Норма Бейшир - Время легенд

Он начал ласкать ее соски, дразняще прикасаясь к ним по очереди кончиком языка, и Джейм невольно вздрогнула от удовольствия. Насытившись, Джейм легко оттолкнула Мартина, и он перекатился на спину, увлекая ее за собой. Она вновь и вновь целовала его — сначала в лоб, потом в нос, губы и подбородок, и наконец, зарывшись лицом в ямку на его шее, играючи стиснула его кожу зубами. Удивленный, Мартин чуть отстранился.

— Изголодалась? — спросил он с лукавой улыбкой.

— М… мм… Умираю с голоду, — выдохнула Джейм, отбрасывая с лица свои длинные волосы.

Мартин издал гортанный смешок.

— У меня есть кое-что, способное утолить твой ненасытный аппетит, — хрипло проговорил он, подтягивая голову Джейм к своему набухшему естеству, которое высоко вздымалось, подрагивая от нетерпения. — Думаю, это придется по вкусу нам обоим.

Джейм улыбнулась и, наклонившись, взяла его плоть в рот и стала медлительно облизывать ее, время от времени посасывая и лаская прикосновениями губ и языка, пока не убедилась в том, что Мартин готов. Тогда она внезапно отпрянула и оседлала его, помогая ему в темноте найти свое лоно. Джейм начала раскачиваться на нем, словно верхом на коне, а Мартин крепко прижимал ее к себе, поглаживая ее тело пальцами, пока оба не достигли кульминации.

Джейм без сил опустилась ему на грудь, все еще чувствуя в себе его плоть, и их взгляды встретились.

— Ты очень быстрая женщина, — промолвил Мартин, проводя кончиком пальца по ее нижней губе. — А я рассчитывал растянуть удовольствие на целую ночь.

Джейм посмотрела на него и улыбнулась.

— Я тоже на это рассчитываю.

До знакомства с Марти Джейм спала с мужчинами, ограничиваясь удовлетворением физического влечения к партнеру. Так спокойнее, полагала она — слишком отчетливыми были ее воспоминания о душевных муках, которые привели мать к самоубийству, о том гневе и чувстве беспомощности, которые она испытала, узнав о необъяснимой пропаже отца, человека, которого она боготворила. Время от времени Джейм назначала свидания, но никогда не позволяла себе роскоши полноценных человеческих привязанностей и обескураживала любого, кто пытался с ней сблизиться, до тех пор пока в ее жизни не появился Мартин, обаятельный, красивый, одаренный природной отвагой и замечательным чувством юмора. Она влюбилась, даже не сознавая этого, и теперь мосты сожжены. Она не просто любила его, она верила ему, как не верила до сих пор ни одному человеку. С Мартином ей было спокойно.

Джейм поставила в своей «столовой» (на самом деле это был лишь уголок ее гостиной) маленький столик, покрыв его кружевной скатертью, доставшейся ей от почившей бабки, и расставила на нем фарфор и серебро, которые купила на аукционе в Коннектикуте. Полюбовавшись безупречной сервировкой, Джейм отправилась на кухню присмотреть за цыплятами. Как правило, они с Мартином питались в кафе и ресторанах, почти каждую ночь проводя либо у нее, либо у него на квартире.

Сегодня Джейм захотелось остаться с ним наедине. Менее суток спустя ей предстояла поездка в Чили, и Джейм решила устроить праздничный ужин.

Войдя в спальню, Джейм надела зеленый жакет с воротником шалькой и черные шелковые брюки. К своим повседневным украшениям она добавила ожерелье из крупных золотых самородков и массивный золотой браслет. Чуть тронув лицо косметикой, Джейм распустила по плечам густую копну своих рыжих волос. «Все точно так, как нравится Мартину», — с удовлетворением подумала она, разглядывая себя в зеркале.

Марти появился ровно в семь тридцать.

— Я не опоздал? — спросил он, протягивая Джейм бутылку вина и цветы в тонкой зеленой бумаге.

Джейм поцеловала его.

— В самый раз, — оживленно произнесла она и понесла подарки в кухню, добавив:

— До эфира осталось двадцать секунд.

Мартин вопросительно вздернул брови:

— Ты что, установила дома видеокамеру?

Джейм вернулась в прихожую, шаловливо улыбаясь.

— Там, в спальне, — дразнящим голосом отозвалась она.

Мартин улыбнулся.

— Бесстыдница, — сказал он, привлекая ее к себе. — Но в душе я был и остаюсь эксгибиционистом — ты знаешь об этом?

— Всегда подозревала, — ответила Джейм, обнимая его за талию.

— Все вспоминаешь ту прогулку в парке? — спросил Мартин, обводя кончиком языка ее полные губы.

— Ну да, и еще поход на выставку. — Джейм поцеловала его в подбородок. — И смотровую площадку Центра международной торговли. — На сей раз ее губы коснулись его носа. — И Метеорологическое бюро… — она поцеловала Мартина в губы, — ..и паром до Стейтен-Айленда, и лифт в ресторане «Мейси»… — Ее язык скользнул по векам его глаз. — Господи, ты был бы не прочь заняться этим даже в студии во время одиннадцатичасовых «Новостей»!

Мартин негромко прыснул.

— Раньше это не приходило мне в голову, но теперь, после твоих слов… — Он умолк, принюхиваясь. — У тебя что-то горит?

Джейм испуганно вытаращила глаза.

— О Боже! Цыплята! — воскликнула она, мгновенно возвращаясь к действительности.

Спальня была погружена в темноту. Изнуренные ночью любви, Джейм и Марти лежали, обнимая друг друга, сплетясь ногами и руками. На их разгоряченных телах выступила испарина удовлетворения. Джейм провела указательным пальцем по лицу Мартина, следуя изгибам его профиля.

— Бедненький, — сказала она с легким смешком. — Похоже, ты притомился.

Мартин приподнял бровь.

— А ты нет? — спросил он.

— Ничуть, — оживленно произнесла Джейм.

В ответ Мартин лишь издал вымученный стон.

— В чем дело, Кэнтрелл? — Джейм явно была в насмешливом настроении. — Небось уже жалеешь, что пришел?

— Я пришел с намерением просить твоей руки, — слабым голосом заговорил он. — Но теперь опасаюсь, что ты в самое короткое время сделаешь из меня инвалида.

Джейм уселась прямо и посмотрела на него:

— Это что — предложение?

— Ну, в общем… Да.

С лица Джейм сбежала улыбка. Предложение руки и сердца оказалось для нее полной неожиданностью.

— Что-то я не вижу никакого воодушевления, — заметил Мартин. — Как тебя понимать? Это отказ?

Джейм покачала головой:

— Просто я поражена, и все тут.

Мартин приподнялся на локте.

— Только не говори мне, что ты одна из тех увлеченных работой женщин, которые нуждаются в мужчине только время от времени, чтобы удовлетворить свои… э-э… физиологические потребности, — сказал он, приглаживая свои волосы.

«Ты даже не догадываешься, как близки твои слова к истине — во всяком случае, так было в течение последних лет», — мрачно подумала Джейм.

— Нет, — бесстрастно произнесла она.