Чиновник - Владимир Анатольевич Тимофеев

Примем, как говорится, со всеми этими самыми... распростёртыми...

— Товарищи! Это ещё не всё, — выдвинулся вперёд полковник из Вологды. — У нас ещё вот что есть, — он вынул откуда-то лист бумаги и громко прочёл. — За помощь работникам милиции в задержании особо опасных преступников и проявленные при этом храбрость и выдержку Николай Иванович Стрельников награждается Почётной грамотой МВД СССР. Поздравляю, товарищ Стрельников!

В зале по новой зааплодировали, зашумели...

— Однако и это ещё не всё, — подняв руку, продолжил товарищ полковник. — Двадцать первого ноября наш Николай Иванович опять отличился. Помог милиции задержать опасную шайку расхитителей социалистической собственности...

По залу пронёсся ещё один дружный вздох...

— Да-да, товарищи! Именно так. А ещё говорят, что в одну воронку снаряды дважды не падают... Так что позвольте, товарищ Стрельников, теперь уже от лица Вологодской милиции вручить вам ещё один ценный подарок. Памятуя, что вы строитель и, значит, работаете с чертежами... мы тут с товарищами посоветовались... Короче, вот. Держите. Готовальня с полным набором чертёжных приспособлений и дарственной надписью от Вологодского городского отдела милиции. Пользуйтесь, Николай Иванович. Ура, товарищи!

— Ура! — понеслось над рядами.

«Шоу должно продолжаться», — невесело выдохнул Николай и уже вслух продолжил:

— Спасибо, товарищи. Не ожидал, если честно. Да, в общем-то, и не думал об этом. И, кстати, товарищ полковник, — повернулся он к начальнику горотдела. — По поводу шайки моей заслуги практически нет. За шайку вам надо сказать спасибо, в первую очередь, участковому Аркадию Бочкину и моему другу Виктору Левашову. Он, кстати, тоже работает в нашем стройуправлении. Если бы не они, тех преступников, может быть, до сих пор бы ловили.

— Не беспокойтесь, товарищ Стрельников. Участкового Бочкина мы уже наградили, а вашего друга... — полковник посмотрел на часы, — награждают прямо сейчас, на объекте.

«По всей стране началось», — неожиданно промелькнул в голове анекдот про студента, военного и автобус.

— И на этом, пожалуй, всё, — закончил полковник. — Спасибо, товарищи. А нам с Игорем Ивановичем пора. И рады бы у вас задержаться, но — служба, — развёл он руками...

Зачем трестовскому начальству понадобился этот спектакль, Николай понял, едва началось совещание, а ближе к концу окончательно убедился, что прав. Главный инженер, взявший слово после ухода милиции, как и предполагалось, принялся говорить о предложенных Стрельниковым противоморозных добавках в раствор, особенно напирая в речи-докладе на то, что автором предложения является именно Стрельников. Вот этот вот самый, заслуженный, которого только что поздравляли товарищи из горотдела милиции и даже вручили ему Почётную грамоту.

Стоит ли говорить, что присутствующий на совещании исполкомовец Петухов, если даже имел какие-то возражения против того, чтобы провести эксперимент по зимним добавкам на базе «Вологодстроя» в бригаде товарища Стрельникова, то эти свои возражения выражал достаточно вяло. А когда секретарь трестовского парткома ещё и упомянул между делом, что в городском комитете поддержали инициативу бригады Стрельникова организовать на строительстве интерната так называемый «бригадный подряд» и первый секретарь товарищ Потупин собирается лично следить за ходом работ, представитель заказчика окончательно сник и вместе со всеми проголосовал за проведение эксперимента.

Важную роль, по мнению Николая, в «охмурении» товарища Петухова сыграл ещё и проектировщик. Чёрт знает, чем «искусил» его Трепаков, но о добавке «поташ плюс лигносульфонат» тот отозвался, как о весьма интересной. Пока что теоретически, но если лабораторные испытания окажутся положительными, а кладка при включении отопления не даст осадок, он пообещал, что лично будет рекомендовать этот опыт к внедрению по всей области в Облисполкоме и Совнархозе...

Сам Стрельников выходил выступать на «сцену» четыре раза. Его переданный Трепакову «Отчёт о добавках» перепечатали на машинке в десяти экземплярах и раздали всем заинтересованным лицам, включая проектировщика и заказчика. Врать об «армейском опыте» приходилось напропалую, но оно того стоило. Секретность снимала бо́льшую часть ненужных вопросов о практике применения «незамерзайки», зато стимулировала интерес и желание опробовать «засекреченные» придумки самостоятельно. Проблемы строительства в зимний период занимали, действительно, многих, от простых работяг до министров. Страна, где на большей части территории снег лежал по полгода, просто не могла позволить себе уходить на эти полгода в зимнюю спячку. Снижать темпы строительства означало всё больше и больше отставать от других, кому с климатом повезло и не надо заботиться, до какой глубины заглублять фундамент, как сберечь стены от промерзания и сделать так, чтобы раствор и бетон не теряли на холоде свои свойства.

На все вопросы Николай ответил достойно. Эксперимент с добавками постановили довести до конца. Финансирование взяло на себя управление треста. Разработать «Инструкцию по применению противоморозной добавки в построечных условиях и на растворобетонных узлах» поручили начальнику ПТО. График внедрения — плановому отделу. Расчёты по стоимости — экономистам. Определение поставщиков и линий поставок — снабженцам. Контроль исполнения — лично Главному инженеру. Срок — до конца декабря. Нормальный рабочий процесс. Всегда бы так было, возможно, что и застоя бы через десять-пятнадцать лет не случилось. По крайней мере, из-за отсутствия «трудового энтузиазма» у начальства и исполнителей...

— Проводишь? — спросила Баркова, когда они вышли на улицу.

Николай посмотрел на часы и покачал головой:

— Не получится. Мне ещё на объект надо сбегать, проверить там кое-что.

— Жалко. А завтра ты что будешь делать? Может, по городу погуляем?

— Так холодно же!

— А нам сегодня прогноз прислали. Обещают, что в воскресенье и понедельник сильное потепление, почти до ноля.

— Потепление, говоришь? Ну, тогда ладно. Давай тогда... часиков где-то в двенадцать. На площади Революции, у фонтана.

— Договорились! Значит, до завтра?

— До завтра.

— Пока...

[1]Акты сдачи-приёмки выполненных работ

Глава 22

Вообще говоря, возвращаться на стройку в субботу вечером было совершенно не обязательно. Однако не сделать это Стрельников просто не мог. Во-первых, он лично хотел убедиться в том, что основные конструкции лестницы Щербатый всё же доделал. Во-вторых, ему не терпелось выяснить, как именно наградили «Лешего» за «засаду» у музучилища. И наконец, в-третьих, самое главное, он никак не мог разобраться в своих отношениях со Светкой Барковой, поэтому и решил взять паузу. Хотя бы до завтра. И теперь у него была целая ночь, чтобы подготовиться...

На площадку он прибыл