Игра в кошки-ведьмы - Руби Рун

её сосками можно было бы набирать номер на дисковом телефоне.

Феликс лишь закатил глаза и направил к ней свои тени. Она замерла как вкопанная, словно олень в свете фар, решив, что он опять собирается её задушить. Но вместо этого тени начали сплетаться, пока не превратились в свитер. Странный, полуживой, колышущийся свитер из теней, который на ощупь напоминал чистый шёлк. Неудивительно, что он создавал себе одежду из этого материала — это было чертовски комфортно, и никаких тебе раздражающих кожу волокон. Стоило отдать ему должное: вещь отлично защищала от кусачего мороза. Было даже немного грустно осознавать, что это самый приятный поступок, который кто-либо совершал ради неё за последнее время.

— Спасибо, — сказала она, и её зубы стали стучать заметно меньше.

Однако чем дольше они ждали, тем активнее эти тени принимались распускать руки — их жгутики начали скользить и обвиваться вокруг её груди. Он что, делал это нарочно? Она едва сдержала стон. Эйвери и подумать не могла, что ей когда-нибудь придётся опасаться извращённого свитера из теней, но вот она здесь.

Когда холод снова начал пробирать до костей, несмотря на свитер, она признала поражение. Очевидно, разгадка была не в этом. Это ударило по её эго сильнее, чем хотелось бы признавать. Она никогда не ошибалась в загадках.

И тут, стоило им отойти от дерева всего на пару шагов, они это услышали.

Сквозь шум ветвей прорезался резкий, заливистый хохот.

Они замерли как вкопанные, медленно поворачиваясь на звук.

— Феликс?.. — позвала Эйвери, всё ещё дрожа.

— Я вижу, ведьма, — отрезал он.

Они уставились на лицо, которое теперь явственно проступало прямо на коре ствола. На них в упор смотрела молодая женщина с развевающимися волосами из древесной коры.

— Подойдите ближе, — прошипел голос.

Эйвери уже собиралась сделать шаг вперёд, но Феликс резко выставил руку, перехватил её за запястье и рванул назад, закрывая собой от говорящего дерева.

— Ты что делаешь? — прошептала Эйвери.

— Не лезу вслепую туда, где может подстерегать опасность, — огрызнулся он в ответ.

Эйвери даже не подумала о том, что это может быть ловушкой — она была слишком поглощена разгадкой. Но главной загадкой сейчас оставалось то, почему он её защитил.

— Я не кусаюсь, — пропело им дерево. Справедливости ради, голос у него был как раз такой, какой очень даже кусается.

Феликс мог бы уже и отпустить её запястье, но по какой-то причине его пальцы медленно продолжали сжимать её руку. Тепло его ладони, обхватившей её озябшее запястье, дарило неожиданное утешение. Было приятно чувствовать себя защищённой. Его широкие плечи полностью закрывали от неё дерево. Сама того не замечая, она слегка прижалась к его спине — надёжной, как монолитная стена.

Рот существа на дереве растянулся в улыбке, расколов кору, словно пара деревянных, потрескавшихся губ. Эйвери это зрелище совсем не понравилось.

— Вы отлично справились и разгадали мою загадку, — произнесло дерево потусторонним голосом.

— Кто ты? — потребовала ответа Эйвери, правда, голос её прозвучал довольно тихо.

Пальцы Феликса сжались ещё сильнее, предупреждая, чтобы она помалкивала и не лезла на рожон.

— Это не имеет значения, — отозвалось дерево. Но для Эйвери это имело огромное значение. Была ли это богиня? Неужели она услышала, как Эйвери мысленно назвала её сукой? Блять.

— Чтобы получить то, чего вы ищете, — деревянные глаза дерева лукаво блеснули, — должен быть добровольно отдан поцелуй, а дерево станет свидетелем вашей связи.

Феликс рядом с ней весь подобрался и так и застыл.

— Исключено, — отрезал он.

— Нет! — Эйвери наконец опомнилась от шока. Они переглянулись, а затем снова уставились на дерево. — Должен быть какой-то другой способ.

Дерево покачало головой, и несколько листьев с его ветвей плавно опустились на землю.

— Боюсь, что нет. Дерево хочет того, чего оно хочет. — Оно издало скорбный вздох, будто эта парочка его жутко расстроила. Но зачем ему вообще был нужен их поцелуй? Это ведь казалось полной противоположностью разрыву связи.

Феликс наконец отпустил её. Её рука безвольно упала, и Эйвери тут же ощутила укол тоски по этому теплу, стоило прикосновению исчезнуть. Он скрестил руки на груди, и Эйвери невольно засмотрелась на то, как его мышцы натянулись под призрачной футболкой из теней. Если судить по меркам оборотней, внешне он был очень даже ничего.

Она подумала, что от одного поцелуя мир, в общем-то, не рухнет. Особенно если этого хочет богиня или какая-то другая странная сущность, вселившаяся в это дерево, — значит, в этом должен быть какой-то смысл, верно? Правда, она сама не понимала, то ли это здравый смысл в ней говорит, то ли её собственный озабоченный первобытный мозг пытается найти себе оправдание.

— Мы не будем этого делать, — отрезал он. Его хвост резко дернулся и обвился вокруг её ноги. Феликс этого даже не заметил, но вот глаза дерева тут же опустились к этому движению, а затем снова поднялись, и его улыбка со скрипом стала ещё шире.

— Я не собираюсь выполнять приказы говорящего бревна, — бросил он.

— Если вы не поцелуетесь, то останетесь такими, какие вы есть — застрявшими в тупике. А возможно, и вовсе окажетесь на два метра под землёй, кто знает? — пропело дерево.

Феликс зарычал; этот утробный звук в его груди завибрировал прямо в теле Эйвери, а его кошачьи уши плотно прижались к голове.

— Ты нам угрожаешь?

Дерево разразилось громоподобным хохотом:

— Тебе решать свою судьбу, оборотень. Я всего лишь вестник.

Челюсть Феликса хищно заострилась, он явно о чём-то напряжённо думал. Неужели он серьёзно взвешивал это предложение? Жар пополз вверх по шее Эйвери, вытесняя грызущий холод, а в животе завязался тугой узел, который с каждой секундой затягивался всё сильнее.

— Ладно, — он резко развернулся к Эйвери, и она приложила все усилия, чтобы глупо не пискнуть. Под прицелом его разноцветных глаз она почувствовала себя раненым оленем, которого выслеживает охотник. Это происходило не наяву. Она ведь не собирается всерьёз целовать оборотня только потому, что ей так велело дерево? Или собирается?

— Давай просто покончим с этим, — процедил он сквозь зубы.

Собиралась. Ещё как собиралась.

Однако вслух она выдала совсем другое:

— Что? Нет…

— Или ты предпочитаешь остаться связанной со мной навсегда, ведьма? — Его голос прозвучал натянуто, будто он сдерживался из последних сил.

Эйвери с трудом сглотнула застрявший в горле комок. Ей резко, отчаянно захотелось сделать хотя бы глоток воды. Она сильно сомневалась, что такое простое действие, как поцелуй под деревом, способно разрушить магическую связь. Но попробовать стоило.

— Пожалуй, нет.

Не то чтобы её никогда раньше не целовали, да и