Вино и вина - Марина Йелс
Ален поднялся на ноги и протянул руку Софии, помогая ей встать.
– Но я не прощу себя, если мы не остановим это безумие!
София, повинуясь внезапному порыву, бросилась вперёд и сжала Алена в крепких объятиях. Её тело содрогалось от рыданий, голос дрожал:
– Простите меня, простите… Я так виновата, я боялась рассказать вам.
Ален обнял её в ответ и погладил по голове.
– Всё хорошо. Я прощаю вас.
София подняла на него красные от слёз глаза и сказала:
– Я сделаю всё, чтобы стать достойной вашего прощения.
Он лишь улыбнулся в ответ и, отстранившись, указал Софии на машину:
– Тогда не будем терять времени, надо найти Бена. И хватит формальностей.
Когда они продолжили путь, София думала о том, что, возможно, сама судьба или Бог предоставили ей шанс исправить ошибки прошлого, и восстановить справедливость, хотя бы отчасти. В её сердце зарождалась надежда – слабый, но уверенный огонёк, который с каждым пройденным километром разгорался ярче. Она поблагодарила высшие силы за то, что они послали ей союзника в этой нелёгкой борьбе. Внутренний голос твердил: «Я не отступлю».
– Поедем прямиком к Бену, – сказал Ален, – может, нам повезёт, и мы застанем его. Даже если Кэл сейчас гонится за нами, то у нас всё равно есть фора.
София содрогнулась от мысли, что ей вновь придётся встретиться лицом к лицу с Беном. В прошлый раз он похитил её из собственной квартиры.
– Напомни мне не пить и не есть ничего из того, что предложит Бен, – мрачно сказала она, – не хочу вновь оказаться взаперти неизвестно где.
– Не волнуйся, – поспешил успокоить её Ален, – теперь ты не одна.
Ален старался, чтобы его голос звучал убедительно, но правда была в том, что он не знал, как Бен отреагирует на очередное предательство, а уж тем более на признание Софии. Бен, возможно, мог простить многое, но правда о гибели его родителей была другим делом. И Кэл… тот ненавидел Софию с самого начала. Он решил поделиться с Софией своими опасениями:
–Тебе придётся рассказать им правду, София. И я не знаю, чем это обернётся. Бен и Кэл одержимы идеей мести, но каждый по-своему. Беном движет вина, он считает себя виноватым в смерти родителей не меньше, чем ты. А вот Кэл… им движет только ненависть.
София смотрела в окно, словно пыталась найти ответы в проносящемся за стеклом пейзаже:
– Как ты считаешь, есть ли хоть малая надежда на то, что Бен простит меня?
Ален замялся. Он не был уверен.
– Я не знаю. Но надежда есть всегда, правда же?
– Да.
– А ты можешь использовать свой дар, чтобы как-то задержать Кэла? Может, у него колесо спустит или ещё что-нибудь?
– Я могу попробовать, – грустно ответила София, – но не уверена, что это сработает.
– Почему?
И тогда она начала рассказывать свою историю. О том, как впервые воспользовалась даром, о том, какую цену пришлось за это заплатить. Она рассказала ему о Даниэле, о том, как этот дар едва не разрушил её жизнь.
– Я влюбилась в него, Ален…Вопреки всему, я влюбилась в него. И я не знаю, что мне делать.
Бен нервно покусывал губы, сидя в машине возле дома Дюваля. Прошло уже почти два часа. Ему казалось, что это бесполезная трата времени, но он не мог позволить себе рисковать: София и Ален стали непредсказуемыми, и их встреча с Дювалем могла обернуться катастрофой. Воспользоваться даром было слишком трудно, Бен не мог сосредоточиться. «Почему когда дар действительно необходим, он не работает?» – с досадой подумал он.
Раздался звонок телефона. На экране высветилось имя «Ален». Сначала Бен не хотел отвечать – обида была слишком сильна, но понимал, что чем быстрее он обезвредит своего друга – дважды предателя, тем лучше.
– Где ты? – рявкнул в трубку Бен.
– Еду к твоему дому. Буду через час, плюс-минус, – ответил Ален.
Бен выругался про себя. Кто бы мог подумать, что Ален направится прямо к нему. «Ну и славно, не придётся искать. Всё к лучшему», – подумал он.
– Буду ждать, – Бен завёл двигатель. – Ты не один, верно?
Ален на мгновение замешкался, и этого хватило Бену, чтобы понять: София с ним.
– Да. Увидимся, – кратко ответил Ален и отключился.
Бен раздражённо бросил телефон на соседнее сиденье. Его мысли снова устремились к предстоящей встрече с Софией. Эта перспектива вызывала у него смешанные чувства: страх, гнев и странное возбуждение. Он и хотел, и не хотел видеть эту женщину, из-за которой весь его идеальный план рушился.
Бен не мог избавиться от навязчивой мысли: почему Ален, его друг, почти брат, отказался от всего, что их связывало, ради этой женщины? Было ли это следствием её дара, или же между ними было что-то большее? Эта мысль вызывала в нём неприязнь. Но что, если это правда? Сможет ли он подавить свою зависть и разрушить их маленькое личное счастье? Какой выбор он сделает, если до этого дойдёт? Бен и сам не знал.
Приехав домой, он поднялся в свою квартиру и решил позвонить Кэлу, но тот не взял трубку. Бен устало опустился на диван, и стал ждать.
Ему так хотелось отдохнуть, послать всё к чёрту и сбросить с себя весь груз ответственности, но ещё не время. Нужно было довести дело до конца.
Бен задремал. Когда раздался звонок в дверь, он дёрнулся и, морщась от внезапного пробуждения, встал, стряхивая остатки сна. Он нажал на кнопку домофона, и вскоре на лестничной клетке послышались шаги. Открыв дверь, он встретился взглядом с Аленом, а за его спиной стояла София.
– Пригласишь нас внутрь? – без лишних приветствий спросил Ален.
Бен молча развернулся и направился в комнату. Ален и София последовали за ним.
Бен устроился на диване, закинув ногу на ногу, и жестом предложил им сесть. Ален опустился на другой край дивана, а София выбрала кресло. Она избегала встречаться взглядом с Беном.
– Итак, – начал Бен, – с чем пожаловали? Мне интересно, что вы двое придумали на этот раз.
В его голосе звучала насмешка, словно он не воспринимал их всерьёз.
– Бен, вы с Кэлом должны прекратить, – начал Ален, стараясь, чтобы его голос не прозвучал как мольба.
– Что прекратить? – Бен склонил голову, его издевательский тон резанул Софию по ушам.
– Всё это! Брось
