Джоан Вулф - Риск

Я поразмыслила над его словами и спросила:

— Вы уверены, что таким образом сможете обеспечить безопасность Анны?

— Уверен. Дай Бог, чтобы и другие дети, за которыми он охотится, чувствовали себя в такой же безопасности. — Он помолчал и чуть хрипло добавил:

— Я согласен с вами, мисс Ньюбери. В этой жизни женщинам приходится нелегко.

Глава 14

Мы прибыли в Лондон около десяти часов утра и в четверть одиннадцатого уже были в Мэнсфилд-Хаусе. Анна бросилась ко мне на шею, истерически рыдая, и я увела ее наверх, пока лорд Уинтердейл объяснялся со своей тетушкой. Успокоив Анну, я оставила ее с Нэнни и ушла к себе в комнату. Мне нестерпимо хотелось принять ванну и вымыть волосы, но когда ванну внесли в комнату, ко мне зашла Кэтрин.

— Я на минутку, — сказала она. — Хотела только узнать, как ты, Джорджи?

Я подбежала к ней и крепко обняла ее.

— Благодаря тебе, Кэтрин, все обошлось. Тысячу раз спасибо! Если бы ты не встретила карету лорда Марша или не стала бы преследовать ее…

Я невольно поежилась при одной мысли о том, что могло бы тогда случиться.

Кэтрин обняла меня в ответ.

— Ты должна и Уильямса тоже поблагодарить, Джорджи. Ведь это он первым заметил Анну.

— Конечно, я непременно поблагодарю его, — горячо подхватила я.

Ванну поставили перед камином, и Бетти с двумя другими горничными начали наполнять ее, таская в бидонах горячую воду. Как только они удалились на кухню, чтобы принести еще воды, я сказала Кэтрин:

— Прошлой ночью я спала прямо в одежде, платье у меня помялось и перепачкалось.

— Филип сказал маме, что вы переночевали в Марш-Холле, — ответила Кэтрин.

Я кивнула.

— Я страшно замерзла в холодной, нетопленой комнате, а потом мы поднялись в четыре часа утра и выехали в Лондон, чтобы вернуться раньше, чем кто-нибудь заметит наше отсутствие.

— Как это все ужасно! — сочувственно воскликнула Кэтрин.

— Было бы еще ужаснее, если бы Маршу удалось увезти Анну, — возразила я.

— Да, это правда. — Она поежилась. — Бедное дитя! Ты знаешь, ей дали снотворное, чтобы хоть немного успокоить.

В этот момент в комнату прошествовали горничные с бидонами, и Кэтрин вышла, сказав напоследок, что увидится со мной позднее.

Приняв горячую ванну и вымыв волосы, я немного пришла в себя и провела утро в своей комнате за книжкой, сидя перед камином. Кэтрин сообщила мне, что лорд Уинтердейл отправился погулять по городу, чтобы показаться в обществе. Я сочла это решение разумным, хотя была совершенно уверена, что мы и так в безопасности.

Вряд ли кому известно, что мы вместе уехали на целую ночь. Лорд Марш уж точно никому ничего не скажет, учитывая обстоятельства, в которых он оказался!

Вечером того же дня должен был состояться бал у Ричвудов, и леди Уинтердейл настояла на том, чтобы я там присутствовала. Я успела немного подремать днем, и когда мы вышли из кареты и направились к особняку Ричвудов на Портланд-сквер, чувствовала себя посвежевшей и отдохнувшей.

Бал был в самом разгаре, когда я заподозрила, что творится что-то неладное. Окружающие бросали на меня косые взгляды, и двое джентльменов, которые обычно всегда танцевали со мной, ни разу меня не пригласили. Я просидела в одиночестве целых два танца, чего раньше со мной никогда не случалось.

К тому времени, когда мы покидали бал, леди Уинтердейл была в ярости.

— Что случилось, мэм? — спросила я, заняв свое место в экипаже. — Я же чувствую, что-то не так.

