Дайанна Кастелл - Запретные желания

— Можно и повторить. Они того стоят. — Она поцеловала его верхнюю губу, потом нижнюю, втянула ее к себе в рот, позволив Сэму насладиться ее вкусом, давая прочувствовать, как их губы ладят друг с другом, словно друг под друга скроены. — И твой подбородок. — Присси поцеловала его чуть пониже губ. — Мне нравится твоя утренняя щетина.

— Я только что побрился.

— Я просто фантазирую. И твоя грудь. Мне нравится она утром и ночью и днем тоже нравится, и вечером. — Она потянула за курчавый волосок на его груди, поддразнивая, возбуждая. — Видит Бог, у тебя такая красивая широкая грудь, Сэм Пейт. — Присси поцеловала сначала один сосок, потом другой.

— Наслаждаешься?

— Еще как. Он вздохнул:

— И я тоже, детка.

— И живот, — ворковала она. — У тебя такие красивые мышцы. — Она лизнула его пупок, потом чуть ниже, и он вздрогнул. — Всякий раз, когда я с тобой, мне хочется съесть тебя живьем. — Палец ее остановился у основания его члена. — Ты обладаешь непревзойденными мужскими достоинствами.

— Я не могу поверить в то, что ты со мной делаешь, Присси.

— Сахарный мой, я не могу поверить в то, что ты делаешь со мной, — сказала она, на южный манер растягивая слова, и провела рукой по его растущей эрекции. — Мне нравится смотреть, как ты твердеешь, и знать, что все это только для меня.

— Я за тобой не успеваю.

Присси обхватила рукой его член, и Сэм резко втянул ртом воздух.

— Ты лжешь мне, Сэм Пейт. Ты прекрасно за мной успеваешь. — Она поцеловала головку. — Ты делаешь меня такой теплой и влажной внутри как раз тогда, когда я начинаю опасаться, что во мне больше ни тепла, ни влаги не осталось.

— Присси, что ты делаешь?!

— Завтрак. — Она перекатилась на него и глубоко взяла в рот его член.

Земля покачнулась под ним, в легких не осталось воздуха.

— Я никогда не делала этого прежде, — сказала Присси, поцеловав его с одной стороны, потом с другой. — До сих пор мне это никогда не нравилось. — Она усмехнулась. — До тебя. Я хочу познать тебя всеми возможными способами, и хочу, чтобы ты брал меня всеми способами, которые ты способен изобрести. Ты такой жаркий, такой твердый. — Она села на него, касаясь влажным лоном его ног.

— Господи, Присси, — простонал Сэм. Язык ее и губы ласкали его член, и ее длинные каштановые волосы падали ей налицо, как величественный водопад.

— Мне хочется отдать должное каждому дюйму. — Она подмигнула Сэму. — А тут довольно много дюймов, и всем им надо воздать по заслугам.

— Ты мне льстишь.

Последовал еще один долгий поцелуй.

— Если только чуть-чуть.

Сэм взял ее за плечи и приподнял, и она оказалась с ним лицом к лицу. Глаза ее ярко горели, горели счастьем, волосы растрепались.

— Довольно. Хватит.

— Нам с тобой никогда не хватит. Я уже думаю, что хватит, но тут что-то внутри меня начинает разгораться вновь, и я снова тебя хочу. Меня постоянно к тебе тянет.

— Тебя тянет ко мне? Как пьянчугу к спиртному?

— Считай меня безнадежным алкоголиком. Он перевернулся, оказавшись сверху.

— Что-то возникло между нами. Что-то чудесное и волшебное. Но я, кажется, уже больше не могу.

Сэм сложил руки на груди.

— Не можешь? Посмотри на меня.

— Не могу. Я получу то, что вижу?

— Всему свое время.. — Он взял Присси за запястья и закинул ей руки за голову, любуясь ее плоским животом, изящными стройными бедрами и розовыми сосками. — О, детка, ты — само совершенство.

Присси покачала головой:

— Я не могу больше терпеть, Сэм.

— Еще чуть-чуть, сладкая. — Он наклонил голову и глубоко втянул ее левый сосок, лаская языком нежную плоть, и ее стоны наполнили комнату, делая его еще тверже.

— Сэм, — задыхаясь, проговорила Присси, прогибаясь ему навстречу, — сейчас же, черт тебя дери.

— Не забывай: чем сильнее ты хочешь, тем лучше у тебя получается, а я хочу, чтобы тебе было очень, очень хорошо. — Сэм втянул в рот ее второй сосок и провел по нему языком, превратив его в твердую бусину. Он слегка прикусил его, и с губ Присси сорвался еще один стон, пронзив Сэма желанием. Он поцеловал ее. — Тебе нравится?

— Это великолепно. Невероятно. А сейчас я хочу твой член!

— Что за язык. — Сэм усмехнулся. — А я хочу еще поцелуев. — Он опустил ее руки, подался назад и поцеловал темный треугольник у скрещения ног.

— Ладно, ты меня поцеловал. Теперь сделай это, — проговорила она, тяжело дыша. — Я сейчас взорвусь. — Он устроился у нее между ног. — Я так готова для тебя, Сэм. Я так тебя хочу.

Он погладил внутреннюю поверхность ее бедер, заставляя расслабить ноги. Воздух в комнате был наполнен запахом секса.

— Ты такая нежная, такая гладкая.

— А ты слишком многословный. Ты не на митинге, не забыл?

Сэм раздвинул ее ноги.

— Вот так, откройся для меня, сладкая. Позволь мне взять тебя. — Он согнул Присси ноги и слегка надавил, раскрывая ее еще шире. Затем ладонями помассировал внутреннюю сторону ее бедер и, наклонив голову, поцеловал ее в жаркие набухшие губы.

— Сэм! О Господи, Сэм!

Бедра Присси взметнулись вверх. Он поцеловал ее клитор. Тело Присси содрогалось и прогибалось, требуя большего. Сэм нырнул языком в горячий влажный проход.

— Сэм, я не могу… держаться…

— Не сдерживай себя, детка. — Он снова взял ее языком. — Позволь мне любить тебя. Позволь мне доставить тебе удовольствие.

Тело Присси напряглось, и оргазм прошил ее насквозь, потряс до основания. Любить Присси — что может быть лучше? И тогда Сэм наполнил ее собой, скользнул глубоко, накрыв ладонями ее ягодицы, приподнимая ее к себе навстречу. Она схватилась за спинку кровати, поднимая бедра, и Сэм входил в нее раз за разом, пока оргазм не настиг ее во второй раз и пока сам он не взорвался, весь обратившись в страсть, первозданную страсть, ничего сильнее и ярче которой он не испытывал в жизни.

Эйфория. Да, только так можно описать чувство, которое Сэм испытывал, занимаясь любовью с Присси. Любовью? Он ее любит? Тяжело дыша, он перевернулся, увлекая ее за собой.

— Смотри, что ты начала.

— Смотри, что ты закончил. — Присси счастливо засмеялась, и Сэм тоже.

— А теперь мне действительно пора на работу, правда, при виде этой довольной ухмылки у меня на физиономии даже самый тупой догадается, почему я опоздал.

Она прижалась подбородком к его подбородку. Губы их почти соприкасались.

— Я сегодня пою в «Голубой ноте». Придешь? Сэм закрыл глаза, и она спросила:

— Что-то не так? Если ты любишь джаз, то это место как раз для тебя. Конечно, этот джаз-клуб не самое престижное место в городе, но тебе понравится Джимми, и я познакомлю тебя с Лулой-Джин и…