Керрелин Спаркс - Как выйти замуж за вампира-миллионера

— Ты стараешься оправдать меня?

— Да. — Она остановилась около его кресла. — Я вижу, что ты все тот же мужчина. Ты изобрел синтетическую кровь, чтобы вампиры перестали питаться от людей, правильно?

— Да.

— Ты не понимаешь? — Она встала на колени около него, чтобы видеть его лицо. — Ты до сих пор стараешься спасти жизни.

— Это едва вернет к жизни то, что я разрушил.

Она грустно посмотрела на него, в её глазах стояли слезы. Не удивительно, что он нуждался в Шенне. Не удивительно, что он так сильно заботился о ней. После пяти сотен лет отчаянья, она затронула его сердце и посеяла в нем росток надежды, которого не было там до сих пор.

Он встал и притянул её за руки. Потом крепко обнял ее и не захотел больше отпускать. Кровь Господня, он готов был сделать все, что угодно, чтобы стать мужчиной, в которого она поверила. Он готов был сделать все, чтобы заслужить её любовь.

Иван улыбнулся Ангусу МакКею. Огромный шотландец шагал взад и вперед около него, сердито посматривал на него, как будто несколько разъяренных взглядов могли напугать его. Горцы окружили его, как только Иван зашел в танцевальный зал. Иван, Алик, Катя и Галина прошли в дальний угол и остались там. Кивнув, Иван позволили своим последователям узнать то, что они хотели. Уютно устроившись в углу, он был защищен с тыла своими товарищами. Шотландцы рассредоточились перед ним, каждый из них держал руку на рукоятке серебряного кинжала, и выглядели они так, будто страстно хотели воспользоваться ими.

Опасность явно ощущалась в воздухе. Если они ударят в сердце, то его жизнь будет кончена. Но, несмотря ни на что, опасность не пугала его. Иван знал, что он и его товарищи могут телепортироваться, когда только пожелают. Но сейчас он наслаждался забавной игрой с его «тюремщиками».

Ангус МакКей прохаживался взад и вперед перед своими людьми.

— Скажи-ка мне, Петровски, почему ты пришел сюда сегодня?

— Меня пригласили. — Он плавно передвинул руки вниз на пояс.

В унисон горцы сделали предупреждающий шаг вперед.

Ангус скрестил руки:

— Продолжай.

— Твои мальчики очень нервные. — Иван сухо посмотрел на них. — Не сомневаюсь, что это связано с тем, что они носят юбки.

Со стороны горцев послышался низкий рык.

— Позвольте мне насадить на вертел этого мерзавца. — Пробормотал один из них.

Ангус поднял руки:

— В другой раз. А сейчас, мы прекратим наше общение.

Иван вытащил бумажку из-за пояса и развернул её. Целлофановая ленточка связывала две половинки, освещаемые сверху светом.

— Это наше приглашение. Как ты можешь заметить, мы не могли разрешить эту проблему, но, в конце концов, мои дамы убедили меня, что это будет……взрыв.

— Точно. — Катя обхватила стул и скрестила ноги так, что каждый мог рассмотреть её голую ногу и бедро. — Я только хотела немного повеселиться.

МакКей поднял бровь:

— И что есть твое представление о веселье? Вы планировали убить кого-нибудь этой ночью?

— Вы всегда так грубы со своими гостями? — Иван бросил приглашение на пол и взглянул на свои часы. Прошло 15 минут. К этому времени Владимир должен был определить место хранения синтетической крови. Истинные договорились нанести сокрушительный удар.

МакКей надвинулся на него.

— Ты смотришь на свои часы. Дай их мне.

— Ты уже опустошил мои карманы. Начал воровать? — Иван передвинул стрелки на часах. МакКей знал, что Иван что-то задумал. Поэтому и передвинул время вперед. С покорным вздохом, он вложил часы в руку МакКея.

— Как видишь, это обычные часы. Я смотрел на них, потому что уже поздно, эта вечеринка ужасающе скучна.

— Так и есть. — Галина надула губы. — Никто даже не потанцевал со мной.

МакКей передал часы одному из своих парней:

— Осмотри их.

Кивком головы Иван поприветствовал мастера французского ковена, который вышел на балкон с другим горцем.

Большинство гостей с восхищением рассматривали француза, пока он шел через комнату. Жан-Люк Эшер. Что за трогательное оправдание для вампира. Вместо питания от смертных, глупый француз одевал их. И зарабатывал грязные деньги на этом.

Иван резко дернул головой в сторону, громко хрустнув суставами. Это было замечено всеми. Внимание гостей сосредоточилось на нем. Иван улыбнулся.

Ангус МакКей бросил на него пытливый взгляд.

— Что это значит, Петровски? Твоя голова плохо прикручена?

Горцы засмеялись.

Улыбка Ивана увяла.

БУДЬТЕ ВПЕРЕДИ И УЛЫБАЙТЕСЬ, ВЫ, ГЛУПЦЫ. КОГДА РАЗДАСТСЯ ВЗРЫВ, МЫ ПОСМОТРИМ, КТО РАССМЕЕТСЯ ПОСЛЕДНИМ.

Шенна напряглась в руках Ромэна. Она хотела успокоить его, но даже теперь, зная всю правду, все еще была напугана тем фактом, что обнимает вампира. Чтобы привыкнуть к этому, нужно время. Шенна отпрянула от него, её руки плавно соскользнули с его плеч на грудь.

Но он продолжал держать её в объятьях, внимательно изучая её лицо:

— Секунда на размышление? Ты решила не убивать меня, не так ли?

— Нет, конечно, нет. — Она пристально смотрела на свою правую руку, лежащую на его груди. На его сердце. Мысль пронзить его туда была так ужасна!

— Я никогда не смогу навредить….

Она моргнула и посмотрела на него с ужасом.

— У тебя бьется сердце. Я чувствую это!

— Да. Но когда встает солнце, оно останавливается.

— Я… Я думала…

— Что в моем теле ничего не работает? Я хожу и разговариваю, не так ли? Мое тело усваивает ту кровь, которую я потребляю. Для функционирования моего мозга, я должен поставлять ему кровь и кислород. Мне нужен воздух, чтобы разговаривать. Ничто из этого невозможно без биения сердца в организме, который я снабжаю кровью.

— Ох. А я думала, что вампиры…

— Совершенно мертвы? Только не ночью. Ты знаешь — моё тело реагирует на тебя, Шенна. Ты знаешь это с первой ночи, когда мы ехали на заднем сиденье в машине Лазло.

Её лицо залилось румянцем. Его огромное естество прекрасно доказывало, как хорошо его тело функционировало до восхода солнца.

Ромэн прикоснулся к её горящей щеке.

— Я хочу тебя с той самой первой ночи.

Она заерзала в его руках:

— Мы не можем….

— Я никогда не причиню тебе вреда.

— Ты уверен в этом? Ты достаточно контролируешь свои….?

Он сжал челюсть.

— Мои дьявольские порывы?

— Я хотела сказать твой….. аппетит. — Она обвила его руки вокруг себя. — Я… Я позабочусь о тебе, Ромэн. И я говорю это не только из благодарности за моё спасение. Я действительно хочу этого. И я ненавижу твой путь страдания…так долго……

— Тогда будь со мной. — Он подошел к ней.