Антибойфренд - Пенелопа Уорд

лишь дурным сном и чтобы, когда я проснусь, Дикон лежал рядом со мной. Но то чувство защищенности, которое я испытывала в его присутствии, теперь было лишь далеким воспоминанием. И даже несмотря на то что он разбил мне сердце, я скучала по нему. И скучала даже больше как по другу, чем как по любовнику.

– Что, если он опомнится, вернется и станет молить тебя о прощении? – спросила Симона.

В глубине души я знала, что он уехал не только из-за нас с Санни. У него были свои проблемы, и эта авария отбросила его назад в прошлое, в ту тьму, в которую он был когда-то погружен. И хотя я это понимала, я не могла забыть причиненную мне боль и простить его. И даже если бы я могла простить его, доверие было бы подорвано.

Я закрыла глаза:

– Все кончено. Даже если он вернется, я не смогу довериться человеку, который уже однажды бросил меня и может сделать это еще раз. И я беспокоюсь не только о себе. Мне нужно думать о Санни. Лучше в настоящий момент ни с кем не связывать свою жизнь. Это слишком рискованно. Дикон был моей единственной попыткой, и она закончилась полным провалом. Я больше не стану рисковать своим сердцем.

Симона посмотрела на меня с выражением смятения на лице:

– Это все так ужасно. Но я надеюсь, что, когда твои раны затянутся, ты изменишь свое решение. Это пройдет не скоро, но никогда не стоит терять надежду, Кэрис. Ты еще так молода.

Смогу ли я полюбить снова? В настоящий момент я уж точно так не думала.

Я потерла виски:

– Не знаю, Симона. Я правда не знаю.

* * *

После ухода Симоны я пошла будить Санни. Когда я меняла ей подгузник, она сказала нечто, что повергло меня в шок.

– Диик.

У меня сжалось сердце. Может быть, мне это только показалось? Она не говорила «Диик» ни разу с его отъезда. Неужели она начала осознавать, что он уехал навсегда? Или тот звук, который она издала, был лишь совпадением?

Но все равно я была вынуждена сказать ей:

– Дикон уехал, солнышко. Мне очень жаль.

Наверное, я скорее напоминала об этом самой себе. И оставалось лишь надеяться, что Санни тоже начнет забывать о нем. Это было единственным утешением – она слишком мала, чтобы помнить о нем.

* * *

Вечером я только устроилась на диване, чтобы посмотреть телевизор, как зазвонил мой телефон. Очень немногие могли позвонить мне в такое время дня. Звонок заставил меня подпрыгнуть при мысли о том, что это мог быть Дикон.

Но это был не он.

Вместо того чтобы поздороваться, я сказала:

– Что тебе нужно, Чарльз?

Хотя я заставила себя согласиться с тем, чтобы он повидал Санни, после отъезда Дикона я была не в состоянии начинать новую главу в жизни. Так что каждый раз, когда Чарльз звонил, я по-прежнему давала ему один и тот же ответ – я не готова к тому, чтобы он навестил Санни.

– Я уже сказал тебе, что не сдамся. Я буду звонить, пока не получу тот ответ, который мне нужен. Я хочу видеть свою дочь.

Но у меня не было настроения вести этот разговор.

– У тебя нет никаких прав навещать ее, так что я не обязана давать тебе этот ответ. И, если я позволю тебе повидаться с ней, это будет всего лишь моя добрая воля.

– Хорошо. Я понял. Но я не могу сдаться, Кэрис. Я не сдамся. Я совершил огромную ошибку и неправильно повел себя после ее рождения. – Он шумно выдохнул. – И еще прошу прощения за то, что пытался увидеть ее без твоего разрешения. Как я уже говорил, больше этого не случится.

Мне нужно было перестать оттягивать неизбежное. Или, возможно, у меня больше не было сил сражаться, так что я сдалась.

– Хочешь увидеть ее?

– Да, – ответил он незамедлительно.

– Приходи завтра к часу дня.

Чарльз издал вздох облегчения:

– Спасибо, Кэрис. Спасибо.

* * *

На следующий день на пороге стоял Чарльз с огромным медведем, который был больше Санни.

Я шагнула в сторону:

– Входи.

Чарльз окинул меня взглядом с ног до головы:

– Ты прекрасно выглядишь.

Это было просто смешно, учитывая, что я даже не пыталась наложить макияж. И я намеренно надела джинсы и футболку.

Чарльз огляделся по сторонам:

– А где Санни?

– Она спит. Нужно разбудить ее. Обычно я не бужу ее, разве только в особых случаях.

Когда я сказала ему, чтобы он приходил к часу дня, я не подумала о том, что в это время Санни может спать. Но я решила не перезванивать ему, потому что хотела как можно быстрее покончить с его визитом.

– Можно пойти с тобой, когда ты станешь будить ее?

Я пожала плечами:

– Конечно.

Сидя в гостиной, мы говорили о пустяках, и это было так невыносимо, что я решила разбудить Санни пораньше, хотя мне это и не нравилось.

Чарльз пошел следом за мной в ее комнату.

Я взяла Санни на руки, и ей понадобилось несколько секунд, чтобы окончательно проснуться. Заметив стоявшего рядом со мной Чарльза, она не проявила к нему никакого интереса.

– Привет, красавица, – сказал он, похоже, взволнованно.

Санни продолжала с сомнением смотреть на него. Может, она чувствовала царившее между нами напряжение.

– Я Чарльз, – сказал он. – Прости, что я так долго не навещал тебя. Прости, пожалуйста.

У него, похоже, перехватило дыхание.

Это было искренне? Возможно. Хотя этого было недостаточно, чтобы я могла забыть все, что он сделал – или не сделал. Я не могла пока простить его, но я буду стараться сделать это. И я верю, что она ему не безразлична. И я верю, что он жалеет о своем поведении.

Чарльз пошел следом за нами в гостиную. И мы молча сидели и наблюдали, как Санни на полу играет со своими игрушками, среди которых теперь был и гигантский медведь, которого принес Чарльз.

– Я кое о чем спросил тебя как-то, но ты не ответила. Так что я повторю свой вопрос. Что за мужчина был с Санни в ночь приема? – внезапно спросил он.

У меня сжалось сердце.

– Я все еще считаю, что это не твое дело.

– Знаю, что не мое. Просто мне любопытно.

– Это был мой бывший бойфренд, – признала я.

– Бывший? А что случилось?

– Это не важно.

Чарльз кивнул и оставил эту тему. И мы опять стали молча наблюдать за Санни. Она лепетала и взвизгивала, пытаясь разговаривать с огромным