Вино и вина - Марина Йелс
– Ты спятил! Ты мог его покалечить, даже убить! Хорошо, что я быстро вернулся и вызвал скорую. Что с Софией? Если ты хоть пальцем её тронул…
– Да всё с ней нормально, – Кэл говорил спокойно, словно это был обычный день. Он не стал упоминать, что угрожал Софии пистолетом. – Она рассказала мне обо всём, теперь картина прояснилась. Сижу, думаю, что с ней делать. Хотел бы услышать твоё мнение.
Бен похолодел. «София рассказала ему».
– Кэл, я прошу тебя, только не горячись. Я сам не знаю, что делать с этим… но она же была ребёнком. Она не хотела устроить аварию, это был несчастный случай. Дюваль пытался избежать столкновения.
На том конце трубки стало тихо.
– Кэл? Ты слышишь?
– Что ты сейчас сказал? Она устроила аварию?
Бен замер. Он понял, что натворил.
– Кэл, послушай меня, сейчас приедет скорая, и я поеду к вам. Мы сядем и спокойно поговорим.
Трубка молчала, и только таймер на экране телефона показывал, что разговор ещё идёт.
– Кэл? Кэл! – умолял Бен, пытаясь вытянуть из собеседника хоть слово.
Кэл бросил трубку.
Кэл сжимал телефон в руке, глядя перед собой невидящим взглядом. Он давно привык ко всякого рода чудесам, находясь рядом с Беном. Но сейчас ему было трудно поверить в происходящее. Это походило на кошмар, где каждый был не тем, кем притворялся. Ален оказался предателем, Бен тряпкой, а София стала корнем их проблем. Всё внутри переворачивалось. Может, он всё ещё под кайфом? Таблетки, его маленькая тайная слабость, которые он впервые попробовал в ночном клубе год назад, помогали снять напряжение. Он принял одну перед поездкой в Париж, а может, две.
Кэл стал думать. Он никогда не верил в то, что на месте аварии действительно была какая-то девочка. Дюваль выдумал эту историю, чтобы уйти от ответственности. Вера в это поддерживала в Кэле желание жить и двигаться вперёд, только чтобы однажды отомстить. Эта правда была фундаментом из бетона, его якорем. А теперь Кэл мысленно представил, как бетон превращается в стекло и исходит трещинами.
Один за другим кусочки мозаики складывались вместе: София Бернар, обладающая таким же даром, как Бен, родившаяся с ним в один день, её настойчивое желание защитить Дюваля, её письменное признание в том, что она причина страданий Бена…
Кэл не мог поверить, что его случайные домыслы оказались верными, но он снова дал Софии обмануть себя. А сейчас провидение таким нелепым способом раскрыло ему глаза.
София вышла из ванной.
– Я проголодалась, закажем еды? А то у меня ничего нет.
Кэл поднял голову и посмотрел на неё, как будто видел её впервые. Её истинное лицо. Лицо убийцы его родителей.
Он медленно встал во весь рост и улыбнулся.
– Какая же ты дрянь. Ловко же ты меня водила за нос.
София замерла. В её глазах читался немой вопрос.
– Теперь мне ясно, почему Бен сбежал из собственной квартиры.
– Я не пони…
Кэл прервал её:
– Это ты. Ты та девочка, что устроила аварию.
София поняла, что удача отвернулась от неё и сделала отчаянную попытку к бегству: она схватила со стола стакан с водой и, бросив его в Кэла, рванула в сторону двери. Ей не хватило нескольких секунд, в которые она пыталась открыть запертую дверь. Реакция Кэла была молниеносной – одной рукой он отбил полетевший в него стакан, который тут же разлетелся на осколки и почти одновременно бросился за ней. Настигнув её возле двери, Кэл схватил Софию за волосы и с такой силой приложил головой об дверь, что она сползла на пол, а из разбитого носа пошла кровь. Соседями Софии на этаже была пожилая пара, которые вряд ли услышали возню.
– А ну, вставай! – Кэл схватил её за волосы и грубо дёрнул вверх, София всхлипнула от боли, пытаясь хоть немного разжать его мёртвую хватку.
– Пожалуйста, не надо! Позвольте мне объяснить!
– Я сыт твоими сказками!
Кэл грубо потащил её обратно вглубь комнаты, а затем отшвырнул от себя и вновь достал пистолет. София отползла в сторону окна и сжалась в комок от страха. Она о чём-то молила его, но Кэл не слушал. Глядя на неё, Кэл нечто сродни эйфории – жалкий вид поверженного врага привёл его в восторг. Но этого было мало.
Кэл понял одну простую вещь: у Бена никогда не хватит духу приговорить Софию Бернар, даже несмотря на тот факт, что именно она виновна в той трагедии. Виновна в смерти их родителей. А в отношении Алена Кэл уже давно не питал никаких надежд. Эта ведьма околдовала его друзей. Она была словно ботритис – мерзкая серая гниль, которая пробралась в их виноградник и хотела уничтожить его. Кэл чувствовал, что его долгом было помочь друзьям и избавить их от этой напасти. Из них троих только он достаточно силен, чтобы исправить ошибку. Это ему, а не Бену суждено восстановить справедливость.
«Как всегда вся чёрная работа достаётся мне», – подумал он. «Но ничего страшного, не впервой».
Кэл рассмеялся. София поняла, что проиграла.
– К сожалению для вас, София, в Бельвиль мы не поедем.
В следующие мгновения она беспомощно наблюдала, как Кэл подходит к ней с пистолетом в руке. Затем последовала боль от удара по голове, и она отключилась.
Над бездной лжи
Никогда в жизни Бен не чувствовал себя большим идиотом. И это его Ален называл великим стратегом? Наверное, мало кому удавалось так глупо и бездарно подвергнуть чужую жизнь опасности одной фразой.
Скорая приехала через несколько минут после того, как Кэл резко бросил трубку и отключил телефон, чтобы Бен не мог ему дозвониться. Поручив Алена заботам врачей и пообещав ему, что спасёт Софию любой ценой, Бен помчался к ней домой.
«Только бы не опоздать», – повторял он про себя, стискивая руль.
Входящая в подъезд женщина в испуге отшатнулась, когда мимо неё пронёсся Бен, даже не обернувшись. «Какой хам!» – пробормотала она про себя.
Но в квартире Софии никого не было.
Пробуждение было мучительным. Голова пульсировала от боли, а к горлу подступала тошнота. София приоткрыла глаза и увидела потолок автомобиля – она лежала на заднем сидении.
Впереди, за рулем, сидел Кэл. Его корпус был повернут к ней вполоборота, и пистолет все еще был в его руке. Ощущение опасности медленно просачивалось сквозь туман в её голове, заставляя
