Дайанна Кастелл - Запретные желания

— А почему я должен быть уверен, что ты не станешь забираться ко мне в постель?

Шарлотта скрестила руки на груди.

— Вот те крест, чтобы мне сдохнуть, если это случится. Но почему-то мне кажется, что ты стараешься вовсе не ради того, чтобы забраться ко мне в постель; тебе хотелось заставить меня, несчастную, спрыгнуть с балкона, свернуть себе шею и таким образом самоустраниться. И вот тогда вторая половина «Магнолия-Хаус» будет твоей по полному праву. Разве могу я доверять тебе после того, что ты сделал?

— Я не юрист, но мне кажется, наследником является ближайший родственник, то есть, если ты умрешь, твою долю унаследует Эр-Эл. И я никогда тебе не лгал. Просто кое-чего недоговаривал.

— Я, пожалуй, буду спать лучше в парке.

Грифф укоризненно посмотрел на нее, явно призывая вернуться к реальности.

— Ладно, ты меня уговорил. В парке жуки, а я их боюсь. Но сейчас мы уже опаздываем, нам надо идти.

Заправив рубашку, которая успела изрядно помяться и потерять свой первоначальный вид, Грифф поспешил следом за Шарлоттой. Он нагнал ее уже в коридоре.

— На мне даже пиджака нет.

Они вместе спустились по лестнице.

— Мы скажем бабушке с дедушкой, что ты брат — близнец Гриффа. Братишка-грязнуля.

— Нервничаешь?

— Не знаю. Я вообще ничего не чувствую, даже собственного тела.

Они повернули за угол на Брайтон-стрит.

— А как отреагирует твой персонал на то, что я поселюсь в отеле?

— Попрячутся. Они же помнят летающие орехи.

— Кстати, о том каретном доме на заднем дворе. Почему бы тебе не превратить его в «люкс» для молодоженов с вьющимися по стенам розами, с отдельным маленьким садом и верандой? Такой домик, полный истинного южного шарма? Я могла бы сделать проект, помочь в отделке и тем самым поднять стоимость отеля. Но тогда тебе придется заплатить мне еще больше.

Грифф подтолкнул ее к входу в отель.

— Отличная мысль. — Он улыбнулся, глядя на нее. — Девушка заблудилась на улице с односторонним движением, но дай ей в руки молоток и гвозди, и она тебя удивит.

— Строительные гены. От Уильяма. Пожалуй, я знаю о себе больше, чем мне казалось. Интерес к строительству у меня в крови.

— Можно сделать там бар, специализирующийся на мартини. Любые коктейли, любые сорта. Шоколадные, фруктовые, какие хочешь.

Подошедший Деймон положил руку Гриффу на плечо и сказал:

— Ну вот вы и здесь наконец. Два самых популярных на сегодняшний день человека в Саванне. Все только о вас и говорят.

— Это еще не самое плохое. Рейберны ждут нас на завтрак.

— Эдвина в своем синем костюме похожа на генерала Патона, а на Шипли бежевый пиджак. Официантам уже пришлось сгребать снег с их стола. Придется вам крепко постараться, чтобы не превратиться в ледышки, сидя с ними рядом. Желаю вам приятно провести время.

Деймон отошел, и Шарлотта крепко уцепилась за Гриффа. Он бы предпочел, чтобы она вцепилась в него в порыве страсти, а не борясь с волнением накануне встречи со своими ненаглядными родственниками. Но увы, этого не случится. Хорошо уже то, что ему удалось уговорить ее переехать в отель.

— По-моему, Эд и Шип не могут быть такими уж плохими.

— Они прогнали со своего порога осиротевшего младенца, и этим младенцем была я. На мой взгляд, слово «плохие» в применении к ним слишком им льстит.

— Ты можешь просто повернуться и уйти. Никто не заставляет тебя с ними встречаться. Но тогда ты откажешься от возможности узнать кое-что о себе.

— Я хочу встретиться с ними не только из-за этого. — Шарлотта сделала глубокий вздох. — Что, если они имеют какое-то отношение к убийству?

— Они простые обыватели, а не убийцы.

— В свое время они приехали в Саванну из Бостона, чтобы не дать Эйди продать колье. А вдруг если они нашли человека, который согласился раздобыть для них колье любой ценой, но дело сорвалось, и они остались с носом? Не обязательно убивать самим, можно нанять киллера.

— Убита была их родная дочь.

— Я их внучка, но вспомни, как они со мной поступили. Образцовыми родителями они вряд ли были.

— Ты собираешься обвинить деда и бабку в убийстве?

— Нет, конечно. Этого делать я не буду. Просто хочу чуть-чуть намекнуть им на такую вероятность.

— Ну что ж!

Грифф прошел следом за Шарлоттой через сад. Она лучезарно улыбалась — пожалуй, слишком лучезарно.

— Бабуля, дедуля, приветик, — сказала она тоном маленькой девочки. — Это я, малышка Джейден, только уже большая. — Она помахала им рукой. — Давненько мы не виделись.

Парочка уставилась на нее во все глаза. Похоже, в Бостоне так не было принято приветствовать друг друга за завтраком.

— Джейден? Это действительно ты?

— Джейден Карсуэлл. — Шарлотта выдвинула стул и села. — А теперь я хочу услышать правду о том, как вы обездолили мою мать, Уильяма и меня.

У парочки глаза продолжали лезть на лоб.

— Ты не хочешь представить нас твоему…

— Не хочу.

Подошел официант, но Грифф жестом отправил его прочь. Представление было слишком хорошим, чтобы его прерывать.

— Ну, Эддисон — то есть Эйди, твоя мать, — вышла замуж за того человека, который нам не нравился, вот мы и проявили жесткость, — сказала бабуля.

— Все так просто?

— Она знала, что мы чувствуем, Джейден, — добавил дедуля. — Тогда она получила в наследство колье и…

— Колье с тринадцатью белыми бриллиантами и тринадцатью желтыми, — с придыханием сообщила бабуля. — Это не просто колье. Моя мать завещала его Эйден, своей внучке, вместо того чтобы передать его по наследству мне, как положено. Она купила его на деньги, принадлежавшие нашей семье, у друга, а как оно досталось другу, никто не знает. Когда Эддисон сообщила, что намерена его продать, мы просто не могли этого допустить и приехали, чтобы помешать ей это сделать. Но колье кто-то украл, и Эддисон, Уильям и ты дорого заплатили за то, чтобы сохранить этот отель, вот и вся история.

— Вся? — сквозь зубы процедила Шарлотта.

Дедуля положил локти на стол.

— Я понимаю, что это может показаться несколько жестким, но ведь Эддисон пошла против нашей воли, прекрасно зная, что из этого может получиться. Ей было наплевать на нас и наши чувства, она выбрала Уильяма. Она предпочла его нам, и ей осталось лишь пожинать плоды своего выбора.

— К тому же, — сказала бабуля, — колье должно было стать семейной реликвией, которую передают из поколения в поколение. Это колье должно было служить прославлению рода Рейбернов. Когда у тебя есть такая прекрасная, такая драгоценная вещь, ты ее не продаешь. Ты бережешь ее, защищаешь любой ценой ради себя и своей семьи. Но Эддисон этого не понимала. Ей был нужен только Уильям.