Вино и вина - Марина Йелс

Бен не гордился этим поступком, но этот дом словно воплотил в своём облике все их мечты. А ещё он напоминал ему о матери и её мечтах, которым не суждено было сбыться. Он не собирался приводить сюда Софию, но зная, что она неравнодушна к книгам, ему захотелось похвастаться своей личной библиотекой. И он не ошибся. Едва они зашли в его кабинет, София тут же забыла о нём. Её взгляд жадно прыгал от одной полки к другой, выдавая каждую эмоцию: удивление, восхищение, и даже зависть.

Кэл не интересовался книгами, а Ален читал разве что Библию, так что Бену было не с кем разделить свою страсть к чтению.

Когда они приступили к обсуждению, Бен старательно изображал из себя злого клиента. Было забавно наблюдать, как София пыталась сохранить невозмутимость, слушая и записывая его требования.

Когда с этой частью представления было покончено, они перешли к презентации. Однако у Софии возникли технические сложности с флешкой, и Бен, подойдя к Софии с намерением помочь, осознал, насколько близко оказались их лица. Его вновь захватил знакомый запах магнолий, а вместе с ним – тихий голос из прошлого: «Они ядовитые».

Он сглотнул, мысленно благодаря полумрак комнаты за то, что он скрыл его волнение.

Бен наблюдал за Софией, пока та говорила. Она полностью погрузилась в мир инфографики и данных, не замечая ничего вокруг. София так увлечённо рассказывала о перспективах проекта, что, к своему удивлению, Бен поймал себя на том, что действительно слушает. Хотя его первоначальный план состоял лишь в том, чтобы притвориться заинтересованным – сценарий игры был ему известен наперёд – её предложения приятно его удивили. Он даже на секунду забыл о своей истинной цели и задумался о перспективах сотрудничества. Но затем он решительно пресёк эти мысли. Весь этот фарс был всего лишь декорацией для трагедии, которую он так старательно режиссировал. Просто он на секунду поддался её женским чарам, не более.

Но, привыкший оценивать людей через призму их полезности, Бен решил, что предложит Софии работу, когда покончит с Дювалем. Это казалось справедливым – ведь вскоре она окажется безработной. Он видел её острый ум, способность к анализу множества факторов и творческий подход к решению задач. Ехидный голос в его голове так и дразнил: «Конечно, речь исключительно о её профессиональных качествах». Бен заткнул его.

Они почти закончили обсуждение, когда появились Ален и Кэл. По выражению лица последнего Бен сразу понял, что присутствие Софии здесь его не обрадовало – как и ожидалось. Он оставил её в кабинете, зная, что она обрадуется возможности остаться наедине с его библиотекой, а сам прошёл с друзьями на кухню.

– Зачем ты привёл её сюда? – тут же спросил Кэл.

– Здесь спокойнее и нет лишних ушей.

– Мог бы просто переговорить с ней в кофейне.

– Да что ты взъелся? – Бен начал злиться.

– Мне плевать, – отрезал Кэл, – но это на тебя не похоже – таскать малознакомых людей к нам домой.

– Я решил, что так будет лучше, это расположит Софию ко мне. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе.

Кэл пристально посмотрел на него, а затем сказал:

– Как знаешь.

Ален промолчал. Похоже, они с Кэлом опять поругались.

– Что дальше?

– Пусть ещё немного «поварится» здесь в Бельвиль, а потом едет в Париж осчастливить Дюваля.

Бен заметил, как Ален отвернулся к окну, сжимая деревянный крест на груди. Глаза его были зажмурены, губы беззвучно шевелились. «Опять молится», – с легким раздражением подумал Бен. Он ясно видел, о чём говорил Кэл: Ален всё больше отдалялся, отвергая их план. «Как бы мне самому не пришлось заняться этим», – мрачно подумал он.

– Я пойду обратно, мы уже закончили, – сказал он, покидая кухню.

Бен всегда ходил тихо, поэтому София не услышала и не заметила, как он вошёл. Он застал её на верхнем ярусе кабинета – она стояла, слегка наклонившись вперёд, внимательно разглядывая коллекционные издания на полках. Когда София заметила его, то смутилась, хотя он ничуть не злился оттого, что она решила осмотреть его коллекцию— отчасти именно поэтому он и привёл её сюда.

Когда она закричала, Бен на мгновение оцепенел, а затем бросился к ней.

– Отпустите перила, София.

Поддавшись какому-то неясному порыву, Бен легко подхватил Софию на руки. Она застыла, и её лицо залилось краской. Он аккуратно усадил её в кресло, стараясь не обращать внимания на задравшуюся юбку и свои руки на её теле. Она села вполоборота, стараясь скрыть порванные во время падения колготки, но стрелка была слишком заметной.

Бен знал, что не должен смотреть, но его мысли уже ускользнули в том направлении, откуда их было трудно вернуть. Он вспомнил чёрное бельё, которое видел в её шкафу, и на мгновение представил его на ней вместе с этими порванными колготками. Картина в голове была до того эротичной, что он отвернулся, надеясь, что не покраснел от стыда, и мысленно выругался. «Кэл был прав – мне надо переспать с кем-нибудь», – с раздражением подумал он.

София ударилась, подвернула ногу и оцарапала руку – такое он точно не планировал. И снова Кэл оказался прав: он не раз предупреждал, что эта лестница небезопасна. Бен осторожно разжал её ладонь и нахмурился при виде кровоточащей линии. Он вспомнил, что у него в шкафу была аптечка, он купил её когда-то перед недельным походом в горах Оверни, а потом убрал за ненадобностью. Но сейчас она была как нельзя кстати.

Он достал аптечку, опустился на колено рядом с ней и взял её руку в свою. София избегала смотреть ему в глаза. Бену казалось, что он чувствует, как бешено стучит её сердце. Возможно, даже в унисон с его собственным.

– Вот. Думаю, немного поболит, но заживёт быстро.

– Спасибо. Снова вам пришлось меня спасать. Кажется, теперь я понимаю, почему вы меня недолюбливаете.

– Недолюбливаю? Вовсе нет. Скорее заинтригован.

Бен даже не соврал – София действительно интриговала его. Их взгляды пересеклись на несколько секунд, прежде чем он отвернулся.

Он заметил туфлю Софии на полу возле лестницы. Подняв её, он собирался вернуть хозяйке, но появился Кэл:

– Бен, ты ещё долго?

Едва взгляд Кэла упал на туфлю в его руках, его брови поползли вверх.

– Что это вы тут делаете? – тут же спросил он.

– София поднялась на второй ярус, но оступилась при спуске, – ответил Бен, уже заранее предвидя реакцию друга. «Сейчас он скажет что-то вроде: 'я же говорил'», – подумал Бен и не ошибся.

– Нет-нет,