Владимир Дрыжак - Поллитра бытия (Читочек искупления)

Инспектор улыбнулся своим мыслям.

"Антихрист! А почему бы и нет?.. Этот, правда, на антихриста не тянет, но кто его знает... В сущности, про антихриста нам известно еще меньше, нежели о самом Господе. Так что..."

- Да, - сказал он вслух, - факт драки вы отрицаете, но если бы речь шла только о ваших неправомочных действиях в очереди за водкой...

- Что же мне еще инкриминируют? - поинтересовался двойник, шевеля носком свободной ноги и как бы прицениваясь, какое направление стопы больше гармонирует с его мироощущением.

- Ответьте мне сначала на такой вопрос: вы знаете этого гражданина?

- Этого? - двойник бросил взгляд на свидетеля. - Нет, я его не знаю. И если говорить откровенно, знать не желаю.

- Что ж... Тогда я вынужден провести очную ставку.

- Это еще зачем? - насторожился двойник.

- Видите ли, дело в том.., - инспектор сделал паузу.

Нужно было решаться. До сих пор версия, предложенная свидетелем, известна была только им двоим. Теперь же она должна стать достоянием третьего лица, и тем самым, будет иметь уже официальный статус. Ибо совершая следственные действия для проверки данной версии, инспектор волей-неволей подтвердит, что считает ее серьезной и могущей соответствовать действительности.

- Дело в том... Дело, видите ли, в том, что следстие распологает сведениями о вашей потусторонности...

- Что-о?!

- Иначе говоря, есть данные, что вы являетесь исчадием ада, лицом, олицетворяющим мировое зло, или субъектом, противостоящим в своих замыслах самому Господу Богу.

- Кто вам сообщил этот бред? - нелет самоуверенности на лице двойника слетел в один момент. Он даже привстал, но потом сел на место и процедил: - Откуда вам это известно?

- Это известно из материалов следствия. Скажу больше: есть сведения, что вы не кто иной, как сатана. Что вы можете сообщить следствию по существу предъявленного обвинения?

Инспектор в этот момент сообразил, что в части термина "обвинение" он перегнул палку. Быть сатаной - не есть преступление, а, следовательно, и обвинять в этом нельзя. Но слово не воробей...

Двойник, однако, не воспользовался возможностью прижать инспектора к стенке, а вместо этого бросил:

- У вас тут что, суд святой инквизиции?

- У нас тут милиция, - невозмутимо сообщил инспектор. - Я задал вопрос и хотел бы услышать ответ.

- Полная чушь! Это он вам наплел?! - двойник, не поворачивая головы, указал пальцем на свидетеля. - Да он сумашедший!

Двойник вел себя неадекватно. Вместо того, чтобы выпучить глаза и хватать ртом воздух, он вдруг принимается обвинять якобы совершенно незнакомого ему человека в сумашествии. Нет, обычный рядовой посторонний гражданин так себя бы не повел хотя бы из осторожности. А, следовательно, двойник внутренне не воспринимал заявление инспектора как абсурдное. Но тогда, если он и не сатана, то уж, во всяком случае, не ангел, и явно причастен к событиям последних дней.

- Странное заявление, - сказал инспектор, изобразив на лице недоумение. - Вы ведь не знакомы с этим гражданином, откуда же вам известно, что следует усомниться в его умственной полноценности? Или вы все же знакомы?

- Допустим. Это дела не меняет. Если вы в милиции всерьез принимаете подобные утверждения... Короче, если вы занимаетесь сумашедшими, то не пора ли вызвать санитаров? Или вы тут сам и санитар и психотерапевт?

От внимания инспектора не ускользнуло и следующее обстоятельство. Двойник, похоже, не расчитывал на то, что его контрагент сообщит инспектору какую-то неординарную информацию. Например, упоминание антихриста и сатаны явилось для него полной неожиданностью. Он вообще не предпологал, что разговор может идти в подобном ключе.

Отметив это, инспектор решил дополнительно осадить двойника и сбить с него спесь, поскольку терпеть не мог наглецов.

- Гражданин, - сказал он сухо. - если вы намерены усугубить свое положение оскорблением должностного лица при исполнении им своих служебных обязанностей, то можете и далее продолжать в том же духе. Но я вам не советую, ибо ваше положение и без того достаточно шаткое. Мало того, оно, это положение, двусмысленное. Закон же не делает исключения даже для антихриста, буде он его нарушает. Закон на всех без исключения действует одинаково.

- Полагаете? - скривился двойник.

- Я не полагаю. Я веду дознание. И пока я его не проведу, никакие телефонные звонки и ухмылки на меня не подействуют.

Судя по всему, удар достиг цели. Двойник понял, что имеет дело с опытным противником, способным навязать свою линию в открывшейся дискуссии.

Одновременно, инспектор определился наконец с тем, что же, собственно, он должен выяснить в первую очередь. Про себя он решил, что необходимо получить ответ на вопрос: является ли случайностью тот факт, что двойник в настоящий момент сидит в его кабинете? И далее: если нет, то какую цель он преследует?

- Так что предлагаю вам не нервничать, а спокойно и обстоятельно ответить на все мои вопросы, - заявил инспектор.

- Но у меня имеется встречный вопрос. В чем, по вашему, заключается двусмысленность моего положения?

- Сейчас поймете. Я перехожу к следственному действию, обозначаемому на языке права как очная ставка. И, ксати, предупреждаю вас об ответственности за дачу ложных показаний.

- А я пока не давал никаких показаний.

- Ну, вероятно, еще дадите. Я и предупреждаю заранее, чтобы ложных не давали.

- А вам не приходит в голову, что если я действительно сатана, то привлечь меня к ответственности будет крайне затруднительно.

Инспектор отметил, что лексика двойника переместилась в область с большим индексом интеллигентности и теперь не соответствовала его внешнему облику. По опыту он знал, что такое несоответствие - верный прзнак того, что существуют какие-то скрытые обстоятельства или мотивы, заставившие подследственного играть не свою роль. Ибо язык - это почерк ума. Его можно подделать, заучивая роль, но нельзя имитировать в живой беседе.

- Закон не делает различий между субъектами права. Иначе какой же это закон? - произнес инспектор, сопровождая фразу двусмысленной улыбкой. - Итак, повторяю вопрос еще раз: вам известен данный гражданин?

- Отвечаю вторично: нет.

- И вы с ним никогда не встречались?

- Нет, - Двойник развел руками. - Не имел чести.

- А вы, гражданин? - инспектор повернулся к свидетелю.

Последний, казалось, дремал, не обращая внимания на разговоры, и на вопрос инспектора ответил не сразу:

- Да-да... Он мне известен. Личность этого гражданина является частью моей личности, недавно отделившейся и воплотившейся отдельно.

- Ха-ха-ха! - деланно рассмеялся двойник. - Это же абсолютная чушь! Вы ведь здравомыслящий человек, инспектор, подумайте, что это может означать? Вы хоть однажды встречались с человеком, выделившимся из другого и воплотившимся отдельно в отдельном теле? Это же нонсенс!