Антибойфренд - Пенелопа Уорд

концов Эдриан мог не увидеть меня или не узнать.

Но, к несчастью, как только мы поравнялись с ним, он поднял глаза и встретился со мной взглядом. Он прищурился от яркого солнца и приложил ладонь ко лбу наподобие козырька.

– Кэрис?

Я изобразила удивление и улыбнулась.

– Привет!

– Не уверен, что вы узнаете меня. Мы встречались всего один раз. Я друг Дикона, Эдриан.

Он улыбнулся.

– Конечно, я узнала вас. Как поживаете?

– Хорошо. – Эдриан повернулся к Чарльзу. – А вы?

– Я Чарльз. – Он протянул руку. – Отец Санни.

Они пожали руки, и на лице Эдриана я прочитала шок. Мне хотелось все объяснить ему, но зачем? Какая разница, если он сделает неправильные выводы? Я не обязана объясняться перед ним – или перед Диконом.

Санни сразу же прониклась доверием к Эдриану и мило улыбалась ему, поглощая свое мороженое. У меня забилось сердце от волнения, что он заговорит о своем друге.

Но вместо этого Эдриан просто кивнул и сказал:

– Было приятно снова увидеться.

– Мне тоже, – ответила я.

Я испытала облегчение. Эдриан, скорее всего, был в курсе происшедшего. И не было смысла заговаривать об этом. Хотелось ли мне спросить, как поживает Дикон? Да. Но я не была готова услышать ответ. Я не хотела знать, что он снова встречается с женщинами или вообще процветает в каком бы то ни было смысле. Это было бы чертовски больно.

– Кто это? – спросил Чарльз, когда мы отошли на приличное расстояние. – Ты казалась такой напряженной.

Я с шумом выдохнула:

– Это друг моего бывшего бойфренда.

– Того парня, которого я видел у тебя? Этого бойфренда?

– Да. Антибойфренда. Дикона, – с горечью сказала я. – Других бойфрендов у меня не было.

– Я уже несколько раз спрашивал, что у тебя с ним случилось, и ты так и не ответила мне. Полагаю, если я сделаю еще одну попытку, ты отреагируешь так же?

– Я предпочитаю не говорить об этом.

– Хорошо. Понял. – Он положил руку мне на спину. – Но когда-нибудь я все-таки уговорю тебя рассказать мне все.

Я покачала головой. Обычно в течение дня мне удавалось не думать о Диконе. Но Эдриан пробудил во мне болезненные воспоминания.

– Кстати, я так и не рассказал, что случилось, когда я признался Вайолет в том, что говорил с нашими детьми о Санни.

Не слишком удачная смена темы.

– И как она приняла это?

– Не слишком хорошо, но не сделала ничего радикального. Она не слишком довольна мною, но это и неудивительно. – Он пожал плечами. – Теперь, когда дети все знают, им не терпится познакомиться с Санни. Они сказали Вайолет, что хотят увидеть свою сестру. И она особо не возражала.

– Правда?

– Да. Она смирилась.

Я на мгновение остановилась:

– Итак, что это значит?

– Это значит, что я буду счастлив, если ты позволишь как-нибудь прийти вместе с ними.

Как это ни было неприятно, я не хотела, чтобы Санни прошла через то, через что пришлось пройти мне. Я ни разу не встречалась со своими единокровными братьями и сестрой. И я боялась за будущее Санни, если вдруг что-то случится со мной. Хотя я искренне надеялась, что Санни сможет жить нормальной жизнью, но что, если ей понадобится больше помощи, чем обычным людям? И мысль о том, что у нее будут брат и сестра, чтобы присмотреть за ней, очень меня успокаивала.

– Хорошо, – сказала я наконец. – Ты уверен, что готов к этому?

– Они уже привыкли к мысли, что у них есть маленькая сестра. И мне кажется, что им нужно с ней познакомиться, чтобы почувствовать, что все это произошло в действительности. Они милые, доброжелательные дети, и я думаю, что все пройдет лучше, чем можно представить.

– Тогда я согласна. Я не хочу, чтобы Санни не знала брата и сестру.

Чарльз с облегчением выдохнул:

– Спасибо. Если бы я мог, я поцеловал бы тебя.

Я подняла руку:

– Даже и не думай об этом.

– Человек имеет право мечтать. – Он подмигнул. – Но не будем торопить события.

Чарльз был сумасшедшим, если думал, что я когда-нибудь соглашусь снова впустить его в свою жизнь. Помимо того, что я не могла простить его, я теперь осознала, что никогда по-настоящему не любила его. Мои чувства к Дикону были совсем другими. Несмотря на то что наша связь закончилась, чувства, которые я испытывала к нему, нельзя было стереть из памяти. Даже если бы я очень этого хотела.

Глава 24

Дикон

Помеха любовным утехам

– На что вы пялитесь? – спросила она.

Черт. Как долго я рассматривал ее? Я не хотел ее смутить. Просто… Я не мог оторвать от нее взгляда. Всю эту неделю мне удавалось не думать о Кэрис. А потом я встал в очередь к кассе в супермаркете, куда пришел за покупками для моей бабушки. И кассирша здесь выглядела как взрослая версия Санни. Неужели она подумала, будто я рассматриваю ее из-за того, что у нее синдром Дауна? Черт. Я вовсе не из-за этого смотрел на нее.

– Простите. Я знаю, что пялился на вас. Но это потому, что вы похожи на одного человека, который дорог мне. И которого я больше никогда не увижу. Я не хотел показаться невежливым.

Она закатила глаза, и я рассмеялся, потому что уже представлял себе, что Санни вырастет и станет такой же дерзкой, как эта девушка. И мое сердце сжалось от боли при мысли, что я могу больше никогда не увидеть Кэрис или Санни.

Прошло три месяца после моего отъезда из Нью-Йорка, и моя тамошняя жизнь уже казалась мне такой далекой. Я все еще не знал, как поступить со своей квартирой. Я платил за аренду, что было для меня необременительно, потому что я бесплатно жил в доме бабушки. Бабушка была рада моему обществу и моей помощи, а я был рад, что могу жить в Миннесоте не у родителей. Я не знал, сколько намерен оставаться здесь, но возможность возвращения в Нью-Йорк пока не рассматривал.

Кассирша вручила мне чек. На ее бейдже было написано имя – Отум.

Я кивнул и улыбнулся.

– Хорошего вам дня, Отум.

Она одними губами сказала:

– Отвали.

Мило.

Я снова не смог сдержать улыбку. Сегодня у меня выдался забавный день.

* * *

Одной из особенностей проживания с бабушкой было то, что она всегда видела меня насквозь и не мирилась ни с каким дерьмом. Я отказался рассказывать ей, почему вернулся домой в Миннесоту. Я еще не был готов обсуждать это с кем-либо из моей семьи. Но в то время, как все остальные