Норма Бейшир - Время легенд

Напряжение отпустило Джейм лишь тогда, когда Кэнтрелл покинул квартиру и она услышала звук захлопывающейся двери лифта. Уже давно она не позволяла себе даже легкого флирта. И еще дольше не чувствовала такой тяги к мужчине, особенно к такому, с которым только что познакомилась. Джейм удивлялась не столько влечению, которое вызвал у нее Кэнтрелл, сколько той страсти, которую она внушила ему сама. До тех пор пока речь идет о физической притягательности, беспокоиться нечего, сказала себе Джейм.

До тех пор пока плотские чувства не превратились во что-нибудь более серьезное.

Джейм встречалась с Мартином каждый день. Если позволял их суматошный распорядок дня, они вместе обедали. Они ездили в свои излюбленные рестораны, такие как «Манхэттен-маркет», «Фонда ла Палома» или «Глостер-Хаус». Порой они подкреплялись сосисками, купленными прямо на улице, либо отправлялись в Центральный парк, прихватив корзину для пикников. Почти каждый вечер они ужинали вдвоем, а уик-энды посвящали походам по художественным выставкам от Мэдисон-авеню до Сохо. Они объехали вокруг Манхэттена по Серкл-лайн и ездили на пароме на остров Либерти, хотя в то время статуя Свободы была на реставрации и ее со всех сторон окружали строительные леса. Они бывали на балете и посещали спектакли на открытом воздухе. Они искренне наслаждались общением друг с другом, но Мартин больше не предпринимал попыток затащить Джейм в постель.

— Подожду, пока ты не будешь готова, — говорил он.

«Я уже готова», — думала Джейм, глядя на Кэнтрелла и расстилая одеяло на только что открытой «клубничной поляне» в западной части Центрального парка.

В простой желтой рубашке и оливково-зеленых брюках Мартин выглядел столь же привлекательно, как в итальянском костюме в тот вечер, когда водил ее на балет.

«Оглянись, Ромео», — мысленно говорила она ему.

— Нельзя ли узнать, о чем ты сейчас думаешь? — спросил Мартин, извлекая из корзины содержимое. Он откупорил вино. Затем, достав из корзины два стакана, наполнил их и протянул один Джейм. — Судя по выражению твоего лица, тебя одолевают неприличные мыслишки.

Джейм поднесла стакан к губам.

— Откуда тебе знать, приличные у меня мыслишки или нет? — спросила она.

Кэнтрелл растянулся на одеяле.

— Хороший журналист должен разбираться в языке жестов и в выражениях лиц. А на твоем, милая, сейчас играет самая двусмысленная улыбочка, какую я только видел.

— Спасибо на добром слове!

— Я лишь хотел сделать тебе комплимент, — возразил он. — Я обожаю безнравственные улыбки, особенно если они появляются на таких прекрасных лицах, как твое. — Мартин допил вино, отставил стакан и взял стакан Джейм. Когда он опускал его обратно, в стакане оставалось немало вина, и оно расплескалось, залив угол одеяла, но Кэнтрелл не обратил на это внимания. — Иди ко мне, женщина, — охрипшим голосом произнес он, привлекая к себе Джейм. Он поцеловал ее медленно и неторопливо, но в его поцелуе безошибочно угадывалась жаркая страсть. Джейм с неменьшим воодушевлением ответила на поцелуй, обвив руками шею Мартина.

Она хотела его, а теперь и в нем проснулось желание. И только почувствовав, как он гладит ее, Джейм внезапно вернулась к реальности.

— Думаю, нам лучше закусить, — тяжело дыша, сказала она и отпрянула от Мартина.

— Потом, — ответил он, протягивая к ней руки.

Джейм проворно отодвинулась, уклоняясь от его объятий.

— Мы здесь не одни, если ты этого еще не заметил, — сказала она, обводя рукой вокруг. — Вздумай мы продолжать — и ты окажешься в вечернем выпуске новостей, но только не в роли ведущего.

— Согласен. Я всегда любил привлекать к себе внимание, — с отчаянной улыбкой ответил он.

— А я — нет! — Джейм торопливо вывалила из корзины все, что там оставалось, и прикрикнула:

— Ешь, тебе говорят!

— Я славно повеселилась сегодня, — сказала Джейм Мартину, когда они входили в ее квартиру. — Предлагаю как-нибудь повторить эту вылазку.

Мартин поставил корзину на пол.

— А я бы предпочел заняться планами на ближайшее будущее, — ответил он, закрывая дверь.

— Вот как? — Джейм обернулась, бросила на него понимающий взгляд. — И какие же у вас мысли, господин Развратный Борзописец?

Мартин смотрел ей в лицо горящими от желания глазами.

— Ты сама знаешь ответ на свой вопрос, — ровным голосом произнес он.

Джейм медленно кивнула.

— Да. Думаю, да, — чуть слышно ответила она.

— Я ждал, — размеренно заговорил Мартин, делая шаг вперед. — Я старался не торопить тебя. — Он придвинулся еще ближе. — Прошли месяцы, Джейм. Я сдержал слово…

Джейм протянула к нему руки.

— Перестань корчить из себя джентльмена и наконец возьми меня, болван ты несчастный!

В следующую секунду они бросились друг другу в объятия. Мартин жадно впился в ее губы, крепко притиснув Джейм к своему мускулистому телу. Джейм ощущала сумасшедший стук его сердца — или это было ее собственное сердцебиение? Мартин провел руками вниз по ее спине и стиснул пальцами ее ягодицы, прижимая бедра Джейм к своим. Джейм почувствовала, что Мартин хочет ее ничуть не меньше, чем она хотела его, и ее захлестнуло неведомое прежде возбуждение. Мартин оторвал ее от пола, собираясь поднять на руки, однако Джейм воспротивилась.

— Ты очень любезен, милый, но я еще могу ходить сама, — прошептала она и, повернувшись, двинулась к спальне, увлекая его за собой.

Войдя в комнату, она на ходу расстегнула пурпурную блузку и сбросила ее на пол, обнажившись до пояса. Пока Мартин нетерпеливо срывал с себя брюки и рубашку, Джейм аккуратно сняла с кровати шерстяное покрывало, после чего разделась сама.

Мартин зубами вскрыл маленький пакетик с презервативом, изумленно наблюдая за тем, как спокойно и раскованно Джейм разоблачается у него на глазах. В ее поведении не было и следа жеманности или ложной скромности, и это пришлось ему по нраву. Перед ним стояла обнаженная женщина, ничуть не стыдившаяся своей великолепной наготы и не скрывавшая вожделения. Они прильнули друг к другу со страстью, копившейся в них те долгие недели и месяцы, которые они провели вместе, отвергая свои помыслы и желания. Кэнтрелл жадно поцеловал Джейм, и она ответила с пылкостью, изобличавшей ее напускное спокойствие, и принялась поглаживать его худощавое мускулистое тело.

Они вместе опустились на кровать, не разжимая объятий и покрывая лица друг друга поцелуями.

— Ну наконец-то, — шепнул Мартин, проводя губами по подбородку Джейм. — Я уже боялся, что мы с тобой никогда…

— Я не такая глупая, как может показаться, — ответила Джейм, целуя его в лоб после каждого слова. — Я ни за что не упущу возможность удовлетворить свое желание, особенно если мне чего-то очень хочется. Вот как сейчас, к примеру. — Она запустила пальцы в волосы Мартина и пригнула его голову к своей груди.