Мэдлин Хантер - Грешница в шелках

Маркиз достал из кармана часы и, взглянув на них, пробурчал:

- У вас пять минут, мисс Пеннифолд. Чего вы хотите?

- Ничего. Просто хотела встретиться с вами.

- Вы, должно быть, принимаете меня за идиота, если полагаете, что я вам поверю. Я знаю, кто вы, мисс Пеннифолд. Ваше имя мне хорошо известно. - Он поморщился и добавил: - Она дала мне слово, что никогда не расскажет вам обо мне. Это было условием нашей договоренности. Как вы осмелились прийти в этот дом?

- Мать никогда не говорила мне про вас. Она сдержала свое слово. Просто я после ее смерти обнаружила кое-что в ее бумагах. Поэтому и узнала о вас.

- Она записала это?! - в ужасе воскликнул маркиз. - Я был уверен, что она не сделает ничего подобного. Мне сказали, что она не оставила никаких записей, указывающих на меня.

- Записей в общем-то не было. Но я нашла ваше имя в ее бухгалтерской книге, куда она заносила все свои расходы. Книга была надежно спрятана, и человек, которого вы послали обыскать дом, не смог ее найти. Я же нашла ее совершенно случайно, когда делала уборку.

Маркиз не пытался отрицать, что нанял кого-то для этой работы. Он вдруг рассмеялся и проговорил:

- Предполагаю, что в книге есть записи и о других. Интересно, многих ли она обирала, угрожая скандалом? Я тогда женился на женщине, которую любил, иначе ни за что не согласился бы регулярно платить ей. Она заявила, что ее ребенок - от меня, но, возможно, то же самое она сообщила еще дюжине мужчин, от которых также получала деньги. От такой женщины невозможно узнать правду. Черт возьми, я до сих пор не знаю, верить ли ей. Хотя вы, конечно же, думаете иначе.

- Я не просто думаю так. Теперь я знаю это наверняка. - Селия приблизилась к нему почти вплотную и, повернувшись к зеркалу на стене, спросила: - Неужели вы не видите сходства между нами?

Маркиз внимательно посмотрел в зеркало и тяжко вздохнул, как бы признавая очевидное. Потом нахмурился и проворчал:

- Я вижу перед собой внебрачную дочь шлюхи, отыскавшую способ выколачивать из меня деньги еще долгое время после того, как закончилась наша связь.

И тут Селия почувствовала, что начинает злиться. Едва сдерживая гнев, она проговорила:

- Поскольку я больше не собираюсь видеться с вами, дорогой папа, мне следует сейчас же освободить вас от ваших заблуждений. Так вот, во время вашей связи у моей матери не было и не могло быть никакого другого покровителя, кроме вас. Я уверена, что именно этого вы требовали от нее. А Алессандра Нортроп была честной женщиной и слово свое держала. Что же касается ваших выплат, то все эти деньги шли на мое содержание. Каждое пенни. В бухгалтерской книге матери все записано. Из ваших денег она ничего не тратила на себя.

- Не уверен… - пробормотал маркиз.

- А я абсолютно в этом уверена. И если бы моя мать захотела вас обирать, как вы изволили выразиться, то она потребовала бы гораздо больше. Неужели вы этого не понимаете?

Маркиз недоверчиво взглянул на гостью.

- Вы действительно считаете, что она могла бы получать больше? А вы что, уже пробовали получать деньги таким же образом? Или, может быть, сейчас чего-то хотите?

Селия презрительно фыркнула.

- Я вижу, что вы совершенно не разбираетесь в людях, сэр. Поверьте, я никогда не приду к вам просить денег. А сейчас я приехала сюда только для того, чтобы хоть раз в жизни взглянуть на своего отца. Да, я хотела просто увидеть вас, - пусть даже вы не признаете своего отцовства.

- Конечно, не признаю, - заявил маркиз. - Но к сожалению, я ничего не могу поделать с вашими фантазиями. Что ж, думайте как хотите. Но я не считаю вас своей дочерью. Все, мисс Пеннифолд, аудиенция закончена. И не пытайтесь снова сюда приезжать. Даже не приближайтесь ко мне и к моим близким. И ни в коем случае не распространяйте слухов. А если вы не прислушаетесь к моему совету, то я использую все свое влияние, чтобы наказать вас. Имейте в виду, я буду преследовать вас за шантаж.

Эта угроза была его последним высказыванием. Резко развернувшись, маркиз покинул комнату ровно через пять минут, после того как вошел в нее.

Селия вздохнула и тоже направилась к двери. Гнев покинул ее, и теперь в душе оставалось лишь чувство разочарования.

Парадная дверь отворилась, и на ступеньки вышла Селия. Дверь за ней тотчас же захлопнулась, а она, тихонько вздохнув, замерла, словно окаменела. Стояла на ступеньках особняка, не произнося ни слова.

Джонатан тоже молчал, глядя на нее с беспокойством. Наконец протянул к ней руку, но она, казалось, не заметила этого. Тогда он, шагнув к ней, обнял ее за плечи и повел вниз, к подъездной дорожке. И тотчас же появился ее экипаж. Он помог ей забраться в него, потом привязал свою лошадь к задку коляски. Усевшись рядом с Селией, он взял в руки вожжи.

- Я хочу вернуться домой, - прошептала она таким ровным и отрешенным голосом, что у него похолодело в груди.

- До Лондона слишком далеко, дорогая. Я отвезу тебя в гостиницу и…

- Нет, в Лондон. Домой. Впрочем, можно и к Дафне, - добавила Селия, немного помолчав.

- Дорогая, но это часа четыре, не меньше. К тому же сейчас ужасная погода, а ты замерзла и…

- Пожалуйста, Джонатан. Там люди, которые любят меня и которые никогда не относились ко мне с презрением. А этот человек… - Она снова вздохнула.

- Боюсь, ты можешь простудиться, - пробормотал Джонатан.

- Надеюсь, этого не случится. А если и заболею, то лучше болеть у Дафны, чем в незнакомой гостинице.

Джонатан снял с себя плащ и накинул его на плечи Селии. Дождь недавно прекратился, и он надеялся, что тучи скоро рассеются и выглянет луна.

Снова взявшись за вожжи, он покосился на Селию. Она то и дело вздыхала, и было ясно, что всю дорогу она будет думать о встрече с отцом.

Миссис Джойс вошла в библиотеку, где Джонатан сушился у камина. Он не видел ее после того, как она открыла дверь на его стук час назад. Передав женщинам Селию, Джонатан нашел укрытие для лошадей и позаботился о них. Затем вернулся в дом и развел огонь в камине.

Взглянув на гостя, Дафна сказала:

- Хорошо, что Кэтрин позаботилась о вас, мистер Олбрайтон. Я знаю, вы простите меня за то, что я сама не приветствовала вас должным образом.

- Мне здесь гораздо удобнее, чем можно было ожидать в сложившихся обстоятельствах. - Джонатан взял бокал и налил себе бренди из графина - его поставила перед ним темноволосая молодая женщина по имени Кэтрин. - Скажите, мисс Пеннифолд хоть немного пришла в себя?

Миссис Джойс присела рядом с Джонатаном и, к его изумлению, взяла с полноса еще один бокал и налила себе немного бренди. Ее длинные светлые волосы рассыпались по синему халатику, и она с беспокойством в голосе проговорила: