Король Вечности - Л. Дж. Эндрюс

– Я никогда не пожалею, Змей.

Глава 45

Змей

Обнаженная Ливия, прильнув щекой к груди, задумчиво перебирала пальцами пряди моих волос.

Впервые в жизни я чувствовал себя настолько… спокойно. В душе непрерывно бушевала злость на человека, убившего отца. Гнев и ненависть, подпитываемые другими, породили непоколебимую веру в то, что только смерть повелителя земли разбудит в отце, даже находившемся уже в потустороннем мире, запоздавшее признание и гордость за мои поступки. Добившись благосклонности отца, я заслужил бы поддержку народа, и меня перестали бы считать неполноценным наследником, получившим корону из-за убийства короля, искавшего пропавшего наследника.

– Эрик, – внезапно прошептала Ливия, нарушив тишину.

– Хм. – Моя рука инстинктивно сжалась вокруг ее тела, словно поняла, что теперь между нами пролегла еще большая пропасть, которую необходимо срочно преодолеть.

– Откуда ты знаешь Стига?

Уже не было смысла избегать неудобных вопросов, которые рано или поздно появились бы в разговорах. Теперь она принадлежала мне.

– Твой воин находился в плену, – сказал я. – Был схвачен во время очередной войны с фейри и заперт со мной. Он защищал меня.

– Я и не подозревала, что Стиг был в плену. – Ливия поднялась и подперла голову кулаком. В ее взгляде не отразилось гнева на открывшуюся истину, лишь желание узнать больше.

– Я был очень юн, поэтому некоторые отрывки прошлого заволокло туманом, – признался я. – Но мне он запомнился. Помню, как он сражался со стражниками, пришедшими вырезать мое сердце. С тех пор я стал ему доверять.

– Алек сказал, что мои… мои люди спасли тебя. Как?

– Я точно не помню, но воин всегда твердил, что его люди придут за нами. И они пришли. Стиг получил ранение, а я не мог нормально передвигаться, поэтому женщина с волосами цвета крови вынесла меня на руках.

Ливия резко вдохнула.

– Королева Малин. Она мать моих друзей, Джонаса и Сандера.

Я смутно вспомнил, как Стиг обращался к женщине, называя ее королевой, но все происходящее отпечаталось в памяти в общих чертах.

– Твой отец был там. Он выглядел как человек, готовый напасть на нас, но что до сих пор не укладывается в голове – это твоя мать, стоявшая рядом с ним и сумевшая остановить его. – Я сузил глаза. – Никогда не видел подобной жестокости в чьих-то глазах. Он когда-нибудь причинял тебе боль?

– Нет. Никогда. – Ее лицо тронула грустная улыбка. – Ты знаешь, что мой отец пережил проклятие судьбы?

Я покачал головой.

– Проклятие жажды крови. Одна из королев дома до сих пор иногда называет его Проклятым королем.

Королевство Вечности изобиловало разными видами проклятий. Леди Нарза отлично разбиралась в наложении подобного рода чар, и у меня не оставалось сомнений, что именно ее сила заставляла отца подчиняться ее требованиям. Поэтому отец выбрал меня убийцей собственной матери, а не себя. Нарза без колебаний уничтожила бы Торвальда, но ребенка, которого любила ее дочь? Ей пришлось опустить карающую руку.

– Это объясняет, почему мой отец всегда спешит призвать топоры, если эта жажда начинает клокотать в крови, – прошептала она.

Тяга к крови была мне не чужда. Оказавшись во власти проклятия крови и презрения, я едва не позволил капле стыда пролиться в душу за то, что питаю такую затаенную ненависть к человеку, помогшему мне спастись.

– Я пытался убедить себя, что все сказанное им было неправдой. – Не в силах смотреть на нее, мой взгляд устремился на стропила над головой. – Когда отец выплеснул свое презрение из-за случившегося с моим телом, твой отец… встал на мою защиту.

– Что?

Возможно, я действительно превратился в чудовище. Столько времени хоронил мельчайшие подробности под гнетом необходимости возродить жестокость собственного отца на троне.

– Он заявил, что я проявил больше храбрости, чем воины, пережив пытки, и они готовы оставить меня у себя, если я стану нежеланным для своего народа.

– Значит, он говорил серьезно, Эрик. – Голос ее надломился. – Мой отец не прибегает к хитроумным угрозам, особенно если речь идет о маленьких детях.

Я нежно коснулся ладонью ее лица.

– Знаю, потому что он предлагал неоднократно. – Нахлынувший стыд отдавал на языке кислым и горячим привкусом. – В конце великой войны он сказал, что после спасения твоего дяди я могу получить место среди Ночного народа.

– Он никогда не упоминал об этом. И мои дяди тоже.

– Потому что мне ничего не оставалось, как стать для него источником угрозы. – Поднявшись, я прислонился к изголовью кровати. Ливия тут же придвинулась ко мне и обхватила мою талию. – Я поклялся вернуться и убить его, а твоего дядю исцелил, чтобы отплатить Стигу за его доброту, но твоему отцу ответил, что между нами всегда будет существовать долг за Торвальда.

– Не понимаю, зачем. У нас была возможность заключить мир.

– Дядя Харальд обладал ядовитым языком, любовь моя. Пойми, меня искренне убеждали, что единственный способ стать избранным правителем Королевства Вечности – снискать благосклонность предыдущего короля. При жизни Торвальду не было до меня никакого дела, так что в его смерти скрывался мой единственный шанс. Говоря начистоту, будь отец жив, я уверен, он расправился бы со мной. – Горькая усмешка отразилась на губах. – Твой вопрос о другом наследнике меня насторожил, ведь уже поговаривали, что у него есть запасной бастард.

– Думаешь, это правда?

– Не сомневаюсь, что Торвальд желал получить еще одного сына, но будь у него другой наследник, тот давно бы уже бросил мне вызов. В подобном вопросе время играло решающую роль, и если речь шла о претендентстве на королевскую кровь, то моя слабость, юность и еще незрелая агрессия облегчили бы врагу путь к завоеванию трона.

Ливия обвела пальцем шрам на моей груди.

– Ты хотел остаться? С моим народом, я имею в виду.

– Ради тебя. – Я приподнял ее подбородок. – Ты заворожила меня. Мне было известно, что ты наследница повелителя земли, и я хотел быть ближе… к тебе. Но Харальд погиб, наши армии с каждым днем слабели, и я не мог бросить Королевство Вечности. Слишком многое зависело от данных мною обещаний.

Между нами повисла долгая пауза, пока голос Ливии не нарушил ее:

– Спасибо, что исцелил Алексия. Он мне скорее родной брат, чем кузен. А вот Гэвин мне весьма интересен.

– В таком случае придется его убить.

Она недовольно хмыкнула и ущипнула меня.

– Не в этом смысле, ты, ревнивый изверг. Что у него за способности?

Моя челюсть крепко сжалась.

– Ливия, если я расскажу тебе, то ты не должна говорить никому ни