— Трое из гостей независимо друг от друга сообщили мне дошедший до них слух, что вы с Филипом провели ночь вместе, — ответила леди Уинтердейл. — Я постаралась, как могла, опровергнуть это, но, очевидно, кто-то видел, как вы возвращались в Лондон. — Она повернулась ко мне, и юбки ее зловеще зашуршали. — Мне не нравится такой поворот событий, Джорджиана. Я недовольна тобой.

— О Господи, — слабо вымолвила я. — Но кто же мог нас видеть? В этот час те, кто прокутил всю ночь, уже давно дома, а для утренних визитов еще слишком рано.

— Мистер Танби имеет обыкновение прогуливаться по утрам, и он как раз проходил по Парк-лейн, когда увидел вас с Филипом. Согласись, Джорджиана, по твоему виду любому стало бы ясно, что ты провела ночь не дома.

Мы действительно проезжали мимо уличного фонаря, который осветил одинокую фигуру джентльмена, направлявшегося по тротуару в сторону Сент-Джеймс-стрит, где находились клубы для мужчин.

Леди Уинтердейл продолжала:

— Я и сама пришла в ужас, когда увидела, в каком состоянии твои платье и прическа.

Кэтрин нагнулась и слегка сжала мою руку, безвольно лежавшую на коленях.

— Уж и не знаю, как поведет себя мистер Стэнхоуп, когда обо всем узнает, — мрачно добавила леди Уинтердейл. — Ни один джентльмен не захочет жениться на женщине, которая дала повод для сплетен.

— Но он ведь не откажется от своих намерений, — возразила Кэтрин. — Это было бы недостойно джентльмена.

— О помолвке не было официально объявлено в газетах, — злорадно заметила леди Уинтердейл. — Он запросто может ее расторгнуть. — Она помолчала и добавила:

— К сожалению.

— Обязательно все ему объясню, — спокойно сказала я. — И он поймет, что у меня не было другого выбора, кроме как ехать за Анной.

— Надеюсь, Джорджиана, надеюсь, — промолвила леди Уинтердейл тоном, который явно доказывал всю бесполезность моих попыток. — Свадьба могла бы спасти твою репутацию, но если мистер Стэнхоуп расторгнет помолвку, тогда, боюсь, твои шансы выйти замуж сведутся к нулю.

Леди Уинтердейл произнесла это так, что мне стало ясно: вряд ли она будет проливать горькие слезы по этому поводу.

Обычно я старалась не обращать внимания на замечания леди Уинтердейл, но то, что лорд Генри Слоан не нанес мне на следующее утро свой обычный визит, заставило всерьез подумать о том, что на сей раз ее предсказания, похоже, сбываются.

У меня не было возможности поговорить с лордом Уинтердейлом о том, что произошло на балу у Ричвудов, поскольку он на все утро заперся в библиотеке со своим управляющим, обсуждая какие-то дела, а потом ушел и вернулся, когда я уже была в постели.

На следующее утро на Гросвенор-сквер явился Джордж Стэнхоуп и попросил меня переговорить с ним с глазу на глаз. Я пригласила его в гостиную, и мы застыли друг перед другом на персидском розово-голубом ковре под хрустальной люстрой.

Обычные сдержанность и холодность слетели с него, как маска.

— Джорджиана, — начал он, — я слышал от своей сестры ужасающую историю… — Он умолк, вероятно, не зная, как продолжать.

Я еще раньше решила, что единственный способ как-то уладить дело — это рассказать ему всю правду. И я поведала о том, как лорд Марш похитил Анну, как мы с лордом Уинтердейлом были вынуждены поехать за ним в Гэмпшир, но лишь там обнаружили, что ездили напрасно. Я также сказала ему, что ночь мы провели в Марш-Холле — в разных комнатах, — а в четыре часа утра поехали обратно в Лондон, надеясь, что наше отсутствие не будет замечено.