Девушка из Италии - Люсинда Райли

в особенно сложных колоратурных пассажах, чтобы ноты звучали длиннее и объемнее.

Каждый вторник Розанна ходила на репетиции для дублеров – так у нее появилась возможность исполнять основные роли и отрабатывать движения прямо на сцене. В репертуар вводилось все больше опер, и со временем Розанна поняла: Паоло прав. Возможно, стоять на большой сцене в джинсах и пуловере и петь под аккомпанемент фортепиано не так эффектно, как выступать в костюме и с большим оркестром перед двумя тысячами зрителей, но это позволяло совершать ошибки. Одно дело – спеть арию на две или три минуты, и совсем другое – выдержать сложное трехчасовое выступление.

Розанне иногда казалось, что ей приходится делать слишком много всего одновременно. Ей надо было не только помнить слова, ноты и движения, но и учиться оживлять персонажа. Как постоянно напоминал Рикардо, великие сопрано не только обладали дивными голосами, но и были превосходными актрисами, способными затронуть эмоции публики.

Иногда Розанне удавалось сделать все правильно, и когда все элементы сливались воедино, случалась «магия», как любил говорить Паоло. Розанна жила ради таких мгновений, но знала: до постоянного успеха еще работать и работать.

В середине мая Розанна стояла на сцене и пела сложный дуэт «Люби меня, пожалуйста», завершающий первый акт «Мадам Баттерфляй». Паоло незаметно присоединился к Риккардо в партере. Они сидели молча, слушая, как голос Розанны взмывает к чистой высокой до.

– Она поет все лучше, да? – сказал Риккардо.

– Набирается опыта, учится держаться на сцене и, что самое главное, взрослеет. С ее прогрессом мои планы насчет «Богемы» в следующем декабре кажутся более чем осуществимыми, – ответил Паоло.

– У нее большое будущее, верно? Наше личное, доморощенное открытие…

– Да, хотя нам не следует забывать про Роберто Россини.

– Кто-то произнес мое имя?

Паоло встал.

– Роберто, ciao!

Роберто казался раздраженным.

– Мы должны были встретиться в три в вашем кабинете. Секретарь сказала, что вы в театре, и я пошел искать. Через два часа мне нужно выезжать в Копенгаген.

– Прости, Роберто! Не уследил за временем.

Но Роберто уже смотрел на сцену.

– Розанна Меничи.

– Да. В этом сезоне она дублирует главные женские партии.

– Я слышал. Что за голос! Но тенор, поющий Пинкертона, ужасен. Позвольте мне спеть с ней? Показать, как это должно звучать.

Прежде чем Риккардо или Паоло успели ему возразить, Роберто поспешил вдоль рядов к сцене.

– Остановитесь, – приказал он пианисту.

Розанна и Фабрицио Барсетти – молодой человек, поющий за Пинкертона, – удивленно умолкли и смотрели, как Роберто поднимается на сцену.

– Простите, но мы с синьориной Меничи – старые друзья. Вы не против, если я займу ваше место в любовном дуэте?

Молодой тенор беспомощно согласился и ушел за кулисы.

– Пианист, начнем с последних двух тактов «Ах, что за вечер!»? – Он повернулся к Розанне и улыбнулся, взяв ее за руки: – Не волнуйся. Пой как обычно, а я подстроюсь, – прошептал он. – Хорошо, – обратился он к пианисту. – Начинаем.

Роберто запел, и, когда пришло время, к нему присоединилась Розанна.

Риккардо и Паоло откинулись на спинки кресел, зачарованные услышанным. Два голоса, один – опытный и мощный, второй – свежий и молодой, сочетались самым изумительным образом. А еще они прекрасно смотрелись вместе: она такая нежная, а он – такой мужественный рядом, на пустой сцене.

– Магия! – довольно прошептал Паоло. Он никогда не сомневался, что голос Розанны – открытие всей его жизни, но теперь, слушая, как она отвечает Роберто, ничуть не смущенная его славой, понял: скоро ее уверенности хватит для покорения всех вершин.

Когда финальные ноты любовного дуэта отзвучали в пустом зале, Розанна и Роберто так и остались стоять – они глядели друг на друга и не видели ничего вокруг.

Риккардо схватил Паоло за руку.

– Она должна выступить вместе с ним. Они чудесно смотрятся вместе!

– Как ни странно, сегодня я как раз собирался обсудить с Роберто «Богему», – согласился Паоло.

– Ты быстро учишься, малышка! – сказал покрасневшей Роберто опьяненной Розанне. – На последней ноте можно было добавить чуть больше вибрато, но в остальном… Ты настоящий профессионал! Прости, мне надо идти: меня ждет Паоло. – Он улыбнулся, поцеловал Розанне руку и вернулся со сцены в зал.

– Пойдемте поговорим? – Роберто жестом пригласил Паоло следовать за ним. – Ciao, Риккардо!

Мужчины вышли из зала.

– Я так понимаю, вы готовите синьорину Меничи к славе? – спросил Роберто, когда они начали подниматься к Паоло в кабинет.

– Скажем так: я считаю, у нее огромный потенциал.

Роберто остановился на лестнице.

– Пообещайте, что, когда она впервые исполнит главную роль, я буду петь рядом с ней.

Паоло был готов его расцеловать.

– Вообще-то я уже обсуждал это с твоим агентом, Роберто. Я хочу, чтобы вы с Розанной открыли следующий сезон как Родольфо и Мими.

– Прекрасно! Думаю, мы поможем друг другу достичь идеала, верно?

Паоло слегка нахмурился, увидев в глазах Роберто искры восторга.

– Конечно, – сказал тот, когда они возобновили подъем по ступеням.

Тем же вечером Розанна и Эби шли домой после спектакля. В венах Розанны еще бурлил адреналин после дуэта с Роберто, но Эби казалась непривычно тихой.

– Кофе? – предложила Розанна, когда они зашли в квартиру.

– Нет, спасибо. Думаю, сегодня я лягу пораньше, – ответила Эби.

– Эби, пожалуйста, скажи, что тебя так огорчило. Роберто?

– Нет… Я… То есть да, да… – Эби разрыдалась и резко села на диван.

Розанна опустилась рядом и осторожно обняла подругу. Когда Эби призналась в любовной связи с Роберто, Розанна была ошарашена. Но ей как-то удалось заглушить собственные чувства ради дружбы с Эби, убедить себя, что она испытывает к нему исключительно профессиональный интерес. Он не стоит ее чувств из-за своей несдержанности с женщинами. Но как бы Розанна ни старалась, ей все равно было тяжело и тревожно говорить на эту тему.

– Я думала, ты с ним счастлива, Эби, – выдавила она. – Что случилось?

– Ничего. В том-то и дело. Сначала все шло нормально. Сама знаешь: когда он был в Милане, то находил меня в театре после выступления, и мы ехали в его квартиру. Но после Пасхи он совершенно перестал обращать на меня внимание… – Эби утерла слезы.

– Но ты же знала, что он за человек, Эби! И сама говорила, что тебе не важно, чем все это закончится, – ты хочешь просто наслаждаться происходящим.

– Да-да, знаю. Я дура, полная дура! Пообещала себе не влюбляться в него, как остальные, но все-таки влюбилась. О, Розанна, как думаешь, он нашел кого-то еще?

– Не знаю, Эби, – честно ответила Розанна, желая успокоить подругу, но понимая, что ее предположение может оказаться верным. – Пожалуйста, постарайся