Попаданка на Самайн - Мила Дуглас

— Надеюсь, последствия... инцидента... не причинили тебе неудобств…И поцелуй, он был преждевременным. Надо было после свадьбы, — выдавил он наконец.

Алиса усмехнулась. Не могла сдержаться.

— Если не считать того, что я до сих пор инстинктивно ищу….А не важно. И вспоминаю перед сном твой поцелуй... то да, не причинили.

Искорки в его серых глазах зажглись также ярко, как звезды в темном небе Ардафейна.

— А я, — сказал он неожиданно тихо, — обнаружил, что хочу еще тебя целовать. И отсутствие твоей ….. сбивает с толку.

Он круговыми движениями показал на уровне груди. Алиса рассмеялась по-настоящему, ярко, задорно. Аластер невольно подался веселью.

Это была первая за все время их знакомства искренняя, не несущая подтекста жалоба и настоящие улыбки.

— Аластер, а это давление на тебя... — начала Алиса, глядя на корешок книги в своих руках. — Оно всегда такое? Это... так тяжело.

Он посмотрел на нее прямо. Впервые без привычной стены.

— Всегда, — просто ответил он. — Как скала на плечах. Иногда кажется, что один неверный шаг — и все рухнет.

— А мой хаос? — спросила Алиса, поднимая на него глаза. — Он действительно так невыносим?

Кроу задумался, его взгляд стал отстраненным.

— Невыносим? Нет. — Он снова посмотрел на нее, и в его серых глазах она увидела не осуждение, а... понимание. — Он... подобен грозе. Непредсказуемый. Мощный. Иногда опасный. Но после него воздух становится чище.

Они снова замолчали, но на этот раз тишина была не неловкой, а задумчивой, почти мирной.

— Знаешь, — сказала Алиса, нарушая молчание и сама удивляясь своей внезапной фамильярности, — у нас на Земле есть поговорка. «Не все то золото, что блестит». А я бы добавила: «И не все то лед, что холодно на вид».

Кроу поднял бровь, и в его взгляде появилась знакомая искорка, но на сей раз без насмешки.

— Полагаю, это комплимент? — Он сделал шаг ближе. Теперь они стояли так близко, что она чувствовала исходящее от него тепло и слабый запах кардамона. Ей снова, как и в его теле, захотелось вытянуться, чтобы сравняться с ним в росте. Но сейчас это желание было смешано с чем-то другим, более приятным и тревожным.

— Возможно, — улыбнулась она, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец. — А то, что ты не разнес кабинет, когда я в твоем теле перепутал все твои свитки и подписал указ о введении «Дня цветных носочков» для первокурсников... это, считай, мой комплимент тебе.

На его лице промелькнула настоящая, незамутненная улыбка. Краткая, как вспышка молнии, но от этого еще более ослепительная.

— «День цветных носочков»? — он покачал головой. — Боги. Совет Магов до сих пор в панике. Придется это как-то объяснять.

— Скажешь, что это была стратегическая диверсия для проверки бдительности сотрудников, — с готовностью предложила Алиса.

— Возможно, так и сделаю, — он снова стал серьезным, но в глазах оставалась теплота. — Спасибо. За... понимание.

— Тебе тоже, — прошептала она. — Спасибо, что не убежал с криком с моего урока.

Он наклонился чуть ближе. Воздух между ними снова затрепетал, но на этот раз не от магии, а от чего-то более личного.

— Знаешь, — сказал он, и его бархатный баритон зазвучал почти интимно, — когда я вернулся... мне показалось, что в моей ванной пахнет твоим шампунем.

— А мне, — призналась она, глядя ему прямо в глаза, — что в моей спальне пахнет кардамоном. И знаешь, это не самый плохой запах для пробуждения.

Их взгляды встретились, и в них было все: неловкость, понимание, усталость от одиночества и робкая, едва зарождающаяся надежда. Он медленно, будто давая ей время отступить, протянул руку и поправил выбившуюся прядь ее волос.

— Они у тебя... очень мягкие, — пробормотал он, и его пальцы на мгновение задержались у ее виска.

В этот момент с верхней полки с громким писком слетел Шепот, приняв свой обычный облик летучей мыши. Он уселся Алисе на плечо, сложив крылья.

«Ну, наконец-то, — пропищал он мысленно, и в его «голосе» слышалось нескрываемое облегчение. — А то я уже думал, вам до Самайна ковырять друг перед другом землю носом. Хорошо, что хоть телохранилище помогло».

Алиса оторвалась от взгляда Кроу.

— Телохранилище? — нахмурилась она. — Шепот, что ты имеешь в виду?

Фамильяр тяжело вздохнул, как учитель, вынужденный объяснять очевидное отстающим ученикам.

«Дорогая, ты действительно думала, что я, простой фамильяр леди Илверис, могу по своей прихоти устраивать обмен телами между двумя могущественными магами Академии? Да меня на такое хватило бы только в том случае, если бы я был... ну, не знаю... Арбитром, например».

Алиса застыла. Кроу насторожился, его взгляд стал острым и оценивающим.

— Арбитр? — медленно проговорил он. — Мифический хранитель магического баланса?

«Ну, мифический — это громко сказано, — скромно потупился Шепот. — Скорее, редко встречающийся. Воплощаюсь раз в несколько столетий, когда магии Ардафейна грозит серьезный дисбаланс. А тут, сами посудите... — он указал крылышком то на Алису, то на Кроу. — Лайнела своим вмешательством нарушила веками устоявшееся равновесие между Порядком и Хаосом. Вы — две стороны одной медали. Сильнейший маг Порядка и... ну, ты, дорогая, уникальный образчик незамутненного, эмоционального хаоса из другого мира. Без вашего союза, настоящего союза, а не этой комедии с помолвкой, магия в Ардафейне начнет угасать. Порядок без Хаоса становится догмой и ведет к застою. Хаос без Порядка — к уничтожению. Вы нужны друг другу. И не только вам двоим. Вы нужны всему этому миру».

Они стояли, пораженные, глядя на маленькую летучую мышь, в чьих глазах вдруг загорелась мудрость тысячелетий.

— Так это... — начала Алиса, с трудом переваривая информацию. — Все это — проверка? Подстроено?

«Не все, — покачал головой Шепот. — Чувства — нет. Они настоящие. Страх, гнев, раздражение... интерес... влечение... Хи-хи, возможная любовь — он многозначительно посмотрел на них. — Я лишь создавал... ситуации. Подталкивал. Убирал лишние преграды. Вроде ваших собственных глупых предубеждений. И да, этот обмен был моей инициативой. Надо же было вам как-то показать, что вы не так уж и чужды друг другу».

Кроу первым пришел в себя. Он смерил Шепота долгим, изучающим взглядом.

— И что теперь? — спросил он с привычной ему прямотой. — Вы даете нам указания?

«Боги, нет! — Шепот взмахнул крыльями.