Джоан Вулф - Риск

Мама страшно рассердилась — мы ведь чуть не столкнулись с ландо — и открыла окошко кареты, чтобы высказать кучеру свое возмущение. Тогда-то Уильяме и сказал ей, что видел Анну.

Я подсела к окну и велела Уильямсу следовать за ландо.

Мама, конечно же, была в ярости, но мной овладели дурные предчувствия, Джорджи. Я подумала, что если мы ошиблись и это не Анна, мы просто извинимся и все окончится благополучно. Но если это не так, если кто-то похитил ее, с тем чтобы Филип заплатил за нее выкуп, тогда я никогда не прощу себе, что не попыталась ей помочь.

Слава Богу, Уильяме послушался меня, а не маму и повернул за ландо. Мы бы ни за что их не настигли, если бы им не преградил путь воз с сеном. Лорд Марш (это он правил лошадьми) попытался объехать тележку, но дорога была слишком узкая, и ландо перевернулось в придорожную канаву. Когда мы подбежали туда, Анна была напугана, но нисколько не пострадала.

Вот как все случилось. Нэнни сейчас ухаживает за Анной, а мама в страшной тревоге, что ты поехала с Филипом одна, без сопровождающих. Прошу вас, возвращайтесь как можно скорее.

— Слава Богу, — промолвила я. — Слава Богу!

Он кивнул и поднялся. Но мне хотелось, чтобы он оставался рядом со мной. Я попыталась сесть на диване и тут заметила, что он укрыл меня своим плащом.

— Никогда раньше не падала в обморок, — произнесла я нетвердым голосом.

Он проигнорировал мое замечание.

— Тетя Агата права, мисс Ньюбери, — сказал он. — Нам необходимо срочно вернуться в Лондон. Ваша репутация будет погублена, если в свете узнают, что вы провели ночь в одном доме со мной.

Я покосилась на него и с сомнением спросила:

— Но ведь уже поздно ехать, милорд?

— К сожалению, да. — Он рассеянно провел рукой по волосам, взъерошив их, так что черная прядь упала ему на лоб. — Думаю, лучше всего переночевать в Марш-Холле, а рано утром выехать в Лондон. Марш вряд ли кому расскажет об этом маленьком приключении, и если мы успеем вернуться на Гросвенор-сквер до десяти утра, никто и не узнает, что мы отсутствовали там ночью.

— До десяти утра? — Я посчитала по пальцам. — Значит, нам надо выехать в пять?

— Лучше в четыре. Лошади устали после сегодняшнего переезда, и мы не сможем покрыть расстояние за то же время, что и сегодня.

— Четыре часа утра. Вот это мило, — промолвила я упавшим голосом.

— Вы сможете выспаться дома, когда мы приедем, — безжалостно возразил он. — Самое важное сейчас — это привезти вас домой прежде, чем кто-нибудь заметит ваше отсутствие.

Хотя я изрядно устала, спалось мне плохо. Когда лорд Уинтердейл в четыре часа утра постучал ко мне в дверь, я нехотя выползла из постели. Камин в комнате давно прогорел, и я ужасно замерзла. Процедура одевания не заняла много времени. Поскольку я спала прямо в платье, мне оставалось только обуть туфли. Я спустилась в столовую по сосновой лестнице с затейливыми резными узорами в виде фруктов. Там уже сидел лорд Уинтердейл за чашкой кофе и блюдом с холодной говядиной, которую нам подавали и вчера.

— Ешьте, — скомандовал он. — Я не хочу, чтобы вы снова упали в обморок.

Я попыталась проглотить кусочек ростбифа, но ведь я никогда не ела мясо за завтраком. При виде того, как лорд Уинтердейл намазывает мясо горчицей, меня передернуло.

В пятом часу утра мы уже снова сидели в фаэтоне и мчались по направлению к дороге на Лондон. Солнце еще не взошло, и было холодно. Лорд Уинтердейл вытребовал для меня у дворецкого лорда Марша шерстяное одеяло, и я закуталась в него, как крестьянка. Я знала, что выгляжу ужасно: под глазами темные круги, косы растрепаны, и из них выбились длинные пряди, платье помято.

— Если бы меня сейчас увидел мистер Стэнхоуп, он бы наверняка расторг нашу помолвку, — хмуро заметила я, пока мы ехали в серых предрассветных сумерках. — Я сейчас страшна, как ведьма.

— Он еще скорее расторгнет помолвку, если узнает о вашем путешествии в моей компании, — холодно возразил лорд Уинтердейл.

Я вздохнула и протерла заспанные глаза.

— Что будем делать с лордом Маршем?

— Я уже размышлял об этом, — последовал мрачный ответ.

— Вы не можете вызвать его на дуэль, — сказала я. — В противном случае все решат, что поединок из-за меня, а не из-за Анны, и это уж точно отпугнет мистера Стэнхоупа.

— Да, мне это тоже пришло в голову.

Я посмотрела на него и прямо заявила:

— Благополучие Анны для меня превыше всего. Вы это, надеюсь, понимаете, милорд?

Солнце начало подниматься из-за горизонта, и небо покрылось золотыми и розовыми полосами.

Вероятно, виной тому были моя усталость и пережитые волнения, но я вдруг заговорила с ним о том, чем до сих пор не делилась ни с кем.

— Женщиной быть так тяжело, — сказала я. — Нам не дано быть хозяйками собственной судьбы. Бывая на балах во время сезона, я приглядывалась к людям, окружавшим меня. Я видела молодых девушек в роскошных нарядах и понимала, что между ними и бездомной, полной лишений жизнью стоит только один человек — их супруг. Это ужасно.

Он мельком взглянул на меня, и его взгляд был как вспышка голубого света.

— Ну, бездомная жизнь — слишком сильно сказано, — заметил он.

Солнце светило все ярче, и длинные тени от изгородей легли на дорогу.

— Возможно, — сказала я. — Но для нас с Анной это реальность.

Он умолк. Слышался лишь мерный стук копыт — лошади уже не неслись галопом, как накануне.

— Как бы вы поступили, если бы у вас не было Анны? — спросил он немного погодя. — Вышли бы замуж за сына сквайра?

— Не знаю, — ответила я и попыталась рассмеяться, но у меня вырвался только невеселый смешрк. — Возможно, убежала бы из дому и стала цирковой наездницей.

— Сомневаюсь, — сухо промолвил он.

— Да, вы правы. — Я со вздохом выпрямилась на сиденье. — Но вернемся к моему вопросу, милорд. Что вы собираетесь предпринять в отношении Марша? Мы должны предотвратить его дальнейшие попытки похитить Анну и в то же время по возможности не затевать скандала.

— Ох уж этот вечный страх перед общественным мнением, — заметил он с неожиданной, поразившей меня горечью. — Единственное, что я могу сказать хорошего о своем отце, это то, что ему было наплевать на сплетни. — Он помолчал, словно пытаясь успокоиться. — Как бы мне ни хотелось вызвать этого мерзавца Марша на дуэль и всадить в него пулю, мы не можем затевать скандал. Что ж, вместо этого нанесу ему визит и пригрожу придать огласке его грязные делишки, если он еще хоть раз осмелится похитить Анну. Его репутация в порядочном обществе и так уже висит на волоске. Еще один скандал — и волосок оборвется. Ему это невыгодно.