Госпожа для отверженных - 1 - Лена Хейди

Жан Жермен испепелил взглядом моих защитников и ответил:

— Вы с хозяйкой этого заведения — леди Розой Амахой — подстроили моё падение с лестницы, в результате которого я получил болезненные ушибы и потерял сознание.

— Что? — у меня аж челюсть отвисла от такой наглости. — В жизни не слышала такого махрового бреда!

— Бред это или не бред, будет решать судья, — заявил этот малахольный. — Но факты таковы: ступеньки в этой таверне были обработаны чем-то скользким, и это явно вина хозяйки. А вы просто добили меня: ослепили своей красотой!

— Пить надо меньше! — закатила я глаза и продолжила путь в свою комнату.

— Не думаю, что вам или леди Розе хочется тратить время на судебные разбирательства. Но мы можем всё забыть и решить вопрос миром, — крикнул уже мне в спину брюнет. — Вам всего лишь нужно сходить со мной на одно свидание в приличный ресторан! Я буду рад разделить с вами трапезу и поговорить по душам. Все обиды сразу будут забыты!

В душе всколыхнулся червячок сомнений: может, и правда согласиться? Не знаю, что тут у них за правосудие, но Розе точно будут неприятны судебные тяжбы. Помимо нервотрёпки, это пятно на репутации заведения. Выручил, как всегда, Ирнел. В растерянности посмотрела на него, а он, улыбнувшись, одними губами произнёс: «Блеф».

— Не могу сказать, что польщена вашим вниманием, господин Жермен, — обернувшись, холодно ответила я. — В любом случае мой ответ «нет».

— Красивая и жестокая. Мой типаж... — мечтательно выдохнул коварный «пират», провожая меня горящим взглядом.

Едва мы вошли в комнату и захлопнули за собой дверь, ко мне развернулся Дениз.

— Одно твоё слово, Натали, — и мы похороним этого смертника вон под той ёлкой, — махнул он на окно с видом на лесные деревья.

— Подстроить несчастный случай будет проще простого, — авторитетно добавил Микаэль.

— На нас никто даже не подумает, — спокойно-обыденно заверил мой третий разведчик — Брендон.

Джереми озадаченно хмыкнул, а Ирнел сдержанно хохотнул.

— Нет! Никого не убивать! — потребовала я. — Надеюсь, через две недели мы съедем отсюда и забудем этого прилипчивого типа навсегда.

— А ты что скажешь, Ирнел? — внимательно посмотрел Джереми на нашего телепата. — Насколько опасен для Натали этот дайнир?

— Он не опасный, но настырный и изобретательный, — отозвался мужчина.

— Ладно, это всё лирика, — махнула я рукой. — Джереми, давай приступим к работе.

— Нам понадобится хорошее освещение, — с энтузиазмом отозвался парень. — Ирнел, будь так любезен — попроси у работников отеля магический светильник «Кварценит». Его мощности нам будет достаточно. А вы трое — раздевайтесь, — скомандовал он разведчикам.

— Пока Ирнел бегает за освещением, мы успеем приласкать нашу лапушку? — воодушевился Микаэль, моментально скидывая с себя одежду синхронно с друзьями.

Я опешила от такого поворота, но Джереми внёс ясность:

— Мы успеем живописно расположить вас для красивой композиции. Два брюнета: ты и ты, — махнул он на Дениза и Брендона, — сядьте на кровать. Точнее, разместитесь полулёжа. Блондин — между вами, сядет прямо на пол. Животы втянули, грудь вперёд, мускулы обозначили. В глазах — животное пламя и ожидание госпожи для страстных игр.

— Последнее даже изображать не надо, — хохотнул Дениз.

Парни были разочарованы, что их лишили «сладкого», но спорить не стали. Джереми включил командира и с дотошностью хирурга принялся корректировать их позы. Потом, когда Ирнел вернулся с невероятно ярким светильником в виде оранжевой ракушки, он ещё раз подкорректировал расположение наших натурщиков и даже их волосы.

— Смотри, здесь и здесь можно добавить напольные вазы с цветами., — предложил мой напарник, но я покачала головой:

— Нет, лучше не надо. Если только приглушённых тонов. Главным украшением картины будут парни.

Задумчиво потерев подбородок, Джер согласился:

— Да, ты права.

Как оказалось, он успел натянуть холст на подрамник ещё когда возвращался на карете с рынка. Мало того, он даже нанёс грунт!

— Ну ты и метеор! — восхитилась я, когда он поставил готовую для рисования основу на мольберт.

— Комета? — улыбнулся Джереми. — Да, я такой, — согласился он без ложной скромности.

Мы приступили к работе.

Ирнел счёл свой долг выполненным и прилёг на свою кровать. Через несколько минут он отвернулся к стене, и мы услышали его тихий храп. Надо признать, рисовать моих красавчиков было настоящим удовольствием и истинным соблазном. Хотелось не просто карандашом вырисовывать изгибы их тела, но и прикасаться к ним, ощущая кожей. Причём они прекрасно всё чувствовали и осознавали, насколько волнуют мою женскую натуру.

Терпения у них хватило на пять часов. Именно через столько времени Микаэль рвано выдохнул, тряхнул светлой копной шелковистых волос и заявил:

— Всё, я больше не могу. Иди к нам!

Джереми застыл в растерянности, когда обнажённый полуэльф подхватил меня на руки и понёс в постель. Не услышав от меня возражений, мой напарник пробормотал:

— Ладно, я тогда пойду, ещё немного поработаю в ванной.

Он перенёс туда не только мольберт и столик с красками, но и светильник. Такое чувство, что вырубили прожектор. Комната моментально погрузилась в темноту, а на моё тело тут же обрушилась лавина невыразимо сладких ласк.

Глава 49. Рисование

Натали

Утро было добрым.

Распахнув сонные глаза, обнаружила, что со мной в постели ночевали Микаэль и Дениз. Брендон ушёл спать на верх двухъярусной кровати, а внизу там прямо в одежде вырубился Джереми. Кажется, наш художник рисовал до самого утра и уснул не раньше рассвета.

— Как спалось? — спросил меня с мягкой улыбкой полуэльф и ласково поцеловал в висок.

А со спины с нежностью погладил по руке Дениз. Память тут же услужливо подкинула картинки того, что происходило ночью, и щёки заалели. Парни понимали, как сильно я устала за несколько часов рисования, так что подарили мне быструю разрядку языком, губами и поглаживаниями, и на большее не претендовали. Тем более что в нескольких метрах от нас безмятежно спал Ирнел, сладко похрапывая. А сейчас, увидев, что я проснулась, Брендон соскочил со второго яруса, взял со стола поднос и ринулся из комнаты. Я поняла, что он метнулся в обеденный зал таверны.

Вернулся минуты через три, с омлетом, чаем и пирогами:

— Завтрак в постель!

В голову моментально прилетела мысль, что жизнь прекрасна и