Вино и вина - Марина Йелс
«Девушки всегда поддерживают друг друга», – сказал Бен, когда давал Эмили указания по поводу Софии. Эта маленькая уловка была простой и эффективной.
Два года назад у него с Эмили была лёгкая интрижка, но в отличие от неё Бен быстро потерял интерес. Она ничем его не цепляла, и поэтому быстро наскучила. Тем не менее им удалось остаться друзьями. «Более или менее», – подумал он. Тогда у Эмили был тяжёлый период: пьющая мать, которая нуждалась в лечении, и накопившиеся долги по кредитам. Деньги, которые дал ей Бен, серьёзно помогли – она смогла положить мать в клинику, найти работу и встать на ноги. Эти обстоятельства прочно привязали её к воле Бена верёвкой под названием «долг». Возможно, Бен помог ей потому, что сам знал, каково это – жить в нищете, когда денег не хватает даже на самый дешёвый сэндвич, а помощи ждать неоткуда.
Бен рассказал Эмили, что София – сотрудница компании, которую он собирается поглотить, и сейчас он ведёт двойную игру. Ему было безразлично, поверила она ему или нет. Всё, что от неё требовалось, это немного подыграть, быть дружелюбной к Софии и дать «искренний совет» по его указке. И она не подведёт, ведь она была в долгу перед ним. Деньги – это власть, и Бен прекрасно это знал.
После ухода Софии, Бен направился в кабинет. Ему хотелось отвлечься и расслабиться, поэтому он взял со стола одну из книг. Его выбор пал на «Дагона» Лавкрафта.
Кэл, который предпочитал боевики книгам, однажды заявил, что ужасы любят те, кому не хватает эмоций в жизни. Может быть, он и прав. Бен привык всё держать под контролем, а сюрпризы редко возникали на его пути. С самого детства его тянуло ко всему мрачному – демоны, оборотни, вампиры, зомби. Эта страсть с годами только крепла. Вспоминая полки Софии, заваленные сентиментальной прозой, Бен с презрением подумал: «Как можно читать такой мусор?»
Через некоторое время пришло сообщение от Эмили: «Я сделала всё, как ты просил». Бен не стал отвечать. Его больше занимало, как поведёт себя София дальше. Даже если она сбежит в Париж, поджав хвост, это в конечном итоге мало что изменит. Но внутреннее чутьё подсказывало, что София – не из тех, кто сдаётся без боя. «Посмотрим», – подумал он.
И он не ошибся. На следующее утро Бен, как обычно, вышел на пробежку. Он был настолько погружён в свои мысли и в слова песни Comatose, что буквально подпрыгнул от неожиданности, когда почувствовал чью-то руку на плече. София Бернар стояла перед ним и что-то говорила, хлопая ресницами. Бен ненавидел, когда его заставали врасплох, и инстинктивно предпочитал обороняться нападением. Он накричал на неё, и, хотя почти сразу пожалел о своём выпаде, слово не воробей. Как он и предполагал, София не стушевалась. Вместо этого она уверенно выложила ему несколько разумных идей и предложений по проекту, тем самым дав ему отличный повод «передумать» и принять её предложение. София, очевидно, решила сыграть на его альтруизме, что его слегка позабавило. Они пожали друг другу руки, и получилось почти искренне – ведь каждый из них в итоге получил то, чего хотел.
На следующий день он приехал за ней в гостиницу. Когда София выбежала ему навстречу, Бен на мгновение уловил в её глазах нечто вроде искренней радости, как будто она действительно была рада его видеть. Он галантно открыл для неё дверь машины.
Думая, куда повести Софию на обед, Бен в итоге остановился на том варианте, который следовало исключить. Это место, как и люди, работающие там, были частью его жизни, и ему не хотелось делиться этой частью с человеком, которого он использовал в своих целях. Но, поразмыслив, он решил, что в этом нет ничего опасного. Наоборот, это даже может сыграть ему на руку. «Всё равно я собирался их навестить, совмещу приятное с полезным», – успокоил он себя, хотя и не стал углубляться в размышления о том, что из этого было приятным, а что полезным.
Их встретил Марио – человек, которому Бен был многим обязан. Как и ожидалось, внимание Марио сразу переключилось на Софию. Он не упустил случая напомнить Бену, что тому давно пора остепениться, и, разумеется, озвучил это при Софии.
Стремясь поскорее отделаться от этого разговора, он направился к своему излюбленному столику. Он предоставил Марио и Софии пару минут для болтовни. София протянула ему меню, которое Бен тут же вернул Марио. Тот, заметив недоумение на лице Софии, пояснил, что Бен всегда заказывает одно и то же.
На её вопрос Бен ответил кратко и сухо, не вдаваясь в детали. Он не собирался рассказывать ей, что вафли, которыми когда-то угостила его Марта в тот день, когда их дороги пересеклись, стали для него символом надежды и новой жизни. Поэтому каждый раз заказывая вафли он как будто напоминал себе, что он больше не мальчишка с улицы, а человек, для которого открыты все двери этого мира.
Марта и Марио стали для них кем-то вроде крёстных родителей и во многом помогли сохранить веру в людей. Когда десять лет назад трое оборванцев появились в Бельвиль без гроша за душой и без надежды на будущее, именно Марта и Марио приютили их, предоставив не только работу и крышу над головой, но и шанс начать жизнь заново. Марта лишь однажды спросила Бена о прошлом, и тогда он раскрыл ей свою историю, взяв с неё обещание больше никогда не возвращаться к этой теме.
Свой дар Бен продолжал хранить в тайне. В тот день, в конце разговора, Марта сказала ему: «Вам нужно научиться жить дальше и отпустить прошлое. Нельзя позволить его тени омрачить ваше будущее».
Бен, как и его друзья, научились жить дальше. Но забыть? Никогда. Только когда жизнь Дюваля превратится в ад.
На вопрос Софии про вафли Бен ответил:
– Их поедание улучшает настроение, а мне это сейчас особенно нужно.
Он запоздало понял, что это прозвучало так, словно ему было неприятно находиться в её обществе. Судя по тому, как София слегка поджала губы и опустила взгляд, она тоже пришла к этому выводу.
После
