Анита Андерсон - Пикассо в придачу

– Звучит как прекрасная эпитафия. Я бы хотела знать, можно ли ему доверять. Придется ведь рассказать ему, зачем мне понадобилась копия картины Пикассо.

Последовала очень длинная пауза. Несколько минут Флора молчала. Потом я узнала, что именно столько времени она провела в разговорах с Мервином.

– Ну, его вечно окружают какие-то девицы.

– Ничего удивительного. В отделе работают одни девицы. Он – единственный мужчина. Ну а дальше что? Ты поздоровалась с ним трижды. А он как прореагировал?

– Сначала он тоже сказал «привет». Когда это случилось во второй раз, он спросил: «Как дела?» В третий раз он опять сказал «привет».

– Грандиозно! Из этого ты сделала вывод, что на него можно положиться?

– Он и правда чудесный человек, Кэрон. Разве ты не заметила?

– Да я с ним даже не знакома, – пробормотала я, натягивая футболку. – Он сидит в переднем ряду, около стола миссис Браун. А Мелоди посоветовала мне избегать ее.

– Эта Мелоди вовсе не такая рохля, какой пытается себя представить. Она в курсе всех событий. Такое впечатление, что она сидит на телефоне, по которому звонят, чтобы сообщить все сплетни, циркулирующие по универмагу. Настоящая «горячая линия».

– Отлично. Может, спросить, что она думает о Мервине?

Еще одна длинная пауза. Я надела брюки и туфли.

– Флора, видимо, Мервин тебе нравится?

Опять молчание. Забыв о наших препирательствах по поводу горячей воды, я воскликнула:

– А что, если я организую ланч для нас троих, чтобы обсудить заказ? Пикассо убивает двух зайцев. Представляешь?

Дверь ванной резко открылась, и оттуда показалась Флора, закутанная в полотенце. Еще одно она намотала на голову. Она быстро моргала.

– Мне бы не хотелось столь явно обнаруживать свой интерес. Или ты думаешь…

– Флора, это я буду проявлять инициативу. Потом я ухмыльнулась и с невинным выражением лица сказала:

– Да, кто бы мог подумать? Что ты и Мервин… Это потрясающе!

Моя подруга побледнела и тихо спросила:

– Ты правда думаешь, что у нас получится?

– Уж поверь мне, Флора, я это устрою. – Моя уверенность в своих силах поколебалась, когда я увидела, что Флора нахмурилась. Я быстро добавила: – Не думай, что благодаря моим заботам тебе придется уйти с работы и что Мервин будет бешено ломиться в твою дверь, желая расправиться с тобой. Этого не будет. Я уверена, что смогу позаботиться о тебе лучше, чем о себе самой, потому что я буду более объективно оценивать ситуацию. Флора радостно улыбнулась:

– Знаешь, если когда-нибудь Мервин попытается ворваться в мой дом, это будет самый счастливый день в моей жизни.

Она побежала в комнату, чтобы одеться, и уже оттуда прокричала:

– У меня после обеда назначена встреча, поэтому я не смогу долго засиживаться за ланчем. Так что не сегодня, хорошо?

– Отлично. У меня будет время, чтобы провести разведку.

И я стала напевать «А вот и невеста!», пока Флора наконец-то не открыла дверь и не швырнула в меня мокрым полотенцем.

Я подумала, не заказать ли мне такси еще раз, но тут мне показалось, что чековая книжка пытается выбраться из сумочки, чтобы дать мне хорошую затрещину. Флора сказала, что с больной ногой лучше ехать на автобусе, так как добираться на метро нужно было с одной пересадкой. Дело в том, что работники подземки, видимо, состоят в каком-то тайном сговоре: они явно желают способствовать поддержанию прекрасной физической формы своих пассажиров. Во имя этой благой цели они не чинят сломанные эскалаторы. Кроме того, у них в штате есть и экстрасенс, поскольку им всегда удается угадать, куда я собираюсь поехать, и они останавливают эскалаторы именно на этих станциях. Специально, чтобы я могла размяться.

Когда мы приехали в универмаг и подошли к лифту, я вновь увидела девицу с зелеными линзами и даму из отдела продаж. И они опять обменялись теми же репликами, что и вчера. Я почувствовала себя частью коллектива, хотя не могу сказать, что меня привела в восторг мысль, что эти клуши считают меня своей.

Я прибежала в отдел чуть раньше девяти, еще до начала совещания. Мне хотелось поговорить с Мервином. Но Флора была права: это было невозможно, поскольку его со всех сторон окружали женщины. И это был не просто скучный безжизненный фон; они порхали вокруг него, словно бабочки. Мервин был похож на короля в окружении фрейлин: сплоченный женский кружок тесно окружал его, все жадно ловили каждое его слово, хихикали. Мне стало не по себе: не переоценила ли я шансы Флоры?

Мелоди уже была на месте. У нее был такой вид, как будто она сидела в засаде. Флора рассказала мне, что Мелоди была первым сотрудником компании «Чемберс». И она будет работать в нашей компании, пока не захочет уйти на пенсию. А может, до самого Судного дня, подумалось мне: Мелоди выглядела такой же крепкой и жилистой, как домохозяйка Джеймса. Я ужаснулась, вообразив себе Баса в старости. Отвратительная картина. Ах да, картина. Я повернулась к Мелоди.

– Что вы думаете о нашем единственном кавалере, Мервине? – я кивнула в его сторону. Ловко я подобралась к интересующей меня теме, да?

Она надела очки и внимательно посмотрела на меня:

– Он не тот, за кого себя выдает.

Неужели его черный костюм скрывает что-то необычное?

– Что вы имеете в виду, Мелоди?

– Он не похож на Джеймса Смита, того любезного молодого человека, который заходил к нам вчера. И конечно, он не похож на мистера Чемберса. Мервин – настоящий сердцеед. Меня волнует сама мысль о том, что он может остановиться рядом с моим столом, чтобы поболтать. Ты уже познакомилась с ним, милочка?

– Пока нет. Продолжайте, пожалуйста.

– Он умный человек, а не какой-нибудь эстетствующий сноб, каким может показаться. Я думаю, у него есть талант. Но он так несерьезно относится к работе!

– Не то что мы, не правда ли? – спросила я, с трудом подавив улыбку.

– Абсолютно. Знаешь, Кэрон, мне кажется, ты очень энергичный и трудолюбивый человек. Замечательное качество, особенно для женщины. Уверена, что лет через тридцать ты действительно сможешь занять кресло Джеймса. Естественно, при условии, что он перейдет на другое место. А я и так уже добилась успеха. – У меня не было слов. Просидеть тридцать лет в бухгалтерии? Какой ужас!

А Мелоди продолжала: – Чтобы понять, добился ли человек успеха, необходимо знать, какая у него была цель. Мои главные достоинства – лояльность и исполнительность. Именно благодаря этим качествам я столько лет проработала в «Чемберс». Ты даже представить себе не можешь, сколько людей на моей памяти приходили и уходили отсюда – на другую работу или на небеса (там наверняка тоже есть свой универмаг). А я по-прежнему здесь!

Я улыбнулась. Мелоди такая милая. И ей удалось дать очень точное определение успеху. Правда, если следовать ее логике, то самые удачливые люди – это те, которые ни к чему не стремятся. Успех приходит к ним мгновенно. Чем меньше желаний, тем больше успех. Здорово. Только такая философия не очень подходит тем, кто любит плескаться в горячей воде. За все нужно платить, видите ли.