Керрелин Спаркс - Как выйти замуж за вампира-миллионера

— Тогда будь со мной. — Он подошел к ней.

Она отступила назад.

— Как я могу? Даже если я смогу свыкнуться с тем фактом, что ты… ты — вампир, остаются еще твои подружки. Гарем.

— Они ничего не значат для меня.

— Они много значат для меня. Как я могу игнорировать тот факт, что у тебя десять женщин на стороне?

Он вздрогнул:

— Я должен был предвидеть, что это будет проблемой.

— Ну ещё бы! Зачем тебе нужно так много?

ЗДОРОВО. ТУПОЙ ВОПРОС. КАЖДЫЙ МУЖЧИНА, ВЕРОЯТНО, ДОЛЖЕН ИСПЫТЫВАТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ ОТ ЭТОГО.

Со вздохом Ромэн повернулся и прошел на кухню. Он дернул за шнурок, которым был связан его воротничок.

— Это древняя традиция для каждого мастера ковена содержать гарем. У меня нет выбора — я должен чтить традиции.

— А… Ну да.

Он сдернул галстук и бросил его на кухонный стол.

— Ты не понимаешь вампирскую культуру. Гарем — символ силы и престижа мастера ковена. Без него меня перестанут уважать. Я стану посмешищем.

— Ох, бедный малыш! Дьявольские традиции против твоих желаний! Подожди минуту, я сейчас разрыдаюсь. — Шенна сложила руки и подождала несколько секунд. — Ох, нет. Ложный сигнал. Возможно аллергия.

Он хмуро посмотрел на неё.

— Больше похоже на несварение твоего мозга.

Она пристально посмотрела на него.

— Как забавно. Извини меня за неласковое отношение к твоему десятиштуковому гарему.

— Мне не хватает тебя.

Она сложила руки на груди.

— Именно поэтому я покинула тебя, ты знаешь. Я обнаружила, что ты распутная свинья.

Его глаза вспыхнули.

— И ты…

Сердитое выражение его лица медленно сменилось удивлением.

— Ты ревнуешь.

— Что?

— Ты ревнуешь. — С ухмылкой, он снял жакет с победоносным видом матадора и повесил его на спинку стула. — Ты так ревнуешь, что еле выносишь это. Ты знаешь, что это значит? Это значит, что ты хочешь меня.

— Это значит, что я чувствую отвращение! — Шенна повернулась к нему спиной и направилась прямо к двери. Черт бы его побрал! Он был слишком умен. Он знал, что её тянет к нему. Но вампир с гаремом из десяти девушек? Если она соберется встречаться с демоном, то, по крайней мере, он должен быть ей верен. Господи Боже. Она не могла поверить, что оказалась в подобном положении. — Мне нужно позвонить в Министерство завтра утром.

— Нет. Они не смогут защитить тебя так, как я. Они даже не знают, что у тебя за враг.

Это была правда. Насколько она понимала, ее единственный шанс выжить — это быть с Ромэном. Она прислонилась к стене напротив двери.

— Если я останусь с тобой — это будет только на время. Но между нами не может быть никаких взаимоотношений.

— Ах! Ты не желаешь поцеловать меня снова? — Он посмотрел на неё так пристально, что она готова была смутиться.

— Нет!

— Никаких прикосновений?

— Нет. — Её сердце бешено забилось.

— Ты знаешь, что я хочу тебя.

Она с трудом сглотнула.

— Этого не произойдет. Для счастья у тебя есть целый гарем. Я не нужна тебе.

— Я никогда не прикасался к ним. Никаких контактов.

Кого он хочет обдурить? То, что он сказал — нелепо.

— Не держи меня за идиотку.

— Я серьезно. Физически я не делил постель ни с одной из них.

Гнев начал закипать внутри неё.

— Не лги мне. Я знаю, что ты занимаешься с ними сексом. Они разговаривали об этом, и о том, как много времени прошло, а они не видели тебя.

— Точно. Прошло много времени.

— Так значит, ты соглашаешься с этим? Ты занимаешься с ними сексом.

— Вампирским сексом.

— Что?

— Это чисто умственные упражнения. Мы даже не находимся в одной комнате. — Он пожал плечами. — Я просто внушаю им ощущения и чувства в их головах.

— Ты имеешь в виду, что это ещё один вид телепатии?

— Умственный контроль. Вампиры используют его, чтобы манипулировать смертными или общаться с другими.

Манипулировать смертными?

— Это так ты заставил меня вживить твой зуб? — Она вздрогнула. — Я имею в виду твой клык. Ты обманул меня.

— Я заставил тебя воспринимать его как обычный зуб. Я сожалею, что не был до конца честен, но в тех обстоятельствах у меня не было другого выбора.

У него был один вопрос. Согласилась бы она помочь ему, если бы знала правду.

— Так тебя на самом деле не было в стоматологическом зеркале.

Его бровь поднялась:

— Ты помнишь это?

— Вроде. Фиксатор ещё у тебя во рту?

— Нет. Я заставил Лазло убрать его прошлой ночью. Я так беспокоился о тебе, Шенна. Я едва мог существовать без тебя. Я мысленно призывал тебя, надеясь, что между нами еще есть связь.

Сглотнув, она вспомнила его голос в своем сне.

— Я… Я некомфортно себя чувствую, когда ты вторгаешься в мою голову, вне зависимости от того, что чувствуешь ты.

— Тебе не надо беспокоиться об этом. У тебя невероятно сильное сознание. Единственный путь проникнуть в твое сознание — получить твое разрешение.

— Я могу блокировать тебя?

Это была хорошая новость.

— Да, но, когда ты впускаешь меня, наша связь сильнее, чем существующие ранее.

Он подошел к ней, его глаза блестели.

— Нам может быть так хорошо вместе.

О, Господи!

— Этого не произойдет. Ты уже согласился, что занимаешься сексом с десятью девушками.

— Вампирским сексом. Это безликое событие. Участники находятся каждый в своей кровати.

Участники. Как футбольные игроки, играющие с одним мечом на поле.

— Ты говоришь, что делаешь это со всеми десятью в одно и то же время?

Он пожал плечами:

— Это действенный метод держать их удовлетворенными.

— О, мой Бог! — Шенна хлопнула ладонью по лбу. — Групповой секс? Ты гордый, прям как Генри Форд.

— Ты все шутишь, но подумай об этом. — Он остановил её пристальным взглядом. — Все ощущения прикосновений и удовольствий происходят в твоем сознании. Твой разум контролирует твое дыхание, твое сердцебиение. Это наиболее эротическая часть твоего тела.

Она почувствовала внезапный порыв сжать их бедра вместе.

— Так?

Уголок его рта приподнялся. Его глаза заблестели ярче расплавленного золота.

— Это может быть чрезвычайно эротично.

Черт бы его побрал. Она крепко сжала колени.

— Ты никогда физически не прикасался к ним?

— Я даже точно не знаю, как они выглядят.

Она пристально посмотрела на него, затем тряхнула головой.

— Это просто не укладывается в голове.

— Ты называешь меня лжецом?

— Я не нарочно. Просто это кажется таким сверхъестественным.

Его глаза сузились.

— Ты не веришь, что подобные вещи существуют?