуть в свои объятия?

Двери лифта закрылись, и кабинка поползла вниз. Я стояла, прижав к груди Салли, роняя слезы на ее бархатистую шерстку и слушая стук собственного сердца.