Артефакт будущего. - Людмила Вовченко

ровно, как будто тканью обтянутые, и никаких камер я не видела, хотя была уверена — следят за каждым движением. В центре — столик с прозрачной поверхностью, на которой переливались золотистые значки. На них — символы, похожие на знаки зодиака, но явно не земные.

— Садись, — сказала Наори.

Она опустилась напротив меня, ловко закинув ногу на ногу. Женщина из тех, кто привык командовать и одновременно подбадривать — будто любимая начальница, которая и отчитается, и кофе подаст. Её глаза блестели с искренним интересом, но я знала: за этим интересом есть расчёт.

— Ну что, землянка, — начала она мягко. — Ты видела все залы. Ты понимаешь, что если не сделаешь выбор сама, Совет сделает его за тебя?

Я дернулась.

— Ага, спасибо. Очень мотивирующе. То есть, если я сама не ткну пальцем, меня кто-то удачно «пристроит» к какому-нибудь рогатому биороботу?

— Не «к какому-нибудь», — поправила Наори. — К тем, кого система сочтёт подходящими по балансу силы.

Я закатила глаза.

— Баланс силы… У нас на Земле это называлось «женщина с зарплатой и мужик без работы». Тоже баланс, ага.

Она улыбнулась, явно наслаждаясь моими уколами.

— Но всё же. Давай обсудим. Скажи, что ты увидела.

Я вздохнула.

— Хорошо. Первый зал — эльфы.

И в памяти вспыхнули образы. Высокие, гибкие, сияющие мужчины, их кожа будто светилась изнутри, а глаза горели разными оттенками: серебро, золото, тёмная зелень. Они смотрели на меня открыто, некоторые даже… слишком открыто. Один вообще стоял полуобнажённый, явно демонстрируя, что его «достоинства» — это лучшее резюме. Другой пел, бархатным голосом растягивая слова, как будто завораживая.

— Красивые, — призналась я. — Но слишком знают, что они красивые. Это как ходить на свидание с Инстаграм-блогером: пока он рассказывает про свои мышцы, у тебя уже начался внутренний сон.

Наори хмыкнула.

— Запишем: впечатляющие, но вызывают аллергию на самовлюблённость.

— Точно, — кивнула я. — Дальше были биороботы.

И тут я чуть нахмурилась. Стальные силуэты, идеально ровные лица, как будто их лепили по одному шаблону. Кто-то был почти человек, только глаза выдавали механическую природу. Один даже произнёс: «Я создан, чтобы служить». И это прозвучало так, что внутри меня что-то перекувыркнулось.

— И? — мягко подтолкнула Наори.

— И это страшно. Сначала вроде удобно: кнопочку нажал — и тебе чай принесут. Но я же знаю себя. Мне через неделю захочется, чтобы он сам сказал что-то неожиданное. А если нет — я его молотком долбану, чтобы сброс перезапустить.

Наори рассмеялась, а я вдруг почувствовала — смех ей не чужд.

— Дальше были демоны.

И я сразу передёрнула плечами. Чёрные, краснокожие, с рогами и с хвостами, которые явно жили собственной жизнью. Кто-то демонстративно предложил «проверить прямо здесь, что он умеет», а кто-то склонился низко, его голос был как шёлк и уголь одновременно.

— Честно? — я подняла глаза на Наори. — С ними у меня ассоциация как с бывшим начальником. Красивый, наглый, обещает золотые горы, а потом оказывается, что у тебя на столе лежит в три раза больше работы.

— Но признала бы, что тянет? — прищурилась Наори.

Я пожала плечами.

— Тянет, но только если вино, свечи и чтоб на утро он исчез навсегда.

Мы обе рассмеялись.

— И последние… рыцари. — Я вспомнила тяжёлые фигуры в доспехах. Металл, гравировка, и ни одного лица. Шлемы опущены. Стоят, как витрина вооружённого магазина.

— Это вообще цирк, — фыркнула я. — Как выбирать? По царапинам на шлеме? А если там под бронёй сидит дед на пенсии?

— Некоторые именно так и выбирают, — спокойно сказала Наори. — Внешность скрыта, но характер проявляется потом.

— Отлично, то есть лотерея, — пробурчала я. — Может, там принц на белом коне, а может — психопат, который три года сидел в капсуле и теперь ненавидит всё живое.

Наори наклонилась вперёд.

— И всё же. Кого ты отметила бы?

Я уставилась на золотые значки перед собой. В груди что-то сжалось.

— Эльфов — нет. Красивые, но я с ума сойду от их зеркала.

— Биороботы… может, один. У него взгляд был… странный. Как будто он не просто программа. — Демоны… одного тоже отмечу. Того, что молчал. Потому что те, кто меньше всего обещают, иногда и делают больше. — А рыцари… — я задумалась. — Пусть будет один. Просто ради интереса.

Наори кивнула, её взгляд стал теплее.

— Видишь, уже почти выбор.

— Почти, — повторила я. И внутри меня вдруг вспыхнуло странное волнение. Словно я подписываю контракт, который изменит всё.

Я коснулась первого значка. Он вспыхнул мягким светом. Второго. Третьего. Сердце билось так, будто я бежала по лестнице на двадцатый этаж.

Когда пальцы коснулись четвёртого, всё вокруг на секунду замерло. Я услышала собственное дыхание, почувствовала, как будто кто-то смотрит прямо в меня сквозь стены.

— Ну что, Лидия Удача, — прошептала я себе. — Вот ты и ввязалась.

Наори коснулась моего плеча.

— Добро пожаловать в игру, где ставка — твоя жизнь и твоё сердце.

Я рассмеялась нервно, но в смехе был вызов.

— Ну что ж. Я всегда любила играть ва-банк.

И в этот момент четыре символа на столе вспыхнули ярко, как огонь в топке, и в воздухе раздался мелодичный звон, похожий на пересечение часов в башне.

Я знала: выбор сделан.

Глава 5.

Глава 5.

Правила выбора

Утро началось с тяжёлого запаха дыма, пыли и сладких специй, что проникали в комнаты огромного здания, похожего и на храм, и на дворец одновременно. Снаружи он светился колоннами из металла, что переливался как живой, а внутри гул голосов не стихал ни на минуту. Женщины и мужчины в длинных одеждах шли по коридорам, то споря, то смеясь, то провожая взглядами тех, кто ещё только стоял перед выбором.

Лида сидела на жёсткой лавке, пытаясь справиться с тем ощущением, что её жизнь за ночь превратилась в плохо написанную оперу: костюмы, чужие лица, правила, которых она не знала. И, конечно же, шёпоты за спиной. Она привыкла к женскому коллективу на работе, но этот «женсовет будущего» был куда хуже. Каждая пара глаз изучала её: кто с интересом, кто с завистью, кто с подозрением.

— Ты плохо спала, — негромкий голос вывел её из мыслей. Перед ней стояла Наори.