Мэдлин Хантер - Грешница в шелках

- Ох, Селия сама не своя. Я боялась, что она заболеет, но похоже, что обошлось… А если у нее и есть какая-то болезнь, то болезнь в душе. Но она рада, что приехала сюда, хотя… - Дафна в смущении умолкла; казалось, она пыталась подыскать нужные слова. - Хотя я не думаю, что она обрела тут спокойствие, которое искала. Едва ли я сумею разогнать ее меланхолию.

- Может быть, она почувствует себя лучше, если выспится?

- Да, возможно. Но не уверена. Видите ли, Селия всегда жила почти без иллюзий. Мне даже казалось, что их у нее вообще не было. Но сейчас выяснилось, что у нее все-таки была одна мечта…

- Вы полагаете, что она не сумеет справиться с этим разочарованием?

- Да, именно это меня беспокоит, - со вздохом ответила Дафна. - Очень беспокоит…

Джонатан внимательно посмотрел на хозяйку и, сделав глоток бренди, проговорил:

- Она знала больше разочарований, чем вы думаете, миссис Джойс. В прошлом и, возможно, в настоящем. Очень жаль, что ее теперь постигло еще одно.

- Да, очень жаль, - кивнула Дафна. - Но мне хочется верить, что она и с этим справится. Что же касается ее нынешних огорчений… Думаю, вы прекрасно ее понимаете, потому что и сами испытали когда-то нечто подобное.

А вот этого Джонатан никак не ожидал. Он не знал, в какое русло миссис Джойс собиралась направить разговор, поэтому, решив сменить тему, заявил:

- Я всегда старался поддерживать Селию. И буду поступать так и впредь, можете в этом не сомневаться. - Он поставил бокал на стол. - Что ж, теперь мне пора в гостиницу. Я загляну к вам завтра утром, если позволите. Мне надо будет убедиться, что с ней все в порядке.

Миссис Джойс молча смотрела на него и, казалось, о чем-то раздумывала. Потом вдруг встала, поставила бокал на поднос и решительно заявила:

- Уже давно за полночь, мистер Олбрайтон. Позвольте предоставить вам комнату в моем доме. Полагаю, не следует будить хозяина гостиницы в такой поздний час. Пожалуйста, не возражайте. Вы нам нисколько не помешаете. Вы позаботились о нашей Селии, поэтому позвольте немного позаботиться о вас.

Глава 21

Оказавшись в своей старой постели, Селия почти сразу же успокоилась. Точно так же на нее подействовала комната, в которой она провела пять лет. После ее отъезда ничего здесь не изменилось. Возможно, Дафна верила, что однажды она вернется сюда.

Да, этот дом совсем не изменился, как не изменились и обитавшие здесь женщины. А вот она, Селия, очень изменилась. Должно быть, именно поэтому возвращение к Дафне не принесло ей утешения, в котором она сейчас так нуждалась.

Все пять лет, которые Селия здесь жила, она, в сущности, оставалась ребенком. У нее не было собственного жизненного опыта, и она лишь мысленно повторяла уроки, полученные от матери, не более того. Но, покинув этот дом, она за короткое время успела повзрослеть, успела получить кое-какие неприятные уроки. А сегодняшний день был, возможно, самым горестным…

Селия пыталась не думать о постигшем ее в доме маркиза унижении. Она мечтала забыться во сне, но сон не шел, хотя она ужасно устала. К тому же она слышала звуки, доносившиеся из соседней комнаты, и почему-то эти звуки мешали ей заснуть - так ей, во всяком случае, казалось. А потом она вдруг сообразила, в чем дело. Ведь там, за стеной, раньше находилась комната Верити… Неужели она приехала навестить Дафну? Но почему же Дафна не сообщила ей об этом? Как странно…

А впрочем - ничего удивительного. Скорее всего Дафна просто не успела сказать о приезде Верити. Ведь она ужасно торопилась, помогая ей снять с себя мокрую одежду.

Селия стала прислушиваться к доносившимся из-за стены звукам. Спать ей по-прежнему не хотелось, и Верити, судя по всему, тоже не спала, иначе откуда же эти звуки?

Решив, что уснуть ей так и не удастся, Селия отбросила одеяло и босиком подошла к двери. Открыв ее, выглянула в коридор. Из комнаты Дафны по другую сторону коридора не доносилось ни звука, в комнате Кэтрин также было тихо.

Выскользнув из своей спальни, Селия открыла дверь в комнату Верити - и едва не вскрикнула от радости. У таза с водой, обнаженный по пояс, стоял Джонатан, смывавший с себя дорожную пыль и грязь. И он сейчас казался таким же красавцем, как и в то утро, когда она, только поселившись в доме на Уэллс-стрит, увидела его обнаженным по пояс.

Селия наблюдала за Джонатаном затаив дыхание, наблюдала, любуясь им. И в какой-то момент - он уже начал растираться полотенцем - она вдруг почувствовала, что ее все сильнее влечет к нему.

Внезапно он повернулся к двери и вопросительно взглянул на нее. Она улыбнулась и, немного смутившись, пробормотала:

- Я услышала шум и подумала, что это Верити приехала в гости.

Он внимательно посмотрел на нее и тихо сказал:

- Неужели ты действительно так подумала? Мне кажется, ты подумала совсем другое.

«А ведь он прав», - промелькнуло у Селии. Только сейчас она осознала, что на самом деле, направляясь в эту комнату, втайне надеялась, что увидит здесь не Верити, а именно Джонатана. Да-да, она очень надеялась, что он остался ночевать у Дафны.

- А ты не слышал, как я открыла дверь? Я-то думала, ты обучен всегда быть начеку…

- Я слышал тебя, Селия. И ждал, когда ты решишь, что должна тут остаться.

И в тот же миг она вдруг поняла, что действительно должна сейчас остаться с Джонатаном. А он, оказывается, с самого начала знал, что она останется… И поэтому стоял здесь перед ней полуобнаженный - понимал, что она им любуется. Что ж, он прав. Она и сейчас им любовалась. И ей ужасно хотелось остаться с ним. Хотелось не только потому, что ее к нему влекло, но и по другой причине… Селия вдруг поняла, что рядом с этим мужчиной у нее появлялось чувство безопасности, рядом с ним ей было спокойно и уютно…

А если она все-таки вернется в свою постель? О, там она почувствует себя ужасно одинокой!

Шагнув к кровати, Селия решительно заявила:

- Я останусь тут на ночь. - Она забралась под одеяло и взглянула на Джонатана.

Он молча кивнул и, сняв остальную одежду, присоединился к ней. Обнимая ее, спросил:

- Ты ведь здесь не плакала, да? После того как мы приехали сюда, ты не плакала?

- Слезы ничего не изменили бы.

- А может быть, тебе все-таки стоит немного поплакать? Возможно, тогда тебе стало бы лучше. Видишь ли, бывают такие огорчения, которые нельзя пережить без слез.

Селия ненадолго задумалась, потом спросила:

- А ты плачешь, когда тебе очень плохо? - Ей трудно было представить, что такой человек, как Джонатан, может плакать.

Он тихо рассмеялся.

- Мужчины не плачут, когда сильно огорчены. Вместо этого они напиваются. А некоторые лезут в драку и разбивают друг другу нос.