Владимир Дрыжак - Поллитра бытия (Читочек искупления)

- Какое еще право?

- На отдых.

- Тьфу... Уже восемь? А я что тут сижу?

- Вот и я о том же.

Сержант помялся, что-то соображая, а потом, видимо, решившись, поинтересовался:

- Слушай, Борисыч, это твой подследственный - он и на допросе такой странный? Бормочет все время, а вокруг головы...

- Что вокруг головы? - насторожился инспектор.

- Вблизи не видно, а издалека кажется, будто вокруг лысины у него свечение.

- Он должно быть святой, - небрежно бросил инспектор. Иконы видел? Вот и он - тоже.

- Ну уж! Прямо таки и святой? - не поверил сержант.

Он некоторое время пытался понять, шутит ли инспектор, а потом, решив, что все же шутит, рассмеялся:

- Конечно святой! У нас тут других не держат.

Инспектор, однако, веселья не поддержал, сухо распрощался и покинул здание районного отделения милиции.

---

Жена, как обычно, проворчала, сетуя на то, что "ребенок растет без отца" и она "весь дом на себе тащит", однако, не будучи поддержанной в своем желании обсудить текущие дела, удалилась не кухню, предложив "отцу" заняться "воспитанием своего балбеса". "Балбесу" было восемь лет, он отличался шкодливостью, самостоятельностью и крайней независимостью. Звали его Юрием Владимировичем, Юркой или Юристом, в зависимости от настроения.

- Пап, а у нас в школе учительница сказала, что Бога нет, - сообщил он немедленно после того, как инспектор вышел из ванной.

- Как нет? Совсем? - изумился тот.

- Ну, - подтвердил отпрыск. - Я мамке тоже сказал - она не верит.

- А ты сам-то как думаешь?

- Витька сказал, что он все сделал, - уклонился от прямого ответа сын.

- Какой Витька? Это тот, у которого отца вызывали все время? Хулиган?

- Нет, другой. Который весной под партой застрял толстый.

- А он-то откуда знает?

- Ему Колька сказал.

- Ясно. Но следует пользоваться только проверенными фактами. Колька надежный человек?

- Ну. Он в секцию ходит. Нет, не в секцию, а в этот.., как его, кружок с самолетами. Ну, где все истребители клеят... Он потом сказал, что все это вранье - оно само сделалось.

- А-а. Тогда понятно. Сведения получены из надежного источника и заслуживают полного доверия. Стало быть, Бога нет - играем в кости!

Юрка шмыгнул носом и сказал:

- Пап, а он кто, этот Бог?

- Черт его знает... Его же нет, поэтому неизвестно, кто он такой.

- А если бы был, тогда кто?

Этот последний вопрос настолько озадачил инспектора, что он счел за благо перевести разговор на другие рельсы, а чуть позже был вызван на кухню для принятия пищи.

- Между прочим, - сказала жена, - талоны на сахар за этот месяц еще не отоваривали, и неизвестно, будут ли вообще отоваривать. Ходят слухи, что цены отпустят.

- Куда отпустят? - машинально спросил инспектор, думая о своем.

Обстановка требовала участия в разговоре, но после всех этих дел инспектору даже и жевать не очень хотелось - не то что говорить. Жена, однако, хотела поделиться своими проблемами, и заметив его безучастие, обиделась:

- На самотек!.. Вам зарплату не повышают?

- Пока нет. А что?

- Всем повышают, а вам нет! - в сердцах сказала жена. Сидишь на работе дотемна, другие уже дома, а тебя нет. Им зарплату повышают, а в милиции словно бы ангелы бесплотные. Ну, ладно, мужики - ангелы, а жены и дети?.. Пусть тогда и нам крылья выдают.

Подобные разговоры инспектор не любил и пресекал их неукоснительно. Ибо ничего хорошего подобные разговоры не сулили и означали только одно: кому-то испортили настроение, и он непременно хочет отыграться. Дальше все по цепочке. Но сейчас инспектор решил оставаться на позициях миролюбия и выступить в роли демпфера.

- Что это с тобой сегодня? - поинтересовался он осторожно, чувствуя по интонациям жены приближающуюся грозу.

- А ничего! Постой в очередях после работы, послушай, что говорят, - узнаешь.

- И что там говорят?

- А то!.. Вот сегодня одна бабка всем объясняла, что, мол, антихрист пришел, и скоро конец света наступит.

- Антихрист? - инспектор перестал жевать и уставился на жену. - Интересная версия... И давно он здесь?

- Со вчерашнего дня, - буркнула жена. - Давай, ешь скорее - мне посуду мыть надо...

---

Версия с антихристом ушла на задворки подсознания инспектора и никак себя не проявляла в течение всего вечера. Утром он проснулся с ощущением того, что вчера вечером придумал какой-то остроумный следственный ход, но какой именно, вспомнить никак не удавалось. И уже по дороге в райотдел вспомнил: "антихрист"! Это было то самое ключевое слово, но что именно в связи с этим словом необходимо предпринять, инспектор вспомнить не мог, как не старался.

Он попросил дежурного доставить в свой кабинет подследственного для продолжения допроса. В каком русле будет протекать допрос, инспектор пока не знал, но надеялся по ходу дела выяснить, нет ли какой-нибудь связи между слухами о появлении антихриста и расследуемым эпизодом. Дежурный - тоже сержант, но уже другой, - отправился в изолятор, а инспектор замешкался в коридоре, шаря по карманам в поисках ключей.

"Привет, Володя", - услышал он и оглянулся на голос. По коридору шли двое. Первым шел вчерашний свидетель, а следом за ним и чуть сбоку шагал сослуживец и приятель инспектора - участковый в звании старшего лейтенанта.

- А, привет, Саша... Ч-черт, куда же они подевались?.. Давай его сюда. Сейчас, минутку, ключи вот только... Куда же я их засунул?!

- Так ты его что, вызывал?

- В каком смысле? Я сказал, чтобы его доставили.

- Куда?.. То есть, - старший лейтенант сделал удивленное лицо, - кому сказал?

- Дежурному. Где он?

- Не встречал. Я этого из "предбанника" веду - только что доставили из отделения. Нарушение общественного порядка в форме оскорбления личности и нанесения ущерба здоровью.

- Из отделения? А как он там оказался?

- Не знаю. То есть знаю, разумеется. Его задержали возле "Ручейка" - там сейчас водкой с утра торгуют.

- Погоди, - инспектор помотал головой. - Какого "Ручейка"? Возле магазина? А как... Он же в камере у нас сидел!

- Ну, не знаю. Сказано, что задержан возле "Ручейка".

Инспектор почувствовал неладное. Ключей в карманах не было, а ситуация требовала осмысления. Но осмыслить ее не удалось, поскольку в конце коридора показался дежурный, а следом за ним...

Взгляд инспектора заметался. Подследственный теперь оказался уже в двух экземплярах.

Тот, которого привел старший лейтенант, выглядел слегка выпившим, смотрел нахально и кривил губы в брезгливой усмешке. Напротив, второй - которого эскортировал дежурный - брел, понуря голову и прихрамывая.

В голове инспектора немедленно возникла каша, причем, основными ее ингридиентами были слова "ключи" и "антихрист".