Король Вечности - Л. Дж. Эндрюс
Что за несчастный и прекрасный мужчина.
Я крепко поцеловала его, заставляя замолчать. Эрик сдавленно застонал и обхватил меня руками, прижимая к своей груди. Его тело расслабилось, словно мое прикосновение вызвало всплеск умиротворения, способного наконец утихомирить яростный гнев и съедающую изнутри боль.
Не выпуская меня из объятий, Эрик подался вперед, пока я не уперлась спиной в стену.
Мои руки скользнули по плоскому животу и достигли пояса. Он отпустил мою талию и положил ладони на камень рядом с моей головой.
– Певчая птица.
– Змей. – Голос прозвучал грубо, будто я наглоталась песка. Я расстегнула пряжку на ремне.
– Не делай этого, потому что испытываешь чувство долга от услышанного сегодня.
Уязвимость Короля Вечности оказалась новой трещиной в его закаленной оболочке, через которую захотелось проскользнуть и никогда не покидать ее. Слова несли в себе нерешительность, надежду и страх. Он думал, что был нужен мне из-за возникшего обязательства, считал, что я отдамся ему, поскольку тот спас моего дядю.
Я прижала мозолистую ладонь к своему колотящемуся сердцу.
– Оно всегда принадлежало тебе. Ты притянул меня к себе в той камере еще до появления уз, и возникшее чувство не затухало ни на миг. Не сомневайся во мне, ведь я пыталась сделать это в бухте, а ты предпочел уйти и получить смертельную рану.
Он усмехнулся, а затем опустил голову мне на плечо.
– Мое предупреждение остается в силе. Переступишь грань, и я никогда тебя не верну.
Я коснулась рукой его щеки.
– Это тебе нужно быть осторожным, прежде чем решиться действовать, Змей.
– Попробуй, и я завладею тобой.
В глазах короля вспыхнуло нестерпимое желание. Один удар сердца, и Эрик снова прильнул к моему рту. Отчаянный, разгоряченный и наполненный гневом поцелуй, наказывающий меня за то, что заставила его зайти слишком далеко. Король приник к моим губам, словно в последний раз, и его настойчивый язык скользил по моему.
Он схватил меня за волосы и надавил всем своим весом на мое тело. Прижатая к стене и не имеющая возможности бежать, я еще никогда не чувствовала себя такой защищенной.
Эрик оторвался от губ и переместился вниз, прокладывая по шее дорожку из поцелуев. Легкие укусы и ласки заставили тихий стон вырваться из моей глотки. Он прикусил сильнее, и столкновение боли и желания захлестнуло вены. Я выгнулась навстречу ему, требуя и желая большего, пока не почувствовала, как накалившееся интимное место затрепетало.
Он хищно улыбнулся и одной рукой обхватил мои запястья, прижимая их к стене над головой. Жаркие поцелуи скользили по шее к груди, вызывая потрясающие волны по всему телу. Его зубы и чертов идеальный язык оставляли пылающие следы и требовали меня снова и снова.
Эрик поднял голову, переводя дух, затем подхватил мои бедра и обвил ноги вокруг своей талии, намереваясь отнести меня в спальню. Даже если хромота причиняла ему боль, то он никак этого не демонстрировал, лишь глубже вонзался кончиками пальцев в мою кожу, пока я целовала его.
Мой язык проник в его рот, и король, сдавленно застонав, ускорил шаг.
Вскрик удивления прорвался сквозь поцелуй, когда Эрик повалил меня на постель. Он приподнялся, опираясь на локти, дабы не раздавить меня под собой, но мне было все равно. В этот миг, черт возьми, возникло ощущение, что я ждала этого момента, этого мужчину всю свою жизнь.
Я вцепилась ногтями в рубашку, пока она не слетела с его плеч. Шрамы обнажились, но Эрик не дрогнул и не смутился. Рана на боку была перевязана и зашита, но в любой момент могла разойтись. Эрик перевел взгляд на меня, прижав ладонь к моему лицу. Он покачал головой, беззвучно приказывая сосредоточиться на другом, а затем осторожно начал распутывать шнуровку моего лифа, пока я с трудом подбирала подходящие слова.
– Бладсингер, – произнесла я. – Я видела, как твои руки орудуют клинком гораздо, гораздо быстрее, чем сейчас.
Он ухмыльнулся и, поцеловав мой подбородок, произнес:
– Терпение, Певчая птичка.
– Терпение закончилось еще в бухте. Поторопись, или я сделаю все сама.
Из его груди вырвалось злобное рычание, и Эрик полез в сапог, доставая чертов нож.
Стоило моим глазам округлиться от удивления, как мерзавец быстро оскалил зубы, наслаждаясь полученным извращенным удовольствием.
– Осторожнее с брошенными против меня претензиями.
Не проронив больше ни слова, Эрик вонзил острие в лиф, срезав его с тела. Он опустился на колени, устроившись между моими ногами, и провел ножом по всему платью. Лезвие с грохотом упало на пол, и король стащил с моих плеч разорванную одежду.
– Черт побери. – Он пожирал меня глазами, но его взгляд добрался до раны на бедре. Пока король изучал порезы, оставленные убийцей, внезапная ярость исказила его черты. В прозвучавшем голосе слышался грозовой шторм:
– Кто из этих ублюдков посмел сделать это?
Я громко сглотнула, не выдавив из себя ни звука.
Эрик обхватил мою шею, приблизив наши лица.
– Неважно, кто конкретно. Они уже мертвы. Их кровь прольется возле твоих ног.
Услышав, как пугающе изменился его голос, преисполненный чем-то темным, я задрожала. У Эрика имелась своя темная сторона, а я училась постигать свою. Я долго целовала его, прежде чем он снова отстранился и избавил кровать от остатков моего платья.
Мне всегда казалось, что подобная нагота заставит меня съежиться, спрятаться и перечислять все физические недостатки, присущие моему телу. Однако Король Вечности, смотревший на меня как на нечто драгоценное и настолько восхитительное, что заставляло его опуститься на землю и поклониться мне, вынуждал впитывать каждый испепеляющий взгляд.
– Прикоснись ко мне, – произнесла я, поднося его ладонь к животу. Эрик провел кончиками пальцев по моим ребрам и погладил край груди. – Ты мое разрушение. Понимаешь? Мне никогда не будет хватать тебя.
Несколько мгновений Эрик внимательно изучал меня, словно искал бурю или проблеск нерешительности, но, не найдя ничего, обхватил рукой грудь полностью.
Его прикосновение порождало прекрасный и пьянящий хаос. Движения стремительно менялись от нежных до грубых, резких и вновь ласковых. Возможно, я и рождена стать его разрушением, но он был создан во имя моей погибели. Я была готова разбиться на тысячу осколков, лишь бы Эрик своим прикосновением собрал их воедино.
Он провел большими пальцами по затвердевшим от касания и прохладного воздуха грудям. Дыхание сбилось, и он снова застонал, прижимаясь бедрами к моим, в брюках отчетливо ощущалось нарастающее напряжение.
Голова откинулась назад, когда он кусал и щекотал мою кожу, притягивая и увлекая за собой в безумный бред. Затем Эрик спустился ниже. Его ласки заворожили меня,
