Владимир Дрыжак - Поллитра бытия (Читочек искупления)

Инспектор сходил в туалет, умылся, потом привел в порядок голову и намазал йодом ссадины на суставах пальцев. Все, можно было идти домой.

Заперев дверь в кабинет, инспектор двинулся к выходу. Он специально остановился возле дежурного, чтобы тот имел возможность задать вопрос. Старшина, однако, продолжал пить чай и желания задавать вопросы не выказывал.

"Т-так.., - подумал инспектор. - Значит опять придется думать. Ну-ну..."

- Налей-ка мне, Петрович, полстаканчика. Что-то в горле пересохло.

- Что, закончил дела на сегодня? - поинтересовался старшина.

- Да, закончил, - в тон ему ответил инспектор.

- Теперь дела пойдут, - старшина показал глазами на потолок.

- Теперь уж непременно, - подтвердил инспектор.

- Я вот помню, когда Сталин умер, тоже...

- Извини, Петрович, ты мне про вождей после расскажешь. Сегодня денек выдался... Устал. Пойду.

- Давай иди, отдыхай, - согласился старшина.

Это могло означать только одно: никакого "чекиста" он в глаза не видел. Скорее всего, тот, действительно не существовал, и хорошо, что инспектор вовремя это заметил...

----

Домой инспектор явился, когда жена уже легла. Открыв дверь, она, как и предполагалось, начала бурчать, исподволь пытаясь уяснить, имеет ли смысл затевать скандал, или, наоборот, следует как-то утешить и приголубить. А, увидев ссадины на кулаке, забегала в поисках медикаментов. Инспектор, однако, на реплики не отвечал, но молча отправился в спальню, где у него в специальном месте хранилась початая бутылка коньяка. Достав эту бутылку,он машинально проверил, плотно ли закрыта емкость, и не произошло ли, паче чаяния, случайного откупоривания, сопровождавшегося ухудшением, или, того хуже, протечкой содержимого. Нет, бутылка была в полном порядке.

Вернувшись на кухню, инспектор достал две рюмки и откупорил бутылку.

- С какой это радости? - поинтересовалась жена, нашедшая в шкафу йод, но безуспееешно искавшая бинт.

- Так ведь... Все ж таки не каждый день у нас новая жизнь начинается. Президента, вон, привезли, сейчас, небось, обмывают. А мы что, лысые?

Жена ничего не сказала, только посмотрела выразительно и взяла свою рюмку. Выпили молча. Потом жена взглянула на инспектора еще пристальней и прищурила глаза:

- Что это у тебя на голове?

- Производственная травма, - лаконично ответил инспектор.

- Я не про травму. Ты, ухажер, не иначе как лысеть начал?

- Что?.. Молчи женщина! - инспектор провел рукой по волосам. - Ничего подобного!

- А что у тебя там?

- Где?!

Инспектор вышел в коридор - там на стене висело зеркало. В полумраке он увидел свою уставшую физиономию с кругами под глазами. А чуть выше... Да, над макушкой отражения висело едва заметное светящееся золотое кольцо. Но это длилось только мгновение. Спустя секунду-другую наваждение исчезло.

"Т-так.., - подумал он, пристально рассматривая свое отражение, - Приехали..."

- На работу завтра будить? - поинтересовалась из кухни жена.

- Буди. Завтра что? Четверг?

- Ну.

- Тогда буди. Завтра у нас разбор полетов, в пятницу наверняка поступят указания свыше, а в субботу...

- На субботу у тебя назначен полет на рынок за картошкой.

- И это - тоже. Но сначала полное вокресение души, решительное очищение лиц, всеобщая амнистия по грехам, а уже после - картошка... Что-то мне в последнее время наш мир перестал нравится. А тебе как?

- Мир как мир, - буркнула жена, - спать пора.

- И все же я им займусь, - упрямо и весело сказал инспектор. - Вон Вольтер говорит: "лучший из всех возможных". Не могу с этим согласиться. - Он подмигнул своему отражению в зеркале и шопотом произнес: - что, дядь Вова, допрыгался?.. Все, теперь деваться некуда. Выключай автопилот - беру управление на себя!..

Красноярск-26-Атомград-Железногорск 1992-1995.